– Не дыши, воробушек, – приказал Ласло Зельде, паркуя Старую Развалюху во второй ряд перед входом в международный терминал аэропорта Схипхол, а потом вылез из машины.

Только он успел распрямить спину, несколько страдавшую от довоенных подвесок «Джардинетты», и наполовину обойти машину, как на него коршунами накинулись два сотрудника охраны аэропорта.

– Эй, вы! – начал первый. – Эта машина должна немедленно…

– …оставаться там, где стоит, пока я не закончу инспекцию! – шикнул на него Ласло, доставая из кармашка клетчатого плаща одно из своих лучших фальшивых удостоверений: «Европейское агентство по авиационной безопасности – супер-инспектор шеф ван Петтерманс».

Охранники побледнели и на мгновение застыли как вкопанные, словно на них навели дуло пулемёта.

Затем двое в форме начали отступление, нервно переговариваясь между собой. Единственное, что Ласло удалось расслышать, было: «Вечно нас ни о чём не предупреждают. Ни о чём!»

Господин Интригио усмехнулся в усы, подмигнул дочке, и они помчались к ближайшему входу. Потом уверенным шагом нырнули в толпу спешащих пассажиров и решительно направились в зону прилёта.

– Итак… – проговорил Ласло, восстанавливая события этого утра. – Здесь я увидел газеты с заголовком про матч… Там мне приказали разносить туалетную бумагу по этажу… Потом я спустился вон по той лестнице, а вскоре после этого вернулся и отправился на выдачу багажа, где, однако, никак не появлялся профессор…

– И теперь, имея на руках факты, это кажется очень подозрительным, – заметила Зельда.

Ещё бы, конечно. Лже-Гриффитс практически последним из пассажиров рейса Нью-Йорк – Амстердам появился у багажной ленты. Причём не спустился по эскалатору, не пришёл по коридору, а…

– Вышел из того туалета! – воскликнул Ласло, ткнув указательным пальцем между двумя пролётами эскалаторов.

Отец и дочь направились к мужскому туалету. Ласло дал Зельде знак подождать, зашёл в туалет и почти сразу же вышел с видавшей виды складной табличкой «ВРЕМЕННО ЗАКРЫТО НА УБОРКУ». Поставив её перед входом, Ласло с дочерью дождались, когда все находившиеся внутри посетители уйдут, после чего, убедившись, что за ними никто не наблюдает, юркнули внутрь.

Заглянув сюда в первый раз, Ласло обратил внимание на служебную дверь.

Сейчас он кивнул на эту дверь Зельде, та бросилась к ней и рванула на себя.

Тум.

Тум!

Дверь была заперта.

– Ну вот! Здесь нужен Интрикейс… – вздохнула девочка, касаясь пальцем замочной скважины и жалея о том, что оставила чемоданчик Маркусу.

– За неимением оного мы можем разок прибегнуть к… грубой силе! – объявил Ласло, беря короткий разбег. – Посторонись-ка, воробушек. И будь готова со сливом. На счёт три. Один, два…

На счёт три Зельда нажала слив на ближайшем бачке, и в то же самое мгновение Ласло точным ударом ноги выбил дверь.

За дверью находилось служебное помещение, тёмное и гудящее. Отец с дочерью нащупали на стене выключатель, зажгли свет и увидели котельную, целиком заполненную трубами и пузатыми бойлерами. Ласло нагнулся к полу, издал «Ага!», которое могло обозначать что угодно, и двинулся по лабиринту между труб. Дочка не отставала от него ни на шаг. Вместе они вышли к другой двери, и она была приоткрыта.

Ласло осторожно взялся за ручку и медленно потянул на себя. Затем они высунулись в щель.

Перед ними раскинулась погрузочно-разгрузочная зона аэродрома, обозначенная на асфальте жёлтой линией и номером А-69. Большие самолёты отдыхали в нескольких сотнях метров от них. Ласло и Зельда вышли наружу, чтобы осмотреться, и увидели, как мимо промчался грузовичок для перевозки багажа и фургон клининговой службы.

– Смотри! – воскликнула Зельда.

Она потянула отца за рукав клетчатого плаща и показала ему камеру видеонаблюдения у них над головами.

– Думаешь, нас засекли? – спросил Ласло, рассмотрев её.

– Не знаю. Но она точно должна была записать все перемещения, которые происходили здесь сегодня утром.

– Верно, – согласился Ласло, поворачивая назад.

– Окей, но… куда мы сейчас?

– За записью, куда же ещё! – ответил Ласло, подкручивая усики.

Отец и дочь пробрались обратно между труб, вышли из туалета и снова оказались в огромном зале, где бежали ленты выдачи багажа. Ласло повёл носом, как охотник на медведя, пошёл было в одном направлении, но вдруг остановился, словно его озарила какая-то идея. Он поискал глазами электрокар из тех, что курсируют по аэропорту в помощь пассажирам, и подозвал его.

– Вас-то я и искал! – воскликнул Ласло, обращаясь к сидевшему за рулем сотруднику службы безопасности. И, по неслучайному стечению обстоятельств, это был тот же самый тип, который утром сначала отправил его развозить туалетную бумагу по кабинкам, а потом гнался за ним с воплями через пол-аэропорта.

– Мы знакомы? – сухо спросил мужчина.

