Каос уже совсем освоился в Шерстенсвике. Они с бабушкой Астой завтракали рано утром, немножко работали в саду – пололи или собирали ягоды: смородину и крыжовник, а затем шли в магазин. Все это они делали вдвоём, но потом Каосу разрешалось поиграть одному, и тогда он бежал к другу.

Иногда мальчики могли заниматься, чем хотели, но часто Аслак должен был выполнять поручения своей тёти, и тогда Каос шёл вместе с ним.

Они играли и с другими детьми, но всё-таки лучше всего им было вдвоём – так считал Каос.

Бабушка Аста торопилась поскорее закончить дела по дому, чтобы, если погода была хорошая, отправиться с мальчиками купаться. Дни летели незаметно, вот приблизился срок, когда папа и мама должны были приехать за сыном.

– Ты будешь скучать, когда я уеду? – спросил Каос бабушку.

– Ещё бы! Ведь мы с тобой здорово сдружились этим летом.

– Да, мы стали настоящими друзьями.

– Значит, мы будем вспоминать друг друга и тогда как бы снова окажемся вместе. Да и Эльза скоро вернётся из отпуска, так что одна-одинёшенька я не останусь. Только вот она вечно куда-нибудь торопится, а по вечерам сидит, уткнувшись в телевизор.

– А ты разве не смотришь телевизор?

– Ну иногда и я к ней подсаживаюсь, – призналась бабушка, – посмотреть немножко. Но мне больше нравится читать.

– Знаю. А про Терье Вигена ты будешь читать, когда я уеду?

– Может быть, – кивнула бабушка. – И другие книги тоже. А теперь, Карл Оскар, давай договоримся: завтра, когда приедут твои родители, ты иди встречать автобус. Знаешь, где он останавливается?

– Да. У рыбацкого причала.

– Верно. И они наверняка скажут, что очень жарко, и захотят искупаться. Может, примутся жалеть тебя. Мама скажет: ты, поди, ни разу на лодке не плавал после моего отъезда. И они решат взять нашу лодку-плоскодонку и отправиться купаться. А ты не говори им, что мы каждый день плавали в бухту, я и дружка твоего предупредила.

Она вела себя так таинственно и говорила шёпотом, хотя кроме внука в доме никого не было. Каос кивал и тоже шептал в ответ – так было интереснее.

В день, когда должны были приехать папа и мама, выдалась хорошая погода. Дул лёгкий ветерок. Бабушка Аста посмотрела на маленькие волны на море и сказала:

– В самый раз!

Она поднялась рано. Когда Каос пришёл в кухню, она уже хлопотала у плиты. На конфорке стояла большая кастрюля. В руке у бабушки была мутовка – такая длинная круглая палка, а на конце зубцы, торчащие в разные стороны. Что-то похожее Каос уже видел раньше – у тёти на кухне, но он не знал, как ею пользоваться. Бабушка зажала черенок между ладоней и стала вращать туда-сюда очень быстро. Это было забавно, но, наверное, и трудно.

– Вот, хочу сварить кашу со взбитыми сливками, – сказала бабушка Аста. – Устроить им сюрприз.

– Ты прямо сейчас её сваришь? – спросил Каос. Он привык, что бабушка загодя готовила обед, но всё-таки не так рано – они ещё даже не позавтракали.

– Я её сварю и заверну кастрюлю в газеты, – объяснила бабушка. – Так она не остынет и даже немножко проварится ещё сама по себе, а я тем временем нарежу ветчины и отварю картофель, достану хрустящие хлебцы и масло. Я знаю, что ты это любишь, смотри никому не рассказывай – договорились?

– Обещаю. А когда они приедут?

– Должны выехать из Ветлебю самым ранним поездом, потом пересядут в городе на девятый автобус и будут здесь к одиннадцати часам.

Тут пришёл Аслак, они с Каосом тоже немного пошептались.

– Я подожду с тобой автобус, – сказал Аслак, – а потом уйду, а то ещё не выдержу и рассмеюсь.

Им было очень весело, но Каос всё-таки немножко волновался: хорошо ли это – обманывать маму и папу? Но ведь это просто шутка, так что, наверное, ничего страшного.

Пока мальчики стояли на остановке, туда подошли дачники, которым надо было уезжать. Их провожали хозяева, у которых они жили. Лица у всех были грустные. Летние гости обещали вернуться на следующее лето.

– А вот и автобус! – объявил Аслак. – Ну пока!

Когда автобус остановился, Каос стоял один, но мама всё-таки заметила Аслака, потому что сказала:

– Привет, Каос, хорошо, что у тебя появился друг! Как зовут этого мальчика – того, что живёт у своей тёти?

