Меня будит солнце, льющееся из окон и уютно согревающее постель. С обязательным визгом потягиваюсь. Пора подниматься, хотя это самая удобная кровать из всех, на которых я когда-либо спала, и мне не хочется показаться неблагодарной, покинув ее так рано.

Лежу в объятиях идеального матраса и подушек и впервые замечаю открытые балки на потолке. Со стоном, неохотно отрываюсь от постели, одобрительно похлопывая ее в благодарность за отличный сон. Поправляю постельное белье и раскладываю красивые подушечки ровно так, как они лежали, когда я впервые зашла в эту комнату.

Спускаюсь на кухню, и меня радостно приветствует Лила. Она передает мне теплый омлет, и я пялюсь на него, гадая, как Лила поняла, что его пора готовить. Списываю это на коварную магию сестричек и приступаю к поглощению всего, что есть на тарелке.

Встаю, чтобы помыть за собой посуду, но Лила со скоростью света выхватывает у меня тарелку. Я таращусь на нее.

– Берди о тебе предупреждала, – смеется она через плечо.

Я качаю головой.

– Это объявление войны, Лила.

Моя попытка звучать угрожающе проваливается в тот момент, когда она хихикает в ответ.

– Ну правда, сейчас, когда все ушли, я и сама могу о себе позаботиться, вы не обязаны мне прислуживать, – снова говорю я, но она, по всей видимости, пропускает мое заявление мимо ушей.

Несколько дней назад Лахлан и остальные уехали на очередное задание. То, что сестры готовят и убирают в присутствии паладинов, это нормально, но сейчас-то здесь только я, и чертовски неловко, когда тебе прислуживают.

– Мне это нравится, дорогая, – небрежно говорит Лила. – Мы с сестрами уже очень давно с Айлинами, и нам нравится то, что мы делаем, поэтому не нужно переживать или пытаться отобрать у нас работу.

Она бьет меня по попе сухим полотенцем, не связывайся со мной – говорит ее взгляд. Как нашкодившая бандитка, я взвизгиваю и отпрыгиваю.

– Бегом лениться! – со смешком приказывает она.

Потираю ягодицу и, поблагодарив ее, ухожу выполнять приказ.

Последние два дня я нежилась у бассейна и читала. Теперь у меня была возможность регулярно пробираться в библиотеку Лахлана, и там я нашла уйму книг о кастерах и магии, которыми теперь была полностью поглощена.

Но сегодня мне захотелось прогуляться на свежем воздухе, получше познакомиться с владениями, обвыкнуть. Замечаю привлекательную дорожку и решаю пройтись по ней.

Какое-то время я спокойно иду, проводя руками по стволам деревьев и слушая, как общаются между собой птицы, как вдруг натыкаюсь на поляну с видом на большое озеро.

Поляна покрыта мягкой травой, сквозь которую тут и там прорастают небольшие белые цветочки. Здесь царит такая идиллия, что кажется, будто это нарисованная картинка. Трава просто умоляет меня снять обувь и пробежаться босиком, что я с удовольствием и делаю.

Дует легкий ветерок, принося с собой запах дождя и чего-то цветочного. Прямо перед темно-синим озером – каменистый пляж. Я сажусь и наблюдаю за тем, как сквозь облака пробиваются солнечные лучи; целуя озеро, они заставляют его искриться. Провожу рукой по траве, задрав голову, наслаждаюсь сперва солнцем, а затем и тенью, когда проплывающие облака уменьшают жару.

Не знаю, как долго я сижу в состоянии полнейшего покоя, и тут о мою кожу разбивается первая капля. Открываю глаза и оглядываю небо – замечаю вдалеке клубящиеся тучи. Выхожу из состояния умиротворения и потихоньку возвращаюсь к дому.

Легкая морось очень скоро превращается в ливень, и я благодарю Лилу, которая перед выходом посоветовала мне захватить с собой что-нибудь теплое. Надеваю худи и накидываю на голову капюшон в попытке сохранить волосы относительно сухими.

У меня урчит в животе, и я прибавляю скорости. Мысль о вкусной еде и сухой одежде мотивирует шагать быстрее. Размышляю, как бы спрятать в бутылке запах дождя, когда вдруг слышу за собой чью-то тяжелую поступь.

Прежде чем я успеваю оглянуться, мне в спину что-то влетает. Ноги подгибаются, и я с силой ударяюсь о землю, падая на бок. В кожу вонзаются камни и прочий мусор, я отчаянно пытаюсь вернуть себе только что выбитое дыхание. Чья-то рука берет меня за плечо и переворачивает на спину. Мои легкие наконец-то раскрываются, и я втягиваю в себя воздух, пытаясь заставить мозг сконцентрироваться на защите, а не на боли.

– Это частная территория. Какого хера ты тут шляешься?

