— О черт, — выдохнула я, мои глаза остановились на сверкающих золотых гребнях, украшающих их груди. — Нолан, черт!

— Ни хрена себе, — огрызнулся он в ответ, хватая меня за руку и таща сквозь толпу в том направлении, откуда мы пришли. Всеобщее внимание по-прежнему было приковано к истребителям и их высокоскоростным клинкам, так что хаос не разразился. Пока. Впрочем, это была всего лишь вопрос нескольких мгновений.

— Следуй за маленькими символами ястреба, — приказал мне Нолан, когда мы достигли входа в туннель. — Дверь в академию отмечена большим ястребом на потолке над ней. Защелка внизу слева; поднимите ее ногой.

— Подожди, что? — Потребовала я ответа, качая головой. — Где ты собираешься быть?

— Удостоверяюсь, что Джордан не окажется в тюрьме отца Рафа. — Он фыркнул от смеха, как будто на самом деле не был так уж обеспокоен. Может, и не был. Худшее, что они могли бы получить, это пощечину или, может быть, нотацию от своих родителей. — Ты в гораздо большей опасности, чем мы, новенькая. Двигай своей задницей и не оглядывайся назад.

Нолан подтолкнул меня в туннель и указал на стену над нашими головами в качестве напоминания, прежде чем исчезнуть обратно в одетую в черное анонимную толпу. Конечно же, там были десятки маленьких символов, все, вероятно, обозначающих другой вход в туннель. Так круто. Я была так сосредоточена на стрелках ранее, что не заметила других обозначений.

Я мгновение колебалась, раздираемая нерешительностью, но панические крики по всей комнате решили за меня. К черту королевскую семью, мне нужно было позаботиться о своей собственной заднице.

Глава 15

Я была не единственной, кто присматривал за своей собственной задницей; со мной в туннеле было больше одного человека в черном. К счастью, никто не оглядывался по сторонам, все мы сосредоточились на том, чтобы выбраться целыми и невредимыми. У кого-то была включена лампочка для считывания на ладони, так что мне мой не понадобился, но когда бегемот оттолкнул меня с дороги, я свернула с тропинки, оказавшись в другой части туннеля. Мне потребовалось несколько мгновений в сгущающейся темноте, чтобы понять, что я больше не следую за толпой. Черт.

Включив свой фонарик, я потратила секунду, чтобы найти символы ястреба, и обнаружила… Нет. Вместо этого я моргнула, увидев двустороннюю стрелку прямо надо мной. Что это значило? Я должна была пойти налево или направо?

Решение было принято за меня, когда в поле зрения ворвалась фигура в черном — королевская стража.

Я не думала, я просто бежала, но молодой охранник был подтянут и быстр, догнав меня в мгновение ока.

— Стой! — крикнул он с сильным ударением на этом слове. — Ты будешь отвечать перед королем. Мы прекращаем эти бои навсегда.

Да, точно. Как будто я просто собиралась позволить ему забрать меня. Я не была членом королевской семьи. Неучастие в боях может спасти меня от смерти, а может и нет. В зависимости от обстоятельств.

Набирая скорость, я оставалась вне его досягаемости еще несколько секунд, но у меня едва хватило времени разглядеть какие-либо символы или стрелки. Когда я, наконец, увидела одну из них — стрелу, — я поняла, что следую за ними прямо в район боевых действий.

Это было плохо. Я собиралась закончить там, где были все охранники, и если уклониться от одного было трудно, то уклониться от них всех было бы невозможно.

В тот момент у меня не было выбора, но в ту секунду, когда я увидела другой путь, я выбрала его. Что угодно было лучше, чем вернуться к борьбе.

— Стой! — снова крикнул охранник с сильным акцентом.

Индикатор моего считывателя на ладони вспыхнул в боковом туннеле, и я попыталась втянуть воздух в свои изголодавшиеся легкие, нырнув влево. У меня мелькнула короткая мысль, что мне следует выключить считывающее устройство и попытаться вернуться назад, но у охранника тоже был фонарь. Я не была уверена, что эта часть туннеля была достаточно широкой, чтобы проскользнуть мимо него.

— Хильфе! — сказал охранник громко, отдаваясь эхом и явно не по-английски. Затем появились двое охранников. Один из них появился передо мной, и я направлялся прямо к нему.

Я также могла видеть освещенную дорожку к месту боя прямо за ним, и я знала, что мне пиздец.

Если я хотела выбраться отсюда, я должна была бороться.

Набирая скорость, я бросилась на нового охранника, одним быстрым движением отбросив трейзер, его оружие, в сторону. Трейзеры были оружием, которое любили члены королевской семьи. Маленькие черные устройства были частично электрошокером, частично транквилизатором. Они были смертоносны и эффективны благодаря многочисленным зубцам, которые срабатывали со скоростью пули, вводя жертве бензодиазепины, за которыми следовал электрический разряд, лишавший их сознания за считанные секунды. Мировая пресса с восторгом демонстрировала кадры, на которых они использовались их на — нарушителях спокойствия, так что я была слишком хорошо знакома с тем, как они работали.