– Аслак.

– А ты отлично выглядишь! Папа, посмотри, как он загорел!

– Вижу, что ты хорошо отдохнул у бабушки Асты, – похвалил папа и похлопал сына по макушке.

– Да, мы подружились.

– Вот и молодцы, – похвалила мама, – она самая лучшая бабушка на свете, всё время хлопочет по хозяйству, никак её не остановишь. Ну что, пошли к ней!

Когда они пришли домой, Каос заметил, что мама очень рада встрече с бабушкой. Она обняла её и сказала:

– Вижу, ты тоже отлично выглядишь!

– Да. Мы всё время были на свежем воздухе – в такую хорошую погоду!

– И собирали смородину, – добавил Каос, чтобы поддержать бабушку.

– Вот и молодцы! Мама, можно мы возьмём лодку и сплаваем все вместе покупаться? Ведь завтра нам возвращаться в Ветлебю.

– Конечно, обязательно искупайтесь. И не спешите возвращаться к двум часам. Плавайте на здоровье! – сказала бабушка и мельком посмотрела на маму Каоса.

– Вот и хорошо! Можно на один денёк отступить от правил.

Они немножко подкрепились, прежде чем отправиться в путь, папа и мама рассказывали, как прошли эти две недели в Ветлебю. Конечно, они каждый день работали, но вечерами выбирались на прогулки, а на выходные уезжали в Лилипутик.

– Когда ты вернёшься, мы поедем туда втроём – устроим себе небольшой отпуск, – пообещал папа.

– Здорово, – обрадовался Каос. Но ему казалось, что Ветлебю и Лилипутик где-то очень-очень далеко.

Когда они поели, мама предложила вымыть посуду перед тем, как они отправятся в путь, но бабушка отмахнулась:

– Нет уж! Скорее берите лодку, да спешите понежиться на солнышке. Только не купайтесь, пока не пройдёт час после еды, – предупредила она.

– Хорошо, – пообещала мама.

Папа и мама словно сами стали детьми, когда вышли из дома, взяв купальники и полотенца. Каос не забыл про спасательный жилет, плавки и полотенце. Когда они пришли на причал, он первый спрыгнул в лодку и привычно отвязал кормовой канат. Родители немножко поспорили, кому садиться на вёсла. Но потом решили, что будут грести по очереди – сначала мама, а потом папа. Мама ведь родилась и выросла у моря, так что в Лилипутике ей не хватало только лодки.

– Надо разузнать, нельзя ли нам завести лодку на озере, что неподалеку от нас, – сказал папа.

Каос заметил, что мама очень обрадовалась его словам. Папа отвязал носовой канат, и они отчалили от пирса. Папа сидел на носу лодки, а мама гребла. Но вскоре она устала.

– Давай поменяемся местами. Только нельзя вставать обоим сразу, шагай ты первый.

Папа перебрался на скамейку за мамой. Он немножко поддразнил её, но она сделала вид, что не замечает этого. Каос перебрался на нос, он двигался очень аккуратно. Маленькие волны тихонько покачивали лодку. Теперь, когда мама и папа были вместе с ним, Каосу не терпелось показать им, как он научился плавать.

– Где бы нам пристать к берегу? – задумалась мама. – Может, в той большой бухте или где-то ещё?

– Могу подсказать одно местечко, – сказал Каос. – Это чуть дальше. Мы там бывали с Аслаком.

– Неужели вы так далеко плавали одни? – испугалась мама.

– Нет, не одни, со взрослыми, – успокоил её Каос.

Вскоре они оказались в той самой маленькой бухте. Папе с мамой пришлось глядеть в оба, чтобы провести лодку к берегу мимо острых камней. Но всё обошлось. Они причалили к берегу и, как и обещали бабушке Асте, подождали часок, прежде чем пойти купаться. Конечно, Каосу хотелось показать, чему он научился.

– Ну что, сможешь проплыть немножко? – спросила мама. – Без меня тебе, наверное, не с кем было потренироваться.

Каос посмотрел на неё и расплылся в улыбке:

– Вот посмотри.

Он зашёл в воду, поначалу она опять показалась ему холодной. Он чуть-чуть постоял, привыкая, а потом присел, перевернулся на спину и замолотил ногами, потом перевернулся на живот и поплыл. Затем нырнул и сделал стойку, задрав ноги. Папа и мама так удивились, что вскочили с места и бросились к морю.

– Господи, где ты всему этому научился? – удивилась мама.

