Вирмлинги крупнее этих, — сказала она, выставив подбородок в сторону мертвецов. Эти бедные люди — люди, или то, что в мире теней принято считать людьми.

Но вирмлинги на голову выше и шире в плечах. Их кожа белее костей, а глаза подобны ледяным ямам. Они не переносят дневной свет. Они едят только плоть. Они думают, что человеческая плоть не хуже. как и любой другой.

Значит, — сказал Бэрн, — эти люди были их врагами? Или их воспринимали просто как еду?

Заклятые враги, — сказала Рианна.

Какова численность вирмлингов? — спросил Бэрн, как любой хороший командир.

Миллионы, — сказала Рианна. Они владеют странной магией. Их лорды и императоры — твари, и никакое обычное оружие не может их убить. Моя мать, леди Миррима, волшебница воды, благословила мое собственное оружие, и поэтому, по счастливой случайности, я убил одного из их рыцарей. Вечное, существо скорее мертвое, чем живое, я отобрал у него крылья.

С этими словами она расправила крылья и подняла их в утреннем свете. До этого момента она подозревала, что Бэрн не хотел ей верить. Но он не мог отрицать свидетельства собственных глаз.

Вы говорите, что у них есть кровавый металл? он спросил.

Гора этого, подтвердила она. Когда два мира были связаны, гора выросла над равниной. В том другом мире людям она была мало нужна. Теперь это неисчислимое сокровище.

Военачальник Бэрн принял хитрый взгляд. — Зачем ты мне все это рассказываешь — ты дочь хваленого сэра Боренсона?

Рианна подумывала о лжи, но остановилась на полуправде. Каким-то образом она могла сказать, что дела идут не очень хорошо. Он любил эту землю, этих людей. Он не хотел, чтобы им причинили вред. Вы могли бы стать могущественным союзником в предстоящих войнах.

Бэрн, казалось, на мгновение задумался. Вы хотите, чтобы мы пошли войной на гигантов-гигантов, воюющих с людьми их собственного мира? Зачем нам объединяться с меньшими людьми? Возможно, есть какой-то способ сделать вирмлингов нашими союзниками?

Вы меня не слышали? Они едят человеческую плоть. У них есть гора кровавого металла. Они в лучшем случае они сделают вас своими рабами, хотя я думаю, они предпочли бы приготовить вам еду.

Казалось, это удовлетворило Бэрна. Он выпрямился и меньше походил на стервятника.

А где эта гора? Мой капитан сказал, что вы планируете назначить за нее свою цену.

Во-первых, мы должны посмотреть, согласитесь ли вы на мою цену, — сказала она.

Бэрн фыркнул, как будто это была всего лишь формальность. Он отдал бы все за гору кровавого металла. Чего ты хочешь?

Рианне не понравился его вид. Он взглянул на север и юг. Он вел себя так, как будто был слишком занят, чтобы тратить с ней время, но она подозревала, что он боялся посмотреть ей в глаза.

В крепости змей держат двоих пленников. Когда ты добудешь кровавый металл, я хочу, чтобы ты взял дары, проник в крепость змей и освободил моих друзей.

Позволь мне получить достаточно пожертвований, — сказал Бэрн, — и я убью за тебя этих гигантов. Тогда ты сможешь войти в подземелья змей и освободить своих друзей.

Согласна, — сказала Рианна, но ей все равно было не по себе.

Итак, — спросил Бэрн, — где эта гора кровавого металла?

Рианна боялась сказать ему правду. Ей хотелось посмотреть, что он будет делать, когда получит информацию. Поэтому она придумала уловку.

Если он благородный человек, решила она, то я смогу сказать ему правду позже.

Он спрятан под крепостью змей, на склонах вулкана, в восьмидесяти милях к северо-западу от города Рейвенспелл. Она только что дала ему дорогу до Ругассы. Если бы он последовал за ними, то повел бы своих людей в бой против всей орды змей.

Он тепло улыбнулся, а затем взглянул на капитана своей гвардии. — Убей ее, — пренебрежительно сказал он.

Бэрн повернулся, чтобы уйти, как раз в тот момент, когда капитан стражи поднял и опустил руку, давая лучникам сигнал стрелять.

Рианна была к ним готова. Она повернулась вправо и перепрыгнула через мост, когда стрелы и болты баллисты зазвенели на брусчатке рядом с ней.

Она упала на пятьдесят футов, прежде чем раскрыла крылья, ловя ветер. Она свернула под мост и пролетела над скалами, которые были затоплены всего три дня назад, а теперь были покрыты белыми ракушками и разноцветными морскими звездами.

Она взмахнула крыльями и улетела прочь, используя мост над собой как щит. Стрелы падали над ней, падали на каменный мост и щелкали при ударе. Лучники сделали все, что могли, но не смогли сделать точный выстрел.

Теперь их шанс был упущен, и Рианна улетела за пределы их досягаемости.

