В преломлении к музыке понимание «завершенной структуры» мы можем встретить в разных ипостасях, начиная от создания музыки, аранжировки до сведения и мастеринга.

Согласно гештальтпсихологии, целостность восприятия и его упорядоченность достигаются по следующим пунктам:

Близость

Элементы, которые близки в пространстве или во времени, кажутся нам объединенными вместе, то есть группой, и мы воспринимаем их совместно.

Самое очевидное здесь для музыки – это образование структуры при расположении нот близко по времени. То есть вы слышите не просто три отдельные ноты подряд, а воспринимаете их как мелодию. Вы слышите музыкальное произведение, не разделяя в нем конкретные звуки или тембры, ведь тогда оно потеряет свою целостность. Все элементы музыкального произведения работают в совокупности. Грубо говоря, сложно сказать, хороша ли бочка, отделив ее от трека. То же самое происходит при построении пространства, например. Все аспекты – громкость, стереобаза/панорама, EQ и эффекты – работают только вместе. Если какая-то из этих настроек выполнена неточно, картинка пространственного изображения у слушателя просто может не сложиться.

Целостность

Восприятие имеет тенденцию к упрощению и целостности.

Это очень ярко просматривается в восприятии первого прослушивания трека. Запоминается самое простое и яркое. Человек, имеющий в слуховом опыте исключительно поп-музыку, вряд ли адекватно с первого прослушивания сможет воспринять Баха. Потому что там все сложно и мало что однозначно повторяется. В поп-музыке, наоборот, самым важным является сделать некий яркий момент для запоминания – то, что вы будете напевать потом, моясь в душе, поднимаясь по лестнице или готовя обед.

Еще можно поговорить об этом снова в теме пространства. При воображаемом построении пространства во время прослушивания музыки человек моделирует в воображении некий слуховой образ среды. При этом он будет воспринимать максимально быстрый и простой вариант, который сможет смоделировать. Например, если вы ошиблись в обработках при построении пространства и у вас слишком громкий и низастый вокал в миксе, то слушатель не будет думать, что вы ошиблись (если только вы заранее не попросите его оценить ваши ошибки). Максимально быстро его слуховой опыт подскажет, что человек низастый и громкий, потому что поет ему прямо в лицо. Ну или это Гулливер.

Замкнутость

Восприятие стремится к замкнутости, чтобы отражать целостность воспринимаемого.

Это те же самые треугольники, не дорисованные по сторонам, только в музыке.

При создании произведения каждое наше действие в треке, будь то аранжировка или сведение, как бы задает слушателю вопрос. И он нуждается в ответе, иначе гештальт «не закрыт» и слушатель чувствует, что не получает полную картину, не может дорисовать эти грани треугольника, а значит, запросто испытывает разочарование.

Например, у вас всю песню тональность ля минор, а в последнем проведении вдруг все приходит в до-диез минор. Возникает вопрос, на который нет ответа. И если ваш слушатель имеет опыт прослушивания сложной музыки, где всякое бывает, то он сможет пережить и этот кульбит. Но человеку, выросшему на простой поп-культуре, этот вопрос точно будет непонятен.

Или еще пример: поется какая-то тема с ярким эффектом, который ни разу не повторяется. Представим, что это может быть вокодер. Если вы всего лишь на 10–20 секунд композиции услышите такую яркую обработку на главной теме, это точно привлечет ваше внимание. Однако без дальнейшего повторения это тоже может стать вопросом без ответа. Каждая, даже необычная или сложная, вещь в композиции при повторении становится более известной и простой. Мы привыкаем к ней, как к любому новому обстоятельству. Вот, например, вы переехали в новый дом, и вам сегодня кажется, что выключатель света не на той стороне от двери, а ваша рука сама промахивается в его поиске. Но уже завтра, когда вы повторите это действие, вы будете понимать, что это только ваша привычка. Это не дом ополчился на вас и переставляет выключатели. То же и с музыкой. Новая информация, яркая и необычная, может вызывать непонимание при отсутствии повторений. Это не значит, что трек обречен на провал. Но каждый вопрос без ответа (то бишь без повторения) потенциально уменьшает аудиторию среднестатистических слушателей, которые не слишком умные и не слишком глупые, не имеют большого слухового опыта и музыкального образования.

Довольно сложно поставить себя на место слушателя, развидеть все знания, которые имеешь, ведь если вы учились в консерватории, то для вас модуляция в совершенно другую тональность ближе к концу трека не станет чем-то уж очень шокирующим. Но это необходимо для максимально понятного донесения материала, если вы хотите этого «максимально».