– Нет, но придётся познакомиться! – прокаркал Ласло Интригио, размахивая у работника перед носом своим знаменитым удостоверением. Тот побледнел, попытался встать навытяжку, но поскольку сидел за рулём автокара, то лишь звонко стукнулся лбом о металлическую раму.

– Слезайте с этой штуковины, несчастный! Вы видите туалет? Там стоит табличка «Уборка», но сама она грязная, как будто её с помойки принесли! Факт столь же парадоксальный, сколь и прискорбный, не находите?

– Ещё как нахожу! – подобострастно закивал детина.

– Ах, так вы согласны… Тогда потрудитесь к моему возвращению оттереть табличку до блеска, если хотите сохранить хоть малейший шанс остаться работать в этом аэропорту! Я ясно объяснил? Марш! А это пока потребуется мне! – закончил Ласло, спроваживая ошарашенного работника подальше от автокара.

– Садитесь, прошу вас, фройляйн Шопенгауэр. Я немедленно доставлю вас к нужному выходу!

– Фройляйн Шопенгауэр? – хихикала Зельда, пока отец гнал автокар по длинным коридорам аэропорта. – Как это тебе пришло в голову?

– Обычное озарение в стиле Интригио! – ответил Ласло с ухмылкой. Затем он остановил электрокар у входа в офисы и сказал дочери: – У тебя с собой твой ноутбук, верно? Включи его. Я скоро буду.

– Слушаюсь. Но… как ты намерен туда попасть? – спросила Зельда, показывая на мрачный коридор за стеклянной дверью, защищённой охранной системой.

Ласло помахал бейджиком на зелёной ленточке.

– Думаю, что пропуск типа, которого мы отправили мыть табличку у туалета, поможет! Либо… как обычно, при помощи паясничанья и хладнокровия, которое отличает инспектора ван Петтерманса, воробушек! Кстати… У вас есть на что скопировать записи видеонаблюдения, которые нас интересуют, фройляйн Шопенгауэр?

– Подойдёт розовая флешка с единорогами? – ответила Зельда, вынимая из кармана изящный USB-носитель.

– Гм… идеально.

Бейдж открыл обе входные двери, затем Ласло доверился интуиции. К счастью, аэропорты во всём мире одинаковы, то ли по соображениям безопасности, то ли из-за лени архитекторов, их проектирующих. В каждом уважающем себя офисе начальство находится выше, а компьютеры ниже. Поэтому Ласло спустился вниз. На один, на два, на три этажа. И, как и следовало доказать, в подвальном этаже ему сразу попалась табличка «Служба безопасности». Ласло подождал с полминуты перед закрытой дверью, пока из неё не вышла с деловитым видом какая-то молодая женщина в костюме, и он просто вошёл вместо неё. А оказавшись внутри, заблокировал дверь спинкой стула.

В подвальном помещении находилось не меньше сотни включённых мониторов и дюжина лысых человечков в потных рубашках, которые не обратили никакого внимания на его появление. Ласло смог сесть незамеченным за свободный компьютер. Немного поколебавшись перед экраном, он попробовал ввести несколько команд, но безрезультатно. Что помешало ему взять с собой Зельду? Ничего не поделаешь, он вздохнул и подошёл к одному из местных, сидевшему за ближайшим компьютером.

– Мне нужны утренние записи погрузочно-разгрузочной зоны А-69. Срочно, – сказал он решительным тоном начальника, который отдаёт приказы.

Однако этот приём, похоже, не сработал.

– Новенький? – спросил тип, искоса бросая на него презрительный взгляд.

– Нет, – ответил Ласло, быстро показывая тому своё удостоверение. – И если в ближайшие тридцать секунд ты не скопируешь мне на эту флеш-карту все записи телекамеры в зоне А-69 за сегодняшнее утро, новенькой станет твоя жизнь. Начиная с новой работы в киоске стритфуда!

Этот приём сработал отлично.

Тип тотчас принялся стучать по клавишам. Тук, тук, тук, тук, тук…

Несколько мгновений спустя он взял флешку, которую протянул ему Ласло и застыл, выпучив глаза.

– Ну же! – поторопил его Ласло.

Компьютерщик принялся слегка трясущимися руками вставлять невообразимую розовую флешку с единорогами в USB-вход, но в последний момент снова засомневался:

– Вы уверены, что хотите использовать эту… штуку, инспектор? Эта процедура не…

– Эта процедура тебе неизвестна, юноша. Полагаю, ты не знаком с секретным протоколом Единорог, верно я говорю? – повысил голос Ласло/ван Петтерманс.

Тип помотал головой и, бурча неразборчивые извинения, наконец скопировал файлы на флеш-карту Зельды.

Получив карту обратно, Ласло подбросил её и поймал карманом плаща. Теперь ему оставалось лишь поблагодарить, вернуться к двери, убрать спинку стула из-под ручки, улыбнуться девушке, которая тем временем безуспешно пыталась попасть внутрь, взбежать на три этажа, повесить на последней двери бейдж бедного менеджера и вручить Зельде её флешку.

– Она в твоём полном распоряжении, воробушек, – сказал он и рассмеялся.

– Чего тут смешного? – недоумённо спросила Зельда, глядя на отца из-за больших стёкол своих очков.

– Секретный протокол Единорог, – покатываясь со смеху, ответил ей отец. – Это так шикарно, в будущем возьму на вооружение!