– Это меня Аслак научил, – объяснил Каос.

Тут и папа зашёл в воду. Поначалу ему было холодно, как и Каосу, но он поступил точно так же, как делала бабушка Аста, – подождал немножко, побрызгал на себя водой, чтобы привыкнуть, а потом уже нырнул. Тут и мама подоспела. Теперь они купались втроём и так долго просидели в воде, что посинели от холода. Выбравшись на берег, они хорошенько растёрлись полотенцами и улеглись греться на солнце.

– Эх, тут бы лежать и лежать вот так! – вздохнула мама. – Но надо возвращаться: время приближается к двум.

– Бабушка ведь сказала, что мы можем опоздать, – напомнил Каос.

– Сказала, верно, но всё-таки не стоит оставлять её одну надолго, ведь мы приехали всего на один день.

– Правильно, – поддержал папа. – Но уплывать отсюда всё равно жалко.

Каос попробовал сделать вид, что просто загорает на солнышке, но вскоре не утерпел, встал и стал смотреть на море. Потом присел на корточки, словно заметил что-то на песке, и принялся внимательно рассматривать берег, но мама вскоре позвала его:

– Пора собирать вещи!

– Погоди немножко! – попросил Каос. Он наконец заметил то, что высматривал на горизонте. – Глядите!

Маленькая лодка – крошечный ялик, ещё меньше, чем у бабушки Асты. На вёслах никого, зато поднят небольшой парус. У самой мачты сидела женщина, а на корме – мальчик, он рулил веслом.

– Кто это? – удивился папа.

– Это Аслак! – обрадовался Каос. – Он плывёт сюда!

– Жаль, что нам пора возвращаться, – сказала мама, – когда у тебя как раз появился приятель, с которым можно поиграть.

Но Каос, похоже, нисколько не огорчался, даже наоборот – он улыбался от уха до уха. Родители удивлённо поглядывали на него. Мама переводила взгляд – то на сына, то на ялик. И тут женщина встала, спустила парус и обмотала его вокруг мачты, а саму мачту сняла и положила на край лодки. Потом она села, тоже взяла весло, и они вместе с Аслаком направили ялик в бухту. Она не смотрела назад, но гребла уверенно, словно точно знала куда. А ведь глаз у неё на затылке не было. Но она слушала, что подсказывал ей Аслак.

– Лево, – бормотал он, – право, прямо.

Он говорил это тихо, так что люди на берегу его не слышали, но женщина в лодке прекрасно понимала его команды. Просто удивительно, как ловко у неё получалось, ведь она не видела, куда плывёт!

– Да это же бабушка Аста! – ахнул папа.

– Ага, – улыбнулся Каос.

– И как у неё время нашлось! – удивилась мама.

– Ну у неё ведь тоже каникулы, – сказал Каос и побежал встречать ялик.

Бабушка Аста подняла вёсла. Когда Аслак спрыгнул на берег, она пересела на корму, чтобы перенести груз лодки назад – так было легче вытянуть её на песок. Потом она тоже сошла на берег и указала на лодку. Каос и Аслак живо вытащили оттуда две корзины, а бабушка достала большой свёрток.

– Что это ты привезла? – спросила мама.

– Дай сперва искупаюсь, потом скажу, – ответила бабушка. На этот раз она надела купальник заранее, так что ей достаточно было просто стянуть юбку и другую одежду. Мама и папа решили искупаться ещё разок. И мальчики тоже.

– Значит, мы можем побыть здесь подольше? – спросила мама. – Нам ведь не надо теперь возвращаться к обеду.

– Посмотрите, чему я научилась у моего полудачника, – сказала с улыбкой бабушка, легла на спину и замолотила ногами по воде – точь-в-точь как Каос.

Когда они снова выбрались на берег, бабушка Аста распаковала большой свёрток. Снаружи была коричневая упаковочная бумага, а внутри несколько слоёв газет. В конце концов все увидели кастрюлю с кашей. Ещё бабушка привезла ветчину, картошку и хлебцы, а на десерт – клубнику. Замечательный получился денёк! Каос ещё долго будет вспоминать его, когда вернётся в Ветлебю.

Ему было жаль прощаться с Аслаком, но тот и сам уезжал к себе в горы. Что же, они встретятся следующим летом.

– А мы с тобой увидимся раньше, – сказала бабушка Аста Каосу, – ведь я приеду к вам на Рождество. Потом она что-то шепнула внуку на ушко.

– …ага, и эта тайна зовётся… – зашептал Каос в ответ, но так тихо, что никто не услышал этот его секрет.