В одном классе с Серёжей учился Толя Кубарев. И Серёжа придумал план, в котором участвовал Кубарев и Борисов.

Есть такая узкая улица, которая идёт от Харьковской до Площади Александра Невского. Это — Тележная. На Тележной улице жила девочка с красным шарфом, Оля Сорокина. Серёжа несколько раз шёл за нею следом из магазинов, и всегда она заходила в один и тот же дом.

Серёжа вот что придумал.

Оля Сорокина будет идти по Тележной. Поздно, темно, ветер. На улице, как всегда, никого.

Вдруг из-за угла выбегают двое людей и хватают её за руки.

— Попалась, — говорят, — от нас не уйдёшь.

Но тут появляется он, Серёжа, и спасает её.

Люди сопротивляются, но он легко справляется с ними обоими.

Гордый, спокойный, он идёт с нею рядом, и они разговаривают. Могут про Гошу для начала, если говорить будет не о чем.

Конечно, лучше бы подошёл для этого дела сам Гоша, а не Кубарев, но нельзя — он знакомый.

А Кубарева Оля не знает. И Борисова тоже не помнит, конечно.

Кубарев сразу согласился. Он собирает конверты с картинками, и Серёжа ещё весной подарил Кубареву пять иностранных конвертов с нерусскими подписями.

Борисов сначала не хотел.

— А вдруг она закричит? Там милиция близко.

— Зато милиционеров нет, я проверял, — убеждал Серёжа.

И вот все они трое пришли на Тележную улицу и стали ждать появления Оли. Оля обычно в это время ходила в булочную за булкой.

Потом, когда Оля появилась, Серёжа спрятался в подворотню, а Кубарев и Борисов медленно пошли к ней навстречу. Они поравнялись с Олей и, так же как тренировались на Серёже, схватили её за руки.

— Ага, попалась, — сказал Кубарев.

— Пустите, — негромко проговорила Оля, но визжать не стала.

— Попалась, — снова сказал Кубарев.

Борисов молчал, и что делать дальше, Кубарев не знал.

Но тут появился Серёжа.

Он быстро пошёл прямо на них и ещё издалека закричал:

— Вы что это к человеку пристали! Ну-ка отпустите!

Борисов сразу отпустил. Было видно, что он и уходить уже собрался.

— Тебе говорят, — сказал Серёжа Кубареву.

— Ты, курносый, потише, — ответил Кубарев притворно грубым голосом.

У Серёжи нос был маленький, и он не любил разговоры об этом. Слова Кубарева его задели.

— Я тебе покажу курносого. Через забор сейчас полетишь, зелёное пальто! — сказал он.

Кубарев стеснялся своего пальто, потому что носил его много лет, чуть ли не с первого класса, и оно было совсем старым.

— Дурак, курносый дурак, — ответил он Серёже.

— А ты крокодила зелёная. По улицам ходила большая крокодила, — пропел Серёжа слова из известной песни.

Борисов слушал всё это, равнодушно глядел на них, молчал и дышал носом.

Оля Сорокина тоже молчала. Она с удивлением смотрела то на Серёжу, то на Кубарева.

Потом она легко выдернула свою руку, которую всё ещё держал Кубарев, и пошла к дому.

— Все вы дураки, — сказала она не поворачиваясь.

Она шла медленно и спокойно, но никто из троих не побежал за нею вдогонку.