Незнакомец с загорелым мужественным лицом сердито смотрит на меня, срывая капюшон с моего лица и захватывая вместе с ним несколько волосинок. Я морщусь от боли и смотрю в изумленные ореховые глаза прижимающего меня парня. Он пялится на меня, разглядывая черты лица, и я чувствую, как его хватка слабеет.

Пользуюсь его замешательством и бью его по горлу. Он падает и хватается за шею.

С большим трудом я перекатываюсь и меняюсь с ним местами. Теперь я над ним. Парень судорожно втягивает воздух, держась за горло, и крепко зажмуривается. Не уверена, как много у меня в запасе времени, прежде чем он придет в себя после удара, поэтому делаю все возможное, чтобы вывести противника из строя.

Несколько раз бью его в лицо кулаками и заодно коленом в бок. И только я вознамерилась повторить, как меня обхватывают со спины две огромные руки. Они же откидывают меня на полтора метра, не меньше.

Я перекатываюсь, вскакиваю и становлюсь в стойку, чуть пригибаясь к земле. Призываю парочку небольших метательных ножей и зажимаю их в обеих ладонях, разглядывая новую угрозу.

На мгновение разум дает сбой, потому что я смотрю ровно на то же лицо, которое только что избивала. «Нет, не то же», – понимаю я, переводя взгляд на по-прежнему стонущего парня на земле. Должно быть, они близнецы. У этого волосы собраны в небольшой узелок, но раздраженное выражение – точь-в-точь.

Оба не меньше двух метров, у обоих крепкие рельефные мышцы. Золотистого оттенка кожа, волевые и острые подбородки, полные губы. Носам – самое место рядом с моим в клубе высокомерных, а ореховые глаза обрамляют обсидианово-черные длинные ресницы. Мне бы пришлось подтирать слюни, воображая, насколько горячи эти парни, не начни они драку.

Тот, что стоит на ногах, создает в руках магическую сферу, но не бросает ее, а злобно смотрит на меня.

– Кто ты, черт возьми, такая и что здесь делаешь?

– Я здесь живу, – раздраженно рявкаю в ответ.

– Херня, попробуй снова, – усмехается он, прибавляя магии в колеблющийся у него в ладонях шар.

В ответ на его угрозу моя кожа потрескивает оранжевой и фуксиевой магией, и я замечаю проблеск неуверенности на его лице, который он сразу же прячет.

– Это дом моего дяди Лахлана, – говорю я.

– Забавно, ведь наш дядя как раз состоит в его ковене. Думаю, мы бы знали, что у Лахлана есть племянница.

От него так и прет высокомерием, но в моей голове что-то щелкает: мальчики! Должно быть, эти двое – племянники Сильвы. Учитывая, что все называют их мальчиками, я представляла более молодых… ну… мальчиков. Думать так было более чем ошибочно. Мальчики, как оказалось, – это супергорячие взрослые парни, мужчины.

Я чуть ослабляю агрессивную позицию, надеясь, что и он последует моему примеру.

– Думаю, вам стоит позвонить своему дяде, чтобы он рассказал вам обо всем, что произошло, пока вы, мальчики, были в походе.

На его лице проступает замешательство, и он к чему-то тянется. Инстинкты берут верх, и моя рука сама кидает метательный нож. Наблюдаю за тем, как лезвие пролетает всего в нескольких сантиметрах от его щеки и вонзается в ствол дерева за его спиной. Магическая сфера в его руках взрывается, он резко поворачивается и смотрит на нож в дереве.

Несколько прядей его волос падают на землю. Со стороны этого не будет заметно, но мы оба знаем, как близко пролетел нож. Он встревоженно оглядывается на меня.

– Какого хера? Я тянулся за телефоном! – кричит парень, и мне почти становится стыдно за то, что я его испугала… Почти.

Выпрямляюсь, надеясь, что выгляжу совершенно безобидно, и он, на этот раз медленнее, снова тянется за телефоном. Я внимательно наблюдаю за тем, как он прижимает его к уху, не сводя с меня настороженных глаз.

– Хэй, Сил, мы только что наткнулись на какую-то девчонку, шлявшуюся по территории. Говорит, что она племянница Лахлана. Тебе что-нибудь об этом известно?

Он усмехается, явно думая, что сейчас поймает меня на лжи, но я терпеливо жду, наблюдая за тем, как меняется его лицо, когда он узнает подробности. Он снова кидает на меня взгляд и затем отводит его в сторону.

– Черт, да, эм… Бастьен вроде как напал на нее.

Из телефона раздаются крики, и он отодвигает его от уха.

– Мы не знали, кто она такая. Он просто увидел, как кто-то в черном капюшоне расхаживает по лесу, и пошло-поехало. Ты ведь знаешь, какой он: сперва бить, затем уже задавать вопросы. – Он делает паузу. – Наши телефоны сдохли, мы буквально только что зарядили их и еще не успели проверить сообщения.

