431. Далее, на первой неделе января тысяча IIIIc и XXVI года, парижский рабочий люд горько жаловался на разбойников и грабителей, каковые рыскали вокруг города на расстоянии XII, XVI, XX лье от города или около того, и творили столь великие бесчинства, что никто не мог их в достаточной мере описать. Они же не принадлежали никакой стороне, и не выступали ни под каким знаменем[1274], и были едино бедными дворянами, днем и ночью предававшимися разбою. Когда же сказанные жалобы дошли до ушей прево, он же снарядил для того LX солдат из парижского ополчения, владевших луками и арбалетами, и весьма поспешно выступил во главе отряда в направлении, где, как то утверждали, находилось их логово, и не прошло и VIII дней как захватили в плен более IIc человек, и отправили их в разные тюрьмы в добрых городах, бывших от того поблизости. В среду же, на IX день января месяца тысяча IIIIc и XXVI года, в Париж доставлено было около XX пленников или около того, каковых везли на двух самых больших телегах[1275], каковые только смогли разыскать.
432. Далее, в это же время война между братом регента и герцогом Бургундским продолжалась беспеременно, и между фламандцами и англичанами, державшими сторону брата регента, произошло множество стычек[1276].
433. Далее, во время, на каковое пришлась середина Великого Поста, в канун праздника Св. Бенедикта[1277] или около того, приказано было объявить в Париже о переизбытке свежей сельди[1278], каковую действительно доставили в Париж в весьма изрядном количестве.
434. Далее, в это же время в продаже был весьма добрый горох, какового раньше не случалось, в то время как за бушель просили III блана или же XIV денье, бобы же[1279] продавались по X или же по XII денье.
435. Далее, в это же время англичане и бретонцы начали войну между собой[1280], англичане же [заняли] город Сен-Жам-де-Беврон, и весьма укрепили таковой и снабдили его же всеми необходимыми припасами, тогда же как бретонцы в марте подступили к нему с осадой, и оставались там пока не прошел праздник Пасхи, это же произошло в тысяча IIII и XXVI году, и вели переговоры друг с другом, не обменявшись ни единым выстрелом[1281], в то время как в народе говорили, будто некие бретонские епископы[1282], имеющие там весьма большой вес, или некто иной, получили за это немало денег, в то время как бретонцы были таковым весьма недовольны, при том что на этот раз предпочли смолчать.
436. Далее, в это же время возобновилась война между герцогом Бургундских и братом регента Франции, и посему объявлена была весьма великая талья[1283], каковая весьма обременила мелкий люд.
437. Далее, в июне месяце по всей Франции случились столь великие наводнения, что в самую ночь Св. Иоанна Крестителя[1284] в год тысяча IIII и XXVI, едва лишь разожгли костер и люди принялись плясать вокруг такового[1285], вода поднялась настолько, что сбила огонь и залила таковой, и [бывшие там] со всей поспешностью расхватали кто горящие [головни], кто дрова[1286], каковые не успели еще сгореть, и это все принесли к подножию Креста[1287], и там вновь разожгли огонь, питая его оставшимися дровами. Однако, IIII или же VI днями позднее, вода вышла из берегов настолько, что залила подножие креста, и все парижские огороды заполнены были водой, это же случилось в начале июня, и продолжалось вплоть до X или же XII июля, всего не менее XL дней, до того, как вода упала настолько, чтобы можно было возобновить движение купеческих судов, в то время как земли, расположенные ниже по течению лишились всех своих доходов[1288]. По таковой причине на неделе, после праздника Св. Иоанна Крестителя, в среду, каковая предшествовала празднику Свв. Петра и Павла[1289], устроена была общая процессия, весьма торжественная и благостная, и двигались в ней прихожане собора Нотр-Дам, неся с собой реликвии Благословенной Девы Марии, они же двигались по мосту, какой начинается позади богадельни, а за тем по улице, примыкающей к Малому Шатле, и далее через Новый Мост а затем через Большой Мост, вернувшись далее по мосту Нотр-Дам, и далее в сам собор, где весьма благочестивым образом отслужена была месса во славу Св. Девы Марии, и выслушана весьма благочинная проповедь, каковую произнес брат Жак Туреньский[1290], монах ордена Св. Франциска.
438. Далее, ярмарка Ланди устроена была там, где и проводилась ранее, впервые после тысяча IIII и XVIII года[1291].
439. Далее, в этом же тысяча IIIIc и XXVI году, уродилось столько вишни, что множество раз на Крытом Рынке, что в Париже, за IX ливров просили не более I блана, каковой по стоимости равнялся IIII парижским денье, но шестью неделями спустя, или чуть более того, просить стали IIII парижских денье за VI ливров, таковая же цена оставалась неизменной вплоть до середины августа, когда за ливр стали запрашивать уже II денье, при том, что самая высокая цена равнялась II дублям, каковые стоили менее IIII турских денье.
440. Далее, в сентябре, в праздник Св. Креста[1292], каковой пришелся на субботу, ворота Сен-Мартен заперты были также как то случалось ранее, при том, что их не стали закладывать камнем, и оставались запертыми вплоть до VII декабря, каковой день приходился сразу после праздника св. Николая Зимнего, в то время как десятники и прочие уважаемые люди, жившие в сказанном квартале неустанно просили и хлопотали, дабы сказанные вороты были открыты и просьба их была наконец уважена. При таковом же событии присутствовали купеческий прево[1293] и также эшевены[1294], каковые при том заявили: «Говоря между нами, горожане и жители квартала[1295], ворота эти откроются и будут отныне открыты на вашу же погибель». Таковым же образом [ворота Сен-Мартен] открылись вновь на VII день декабря, в субботу.
441. Далее, в воскресенье, на XVI день сказанного месяца, [у стен аббатства] Сен-Маглуар устроена была общая процессия против неких еретиков, впавших в заблуждение касательно веры нашей[1296], как о том сказано ранее это случилось в мае тысяча IIIIc и XXIIII года[1297], дабы посредством молитв уничтожить зло[1298], что исполнено было мэтром Гильомом л’Ами[1299], мэтром Англем де Тамплем, и прочими с ними, это же происходило на улице, следующей за той, что примыкает к Тамплю[1300], и равной таковой, называемой улицей Портефуэн.
442. Далее, по желанию святого отца, касательно сказанной процессии, дабы Университет мог исполнить свой долг в полной мере, ему должны были в том содействовать III или IIII епископов, как то епископ Теруанский, в те времена бывший также канцлером Франции и епископ Бовеский[1301].