Имело смысл, что они использовали их сегодня вечером. Они не знали, кто скрывался под масками. Что, если они убили бы члена королевской семьи?

Новый охранник был немного старше того, который преследовал меня, более округлый в середине, с мышино-каштановыми волосами и залысинами.

— Тебе не обязательно драться, — сказал он, звуча очень по-французски.

Нет времени на слова. Я вывела его из строя в четыре приема, выбив обе руки и повредив сначала его левое колено, прежде чем врезать в правое. Оставив его воющим на земле, я перепрыгнула через него, но была слишком медлительная. Другой охранник, схватив меня за рубашку, дернул назад.

Используя этот импульс против него, я оттолкнулась от земли и обрушила на него весь свой вес, заставляя нас обоих упасть. Перекатившись таким образом, чтобы минимизировать свой урон, я в мгновение ока оказалась на ногах, моя рука сильно ударила его в висок и он потерял сознание.

Мое дыхание прерывалось, когда адреналин переполнял меня, но на секунду я была в безопасности, и это позволило мне взять себя в руки. Я уже собиралась отойти подальше от места драки, когда что-то привлекло мое внимание прямо в свете фонаря.

Я не заметила, когда была занят борьбой за свою свободу, но там шел другой бой — один боец в черном против пяти охранников.

Нет, не просто один боец… это был Падший Ангел.

Он выбросил оружие и сражался с ними всеми врукопашную, держась за свое гребаное дело. Я снова была загипнотизирована, наблюдая за происходящим, одновременно завидуя и восхищаясь отточенными навыками, которыми он обладал. Я никогда не видела такого бойца, как он, а раньше я видела много бойцов.

Но шансы были против него, потому что швейцарские гвардейцы были на вершине своей игры и отлично обучены, и они собирались измотать его.

Мои ноги начали отворачиваться, но я не смогла уйти. Что, если они убьют его? И я просто ушла, слишком занятая спасением собственной задницы.

Я не могла этого сделать.

Пробормотав серию проклятий, я набралась храбрости и бросилась к ним, застав стражников, стоявших ко мне спиной, врасплох. Я с разворота ударила одного ногой, вырубив его, за чем последовал апперкот локтем другому, рассекая ему подбородок и роняя его на землю. Я знала, что второй охранник не отключился, но я причинила ему достаточно боли, чтобы он не вскочил на ноги.

У Падшего Ангела теперь было преимущество, которого он так долго искал, и он сразился с двумя охранниками, нанеся им обоим сильные, разящие удары.

Это оставило одного для меня, и я была почти рада размять мышцы. Последние два были в бегах, но этот был другим.

Охранник был на фут выше меня, и он был довольно массивным. Его рыжие волосы были по-военному коротко подстрижены, как и у остальных, а взгляд был жестким. Подлым. Это был охранник, которому нравилось причинять боль и злоупотреблять своей властью. Идеалестичный.

Видя во мне слабость из-за моего маленького роста, он бросился на меня, размахивая руками и крепкими кулаками. Я увернулась от первых двух ударов, но позволила третьему задеть мое плечо. Это было больно, но это позволило мне оказаться под его защитой и нанести быструю серию ударов в живот и грудь. Я выбрала более мягкие, мясистые части, чтобы не сломать костяшки пальцев или ладони. Обычно меня связывали для рукопашной, так что мне приходилось быть осторожнее.

Охранник выпустил струю воздуха, и я снова треснула его в точно нужное место, чтобы завести.

Я не понимала, что Падший Ангел отправил своих двоих, пока он не попытался вмешаться в мой бой.

— Нет! — Резко сказала я. Это была моя битва за победу.

И Ангел, и охранник дернули головами назад, и я прокляла собственную глупость. Я заговорила. Теперь они знали, что я цыпочка. Блядь. Блядь. Гребаный блядь.

Ну что ж, теперь ущерб был нанесен. И они не знали, что за цыпочка, даже если Падший Ангел пристально смотрел на меня. Я чувствовала его пристальный взгляд.

Раздраженно фыркнув, я бросилась на охранника, и больше не валяла дурака, я использовала стену для некоторого ускорения, подтягиваясь, чтобы попасть в него прямым ударом. Может быть, это было потому, что я была женщиной, или, может быть, я просто застала его врасплох, но он даже не поднял рук, приняв удар как профессионал и рухнув с громким треском.

Чья-то рука обхватила мои бицепсы, и я размахнулась, врезав ребром предплечья тому, кто держал меня.

— Вау… вау, — сказал Падший Ангел, поднимая руки. — Я не враг.