Близнец номер два осматривает меня от макушки до пяток.

– Сложно сказать, по большей части она просто мокрая и грязная, но Бастьен довольно сильно ее приложил.

Поскольку это милое недопонимание наконец-то стало проясняться, я начинаю шагать в сторону дома. Желудок злобно урчит, давая понять, что эта заминка совсем не пришлась ему по вкусу.

Провожу пальцем по рунам на ухе, улучшая слух. Теперь я слышу телефонный разговор так, как если бы стояла рядом с близнецом номер два.

– Твою мать. Прости, дядя Сильва, мы не знали. Скажи Лахлану, чтобы заканчивал паниковать. Мы все исправим. Да, мне все равно нужно позвонить Райкеру. Бастьену он понадобится.

С чего бы Лахлану паниковать? Я думала, что каждому, кто на меня нападет, он собственноручно даст пять и что-нибудь сладкое. Мышление «сперва бить, затем уже задавать вопросы» – черта явно семейная, вернее, черта этого ковена, раз уж они не связаны кровью. Близнец номер два молчит, слушая то, что говорит Сильва.

– Потому что она надрала ему задницу. Он весь в крови, а его левый глаз жутко распух. Впрочем, думаю, он отключился: он больше не стонет и не мечется по земле.

Близнец номер два втягивает в себя воздух.

– Это не смешно, Сильва, это жутко! Только что он сбил ее с ног, а в следующее мгновение она уже сидела на нем и избивала его. Я оттащил ее, а она взяла и достала из своей задницы кучу ножей. Буквально из задницы! – восклицает он. – Один из них она бросила мне в голову. Слава луне, что промазала!

– Я не промазала! – кричу я, поднимаясь к заднему крыльцу дома. Отключаю руны и прохожу на кухню. Аделаида в шоке закрывает ладонью рот, замечая, в каком я состоянии.

– Не волнуйтесь. Я в порядке. Просто чутка поцапалась с мальчиками. Нет возражений, если я поем наверху? Я жутко голодна, но мне нужно привести себя в порядок.

Само совершенство, Аделаида быстро накладывает в огромную миску спагетти и фрикадельки. Я испускаю стон: пахнет чертовски вкусно. Благодарю ее и ухожу. Поднимаясь по лестнице, я весьма неженственно набиваю себе рот. Сразу же сворачиваю в ванную и водружаю тарелку с пастой на столешницу. Затем начинаю стягивать мокрую и грязную одежду, не переставая запихивать в рот еду.

Раздевшись, я подаюсь к зеркалу и рассматриваю раны. Левая сторона лица, от виска до щеки, украсилась небольшими царапинами, на руке начинают проступать синяки. От удара о землю на боку будет несколько кровоподтеков.

Милое дополнение для синяков, которые оставил мне, когда душил, Лахлан, и следов когтей, подаренных ламией. С учетом того, как часто я подвергаюсь внезапным нападениям, скоро я превращусь в один гигантский синяк.

Я раздраженно ворчу себе под нос, включая воду немного холоднее обжигающей. Становлюсь под душ и оттираю грязь, затем просто расслабляюсь под горячими струями, предоставляя им расправиться с адреналином и болью в мышцах.

Спустя где-то час восхитительного душа я убеждаю себя все-таки выключить воду. Вытираюсь и доедаю остатки холодных спагетти. Затем использую магию, чтобы высушить волосы, и собираю их в небрежный пучок. Надеваю легинсы для тренировок, спортивный лифчик и майку оверсайз с большими удобными рукавами.

На какое-то время я решаю укрыться в зале. Если близнец номер один ранен так сильно, как описывал близнец номер два, им это наверняка не особо понравится. Залечь на дно – безусловно хороший план.

Беру в руки телефон, замечаю несколько пропущенных звонков от Айдина и пишу ему сообщение.

Я: Прости, была в душе, когда ты звонил. Все хорошо?

Айдин: Это у тебя надо спросить! Сильва рассказал мне о случившемся с мальчиками, с тобой все в порядке?

Я: Во-первых, они не мальчики, а взрослые мужчины! Это ваше прозвище жутко сбивает с толку. А во‐вторых, да, со мной все хорошо. Впрочем, не могу сказать того же о близнеце номере один;)

Айдин: ЛОЛ, Вален вкратце рассказал нам о том, что произошло… Бастьен сам напросился. Я позвоню позже, рад, что все в порядке.

Выскальзываю за дверь, игнорируя голоса, доносящиеся из комнат, в которых живут мальчики. Осторожно спускаюсь и с облегчением выдыхаю, оставшись незамеченной. Затем подкрадываюсь к раковине и успешно мою миску из-под спагетти, прежде чем кто-то успевает появиться и остановить меня.

Победно поздравляю себя с тем, что в этот раз ее никто у меня не выхватил. Сестрички: двенадцать, Винна: один.