Она была опечалена предательством военачальника. Она надеялась найти союзника, а вместо этого нашла только врага. Он поведет своих людей на войну против вирмлингов, в этом она была уверена. Он не мог позволить себе игнорировать риск.

Но кто мне теперь поможет? она задавалась вопросом.

Рианна сверилась с мысленной картой. От Мистаррии не осталось ничего, что можно было бы спасти. Военачальники Интернука захватили побережье. Бельдинук захватил запад, а Южный Кроутен претендовал на середину страны. Царства Габорна больше не было. Мало что можно было спасти, мало за что стоило бороться.

Так куда мне еще пойти? – задумалась Рианна. Бельдинук теперь был самой могущественной нацией во всем Рофехаване, с ее прекрасными доспехами, сильными уланами и тяжелыми боевыми конями. Замки и крепости Бельдинука уцелели в прошлой войне. Но Белдинук был заклятым врагом Мистаррии, и ее правительница, Аллония Лоуикер, не захотела помочь спасти Фаллиона Сильварресту Ордена, отпрыска Мистаррии.

Рианна подумывала о полете в Хередон.

Когда-то это был дом королевы, и он тоже был богат сталью и людьми, но попал под тень Южного Кроутена.

Где еще я могу обратиться за помощью? она задавалась вопросом.

Бежит, земля конных кланов.

Земля моей юности, — подумала она. Ее мать родилась во Флидсе. Бабушка Рианны была королевой. Некоторое время там воспитывалась Рианна. Время, проведенное во Флидсе, было самым счастливым временем в ее жизни.

Флидс не был богат сталью, но могущественному Руническому Лорду не нужна была такая защита. У Флидса не было великих укреплений, но у женщин Флидса было великое сердце. И они любили и чтили Царя Земли. Они будут уважать его сына.

Домой, сказала она себе. Я иду домой.

С этими словами она взмахнула крыльями, накренилась влево и взлетела из-под моста в открытое небо. Она с нетерпением полетела на запад, навстречу заходящему солнцу, которое сияло, как белая жемчужина, и погружалось в переливчатую дымку.

4

НЕЗНАКОМЕЦ ВНУТРИ

Когда львы пируют, робкие получают по заслугам — ничего.

— Из Катехизиса змейцев

В крепости змей в Ругассе Арет Сул Урстон был чужим в собственном теле. Он шел и говорил, но им двигала чужая воля, и были сказаны чужие слова, чужие эмоции, которые он чувствовал. Великий Змей, Лорд Отчаяние, взял власть в свои руки. Арет Сул Урстон чувствовал себя мышью, пойманной в ловушку и загнанной в угол в большом зале какого-то короля и наблюдающей за тем, как протекают тяжелые государственные дела.

Лорд Отчаяние стоял на самой верхней колокольне, а звезды плыли на теплом ветру над головой. День прошел, и была почти полночь.

Глядя на звезды, Отчаяние видел не пронзительные огни, поражавшие его сердце своей красотой, — а лишь разрозненные кусочки своей вожделенной империи.

Отчаяние потянулось, словно собирая звезды в свои руки. Так долго они оставались вне его досягаемости. Но теперь, теперь он мог почти прикоснуться к ним.

Арет наблюдал за этим жестом, чувствовал тоску Отчаяния, но Арет не мог до конца осознать бурные мысли Отчаяния, его бессмертную ненависть, его далеко идущие планы.

Теперь Отчаяние смотрело на своих приспешников, трудившихся в крепости, находящейся в сотнях ярдов внизу, и восхищалось их величием.

Высоко на склонах вулкана были построены огромные лежбища для размещения его потусторонних грааков. Рэнглеры пытались затащить одно из огромных существ в его новый дом, но оно расправило свои массивные черные крылья и отпрянуло назад, потянув одного из своих дрессировщиков насмерть.

Двери в полдюжины теневых миров уже были открыты, и вскоре со всех концов прибудут подкрепления, существа, о которых вирмлингам и не снилось.

Сначала я должен укрепить свою власть в этом мире, — знал Отчаяние, — а потом я смогу захватить остальные.

Однако он не ликовал своей властью.

Весь день Отчаяние чувствовало себя неловко, испытывая странное и нарастающее чувство тревоги.

Опасность приближается к крепости, предупредила Земля. Однако предупреждение не прозвучало в связных словах. Скорее, это была эмоция, инстинкт, который подталкивал его к действию и раздражал его разум. Опасность приближается. Отправьте своих людей в безопасное место.

Лорд Отчаяние использовал пробуждающиеся Силы Земли Арета, чтобы выбрать определенных лордов-змей, создав с ними связь, позволив ему чувствовать, когда они находятся в опасности, и предупреждать их. Теперь Отчаяние не только чувствовало опасность для некоторых из своих лордов, но и знал, что им нужно делать.

Беги, — прошептала Земля. Скажи им, чтобы они бежали.

