Дальнейшая моя служба протекала в 1-й Донской казачьей пластунской бригаде, с момента наступления на Балашев и потом отступления до Новороссийска со многими эпизодами.

Хочется еще сказать о своей судьбе. Дело в том, что, когда мы были пленены, сначала «зелеными» кубанцами, а затем и красными частями (на 5-й пристани), о пленении и картинах пленения можно много написать. Взять хотя бы такой случай: когда утром на пристань въехало несколько «зеленых» с криками: «Товарищи! Война окончена!» – я видел, как один капитан-дроздовец застрелил своих двух детей, жену, еще кого-то, стоявшего против него, а последнюю пулю пустил в себя. Таких случаев было много: стреляли в себя, в своих, стреляли в лошадей, которые ходили табуном голодные… Ну, об этом в будущем будет рассказано много, а сейчас скажу только о своей судьбе: когда нас красные погнали за город, один подросток-верховой подскочил ко мне и потребовал, чтобы я снял уцелевший еще на мне френч. Я снял. В кармане френча была найдена моя офицерская карточка, которая произвела сильное впечатление на подростка. Я получил несколько ударов и скрылся в толпе, а подросток куда-то ускакал.

Ночью мы – несколько человек из штаба бригады – разместились в сто доле (сарай, навес для повозок). Среди ночи сюда привели двух казаков, ограбили их и тут же зверски убили. Среди пришедших был и подросток, который меня узнал. Мне приказали встать и идти за стодолу, где нас собралось до 20 человек. Отвели в сторону, выругали, приказали стоять на месте, а сами вскинули на руку ружье, дали залп – один, другой. Все попадали, в том числе и я. Как было дальше – я до сих пор не могу разобраться, но, когда я опомнился, попробовал двинуть рукой, ногой, – оказалось, я был жив, и ни одного ранения… Около меня стонал есаул Ржановский, как я узнал впоследствии, и еще кто-то. Рядом на коленях стоял наш вахмистр Гречишкин, который знал, куда нас повели, и приполз, чтобы увидать, что со мной. Затем я пополз в стодолу. А утром снова начались переживания и закончились лагерями в Ростове, Рязани. Потом я очутился в Польше, где и прожил до 39-го года, а теперь доживаю свою жизнь в Австралии…