Интересно еще, что люди лучше запоминают незавершенные структуры. Завершение дает ощущение разрядки и успокоение, тогда как фигура с некоторыми пробелами рождает желание эти пробелы заполнить и завершить фигуру до целостности. Это желание можно сравнить с маленьким камушком у вас в обуви во время прогулки: он маленький, но не дает вам покоя, и вы хотите поскорее от него избавиться для возвращения своего обычного спокойного состояния. Поэтому, если человеку дать прослушать произведение, оборвавшееся в самом интересном месте, или какую-то незаконченную мелодию, это произведет на него яркое впечатление. Однако впечатление со знаком минус. Грубо говоря, он будет недоволен тем, что так и не смог достать этот камушек у себя из обуви или, если вам угодно, не дошел до завершения в половом акте.

Смежность и общая зона

Наш слуховой опыт сильно влияет на обусловливание получаемых нами звуковых и музыкальных сигналов, что зачастую связано со смежностью их восприятия.

Очень прикольные черты слухового опыта. Когда мы уже знаем, что в треках того или иного стиля есть определенные конкретные черты. Например, ходы формы, типа есть куплет-припев, а потом будет бридж (очень ярко такая структура представлена во всех поп-песнях 1990-х вроде Бритни Спирс или «Бэкстрит Бойз»). И ты слушаешь каждую песню и уже ждешь конкретной истории, последовательности развития, что будет дальше. Это создает определенную прогнозируемость музыки, а впоследствии – радость узнавания. Разумеется, при верном соблюдении пропорций введения нового материала и повторения.

Или, например, состав инструментов: в треке стиля дип-хаус мы совсем не ожидаем услышать перегруженную гитару, потому что привыкли к особенностям треков смежного жанра. С одной стороны, вы можете применить такой ход, это будет оригинально, но, возможно, непонятно, чего ожидать от восприятия публики. Мне кажется, отчасти именно так рождается что-то новое в музыке: хиты, стили, шедевры. Когда кто-то не побоялся присоединить перегруженную гитару к дип-хаусу, но сделал это таким изящным образом, что это не вызвало шока у слушателей, а было принято как фишка. Честно говоря, не бояться непонимания – это довольно сложно. Мы все делаем музыку для людей и хотим получать их любовь и одобрение, поэтому если вы пока боитесь – это ничего. Я боюсь вместе с вами, надеюсь, от этого вам станет легче.) ☺

Но мы продолжаем про гештальт. И следующий момент для подтверждения этого принципа – аккордовые последовательности. Мы привыкли, что в песнях неустойчивые ступени идут к устойчивым, и после доминанты ждем тонику. Именно поэтому окончание мысли на неустойчивой ступени рождает у нас ощущение незаконченности, незавершенности.

Те же принципы работают и в восприятии сведения. Скажем так, оперную певицу мы никак не ожидаем услышать в пространстве гаража, потому что это никак не соприкасается с нашим восприятием оперы и предыдущим слуховым опытом. И опять же, человек, который сделает микс именно так, может стать новатором и задать стиль будущим поколениям или с треском провалиться.

Принцип фигуры и фона

Рисунок: Эдгар Рубин «Ваза Рубина» («Визуально воспринимаемые фигуры», 1915)

Мне думается, что в музыке этот принцип реализуется за счет выделения некого солирующего инструмента или звука. Когда вы слушаете какой-то вокальный трек, то для вас вокал является, условно говоря, фигурой, а весь инструментал – фоном. При этом интересно, что, поскольку восприятие пластично, вы можете перевести свое внимание на другой сигнал в этом треке, например на линию баса, тогда для вас уже бас станет фигурой, а остальные инструменты и вокал – фоном. При этом заметьте, что в первую очередь фигурой вы будете воспринимать наиболее яркий звук. Например, проследить конкретно за партией баса у многих непрофессиональных музыкантов может даже и не получиться.

Еще один момент. Представьте, что в произведении нет мелодии. Если взять множество фоновых или околотанцевальных треков, там такое часто бывает. Но это мнимо, потому что наше восприятие не дает существовать музыке без мелодии. При наличии каких-либо аккордов оно само выбирает мелодией, как правило, верхний звук каждого аккорда, складывая мелодию из них. То есть восприятие не работает вне ситуации «фигура + фон». Фигура не может существовать без фона и наоборот.