Было что-то знакомое в его голосе, хрипловатый рокот, пробуждающий воспоминания.

— Джордан? — Спросила я, потому что у него была легкая американская интонация.

Последовала пауза, а затем ангел кивнул.

— Кто ты?

Я открыла рот, чтобы сказать ему, но потом … Я решила, что это не лучшая идея.

— Моя персона — Месть, — наконец сказала я. Я всегда был Местью, одетая в пурпур, но без маски, потому что в нашем подпольном кругу никто не прятал своих лиц. Но я подумала, что могу вернуться в тот мир прямо здесь.

— Ну, Месть, может быть, нам стоит убраться отсюда, — сказал Джордан, протягивая мне руку.

Я проигнорировала это, потому что не хотела, чтобы он думал, что я девица в беде, только потому, что теперь он знал, что я цыпочка. Все мужчины были одинаковы; даже увидев, как я дерусь, они ничего не могли с собой поделать.

Протиснувшись мимо него, чтобы быть первой, я нырнула в правый туннель и вздохнула с облегчением, увидев маленького ястреба на стене. Джордан оставался рядом со мной всю обратную дорогу до академии, и, к счастью, больше не было охраны.

Он показал мне, как открыть вход. Когда мы вышли на свет, я повернулась, чтобы поблагодарить его, затем остановилась как вкопанная, когда наконец получила полную картину того, насколько он был высок, широкоплеч и в целом чертовски огромен.

Я имею в виду, Джордан был крупным парнем, но я могла бы поклясться, что Падший Ангел выглядел еще больше сегодня вечером.

Затем он перевел эти глаза на меня, и я едва удержалась, чтобы слово ублюдок не сорвалось с моих губ.

Падшим ангелом был не Джордан. Я бы узнала эти глаза где угодно, черт возьми. Это был Раф. Этот темно-синий цвет был необычен, и, несмотря на американский акцент, который он фальшивил, я знала, что была права.

Ублюдок выдавал себя за Джордана. Знал ли он, кто я такая?

— Увидимся позже, Вайолет, — сказал он, поворачиваясь и уходя.

Думаю, это ответ на этот вопрос.

На мгновение темный коридор почти сомкнулся надо мной, пока я пыталась понять, что произошло сегодня вечером. Казалось, прошла тысяча лет с тех пор, как я улизнула, чтобы последовать за Ноланом.

Черт! Нолан!

С ним все было в порядке?

Пробежав по коридорам, я добралась до своей комнаты, отперла ее и прокралась внутрь на случай, если Мэтти все еще спала.

Она то спала, но ее разъяренный близнец расположился лагерем в моем кресле, скрестив руки на груди, и ждал.

Он поднялся, и я сорвала маску, наконец почувствовав, что снова могу дышать, когда мои волосы рассыпались по спине.

— Где ты, черт возьми, была? — Прошипел Нолан, приближаясь ко мне. Его руки были грубыми, когда они обхватили меня, притягивая к своей груди. — Я сходил с ума, черт возьми.

Приближался выброс адреналина, и когда он крепко обнял меня, у меня перехватило дыхание. Я безвольно прижалась к нему, позволяя ему обнимать меня. Я нуждалась в утешении, а Нолан был первоклассным обнимашкой.

— Прости, — пробормотала я, прекрасно понимая, что Мэтти все еще крепко спит. — Меня сбило в туннель, и охранник последовал за мной. Пришлось отбиваться от него, но я сумела вернуться.

В груди Нолана заурчало, гнев и беспокойство отразились в его взгляде, когда он отстранился, чтобы лучше меня разглядеть.

— Ты дралась со швейцарским гвардейцем?

Закатив глаза, я фыркнула.

— Не кажись таким удивленным, чувак. То, что я цыпочка, не значит, что я бесполезна.

Одни из тех слов — которые я ненавидела.

Нолан не засмеялся, все еще выглядя предельно серьезным.

— Не то чтобы я считал тебя бесполезной, далеко нет. Парни из команды, вероятно, всю оставшуюся жизнь будут говорить о горячей цыпочке, которая могла поймать мяч со скоростью семьдесят километров в час из воздуха. Но охранники Рафа… они очень хорошо обучены. Это то, что имеет большое значение в Швейцарии.

Да, я могла бы сказать это по тому, как сражался наследный принц.

— Какая личность у Джордана? — Спросила я, желая подтверждения.

Нолан дернулся назад от моей внезапной смены темы. Его глаза подозрительно сузились.

— Я не знаю. Никто из нас не знает друг друга.

Я могла сказать, что он лжет. Может быть, не обо всем, но у меня было чувство, что он, по крайней мере, подозревал личности своих друзей.

Однако я позволила ему выйти сухим из воды. Я слишком устала сегодня вечером, чтобы давить, и я была уверена, что Падшим Ангелом был Раф. Мне действительно не нужно было никакого подтверждения.