Курица задумчиво сидела на яйцах, распушив перья и уткнув свой клювик в пушистую грудку. Она даже полузакрыла глаза, и, казалось, ничто на свете ее не интересовало… Но стоило дворовому псу или кошке подойти к ней чуть ближе, чем полагалось, как она мгновенно преображалась, — широко раскрывала крылья, энергично клевала воздух и воинственно кудахтала, защищая своих будущих птенцов. А те никак не хотели вылупляться.

— Ох, хоть бы поскорее они вывелись! — вздыхала Курица. Конечно, из своего многолетнего опыта она отлично знала, что птенцы выводятся только на двадцать первый день, но от долгого сидения сбилась со счета, а календаря у нее под рукой не было.

Яички были тепленькие, беленькие, гладенькие, и во многих из них уже определенно что-то постукивало… Крак! И из самого маленького яйца вылез малюсенький желтенький Цыпленок. Он сразу встал на ножки, почистил клювик и сказал, что ему надоело питаться одним яичным белком, не найдется ли чего-нибудь повкуснее?

Мама-наседка посоветовала Цыпленку поискать в земле вкусных зернышек, и он тут же занялся этим делом, весело попискивая.

Между тем другие Цыплята совсем не желали отставать от первого Цыпленка.

Крак! Крак! Крак! Скорлупки с треском разваливались, и из них один за другим вылезали все новые и новые цыплята. Они весело пищали и радовались, что наконец-то выбрались из тесных скорлупок.

Только одно яйцо было не такое, как другие. Вы, может быть, думаете, что из него вывелся гадкий утенок? Ничего подобного. Из него никто не вывелся.

— Ну, что же ты? Уже пора, все цыплята вывелись! — сказала Курица и легонько подтолкнула Яйцо.

Тогда это самое Яйцо недовольно покачалось и вдруг заявило, что это совершенно не обязательно, чтобы кто-то там из него выводился. А затем Яйцо, разумеется, стало учить Курицу. Во-первых, она не так кудахтала, во-вторых, совершенно не умела нести яйца, а в-третьих, она копала червячков совсем не так, как полагается.

Курица только вздыхала.

— Уж лучше бы из этого яйца вывелся гадкий утенок, по крайней мере он потом стал бы лебедем.

Но Яйцо сказало:

— Ха-ха! Гадкий утенок! Никто из меня не выведется! Я так и останусь Яйцом! А вот Курица совершенно не умеет искать червячков!

— Яйца Курицу не учат, — наставительно сказал самый Маленький Цыпленок, но Яйцо не обратило на это никакого внимания и продолжало болтать.

— Да это же болтун! — заявил другой Цыпленок.

— Болтун! Болтун! — подхватили остальные Цыплята, а самый Большой Цыпленок сказал:

— Может быть, его клюнуть как следует, тогда из него что-нибудь выведется?

Но самый Маленький Цыпленок заметил, что если Яйцо клюнуть, то уж наверняка из него никто не вылупится.

Между тем Курица сидела, сидела и встала:

— Довольно! Хватит с ним нянчиться! Пусть посидит тут в одиночестве и подумает о своем поведении.

Курица распушила перья, закудахтала и направилась к выходу из сарая, и все Цыплята с писком побежали вслед за ней.

А самодовольное Яйцо вдруг почувствовало, что ему стало холодно и неуютно. Откуда-то подул ветерок… Хорошо было в тепле под крылышком у мамы рассуждать, философствовать и всех поучать.

— Стойте! Куда? — завопило Яйцо.

— Мы идем искать червячков и жучков, — ответил самый Маленький Цыпленок. — Потом мы будем учиться строить гнездо из соломинок, а потом будем купаться в луже. До свидания!

— Стойте! — кричало Яйцо. — Я тоже хочу купаться в луже!

— Ну что ж, идем с нами, — сказал самый Маленький Цыпленок.

Яйцо выкатилось из гнезда, покатилось вслед за выводком. Крак! — и лопнуло. А из него выбрался Цыпленок. Самый обыкновенный, желтенький, симпатичный Цыпленок. Он хотел было по старой памяти тут же раскритиковать в пух и прах все, что было вокруг, а заодно и поучить Курицу, как надо жить, но сразу же прикусил язычок. Потому что увидел вокруг огромный прекрасный мир, небо и солнце, а себя вдруг почувствовал совсем маленьким и беззащитным. И он со всех ног побежал к своей маме и братьям.

Сначала другие Цыплята смотрели на него с явным недоверием и даже не хотели разговаривать, поскольку он вывелся из этого малосимпатичного Яйца. Но довольно скоро все увидели, что это очень скромный, чудесный Цыпленок! И его вполне можно принять в свою компанию.

Может быть, вас интересует, что стало с яичной скорлупой? О, наш Цыпленок забросил ее куда-то очень далеко, чтобы никто никогда не вспоминал о том самодовольном Яйце, из которого он вывелся.