Но Арет Сул Урстон, охваченный чужой волей, ничего не мог сделать. Он не мог предупредить обреченных лордов, поскольку Отчаяние теперь полностью овладело им, а Отчаяние отказывалось отправить лордов в безопасное место.

Я буду действовать, когда придет время, — прошептало Отчаяние Земле. Ничто из того, что я выбрал, не будет потеряно.

Лорд Отчаяние придумал другой способ спасти свой народ. Он выиграл битву за Каэр Люсаре. Слуги Отчаяния уже выкапывали кровавый металл на холме недалеко от крепости, и к рассвету первая партия груза помчится в Ругассу. Как только он прибудет, он одарит своих людей огромными пожертвованиями и подготовит ловушку для тех, кто нападет.

Я так вооружу своих людей, что они будут непобедимы, — сказал себе Отчаяние.

Но он не мог быть в этом уверен. Отчаяние не могло ощутить источник опасности. Он представил, что приближаются Рунические Лорды, скорее всего, какие-то могущественные лорды, изгнанные из Каэр Люциаре. Такие люди представляли бы большую опасность. Возможно, они придут через несколько часов или через день. Он не мог быть уверен, когда они прибудут. Он чувствовал опасность лишь так, как можно почувствовать приближение бури, даже когда облака не затмевают горизонт.

Лорд Отчаяние развернулся, и из его уст сорвался приказ: Отправьте сообщение императору, — сказал он капитану гвардии. Я хочу, чтобы в Каэр Люциаре был отправлен гигантский граак, чтобы забрать нашу первую партию руды кровавого металла. Мне нужна эта руда завтра с первыми сумерками.

Да, о Великий Змей, — сказал стражник.

Далее Отчаяние задумалось о том, как ему получить своих Посвященных. Брать дары у вирмлингов не имело смысла. Они понадобятся ему для ведения его войны.

Нет, подумал он, я должен получить пожертвования от своих потенциальных врагов.

Почти как запоздалая мысль он сказал: В течение какого-то времени сбор урожая мелкого народа больше не будет. У орды на данный момент достаточно мяса.

Капитан казался удивленным. — Вы пощадите их, проявите к ним милосердие? Разве они не представляют опасности?

Оставить их в живых — это не то же самое, что проявить милосердие, — терпеливо объяснила Отчаяние. Мне нужны пленники, гибкие женщины, которые одарят меня грацией, хитрые мужчины, которые одарят меня своим умом. Мне нужны люди с сильным зрением и слухом. Но больше всего мне нужны люди с великой красотой и с прекрасными голосами.

Мой господин? — спросил капитан, поскольку он еще не был обучен искусству отнимать дары у своих врагов.

По земле разбросаны десятки миллионов маленьких людей, — объяснил Отчаяние. Они превосходят нас численностью и поэтому, как вы говорите, представляют опасность.

Но я заставлю их полюбить меня. Я заставлю их преданностью.

Капитан стражи кивнул. Он выполнил бы приказ Отчаяния, но в его глазах по-прежнему не было понимания.

Это не имело значения. Со временем скучное существо поймет, что замышляет Отчаяние. Капитан отвернулся, чтобы передать сообщение.

— Ах, и последнее, — сказал Отчаяние. Скажи им, чтобы они выделили самых сильных из живого маленького народа, а также кузнецов и ювелиров. Мы можем использовать их для работы в рудниках при дневном свете и делать наши форсированные орудия. Таким образом, наши рабы будут выковывать себе ошейники.

— Да, Великий, — сказал капитан и бросился с бруствера.

Отчаяние еще на мгновение постояло под звездами, желая их, его сердце все еще было тяжело от тревоги. Он не мог сказать, когда произойдет нападение. Завтра, послезавтра?

Прошел почти целый день с тех пор, как Рыцарь Вечности Вулгнаш привел Фаллиона Ордена в крепость. У молодого волшебника должно было быть время исцелиться.

Отчаяние сказал своим охранникам: Отведите меня в темницы, в Черную камеру.

И они начали путешествие вниз по винтовой лестнице в лабиринт.

Лабиринт получил свое название не случайно. Большинство вирмлингов Ругассы имели лишь поверхностное представление об окружающем мире. У них были спальные помещения, место для работы и, возможно, близлежащая арена или пивной, чтобы развлечься. Это все, что действительно нужно человеку в жизни, считал Лорд Отчаяние. Вирмлинги были функциональными и продуктивными. Им не нужно было знать, что существует за пределами их тесной жизни.

Лишь немногие из них знали, что существует на поверхности. Им рассказывали ужасные истории о ярком солнце, которое выжигало им глаза, или о свирепых существах, способных проглотить вирмлингов целиком. Из всех этих врагов человечество всегда считалось наибольшей угрозой.

Таким образом, повелители змей рассматривались не как рабовладельцы, а как спасители.

Теперь, когда произошли большие перемены, в лабиринтах царили волнения. Некоторые вирмлинги связались со своими тенями из мира Фаллиона. Они знали, что нельзя доверять катехизисам змей, и многие из них пытались сбежать.