Конрад оторвался от утреннего кофе, когда в его дверь дома в Нью-Йорке позвонили. Через несколько минут на кухню вошел Дэш.

— Доброе утро!

— Доброе утро! — ответил Конрад, наблюдая, как его кузен готовит себе кофе. Затем Дэш взял утреннюю газету, уселся напротив Конрада и принялся читать.

— Я должен поинтересоваться, почему ты здесь? — спросил Конрад, когда прошло еще несколько минут.

Дэш отложил газету.

— Нет. Мы можем сделать вид, что это нормально?

— Нет.

— Врач Рори уходит на пенсию, — сказал Дэш, забарабанив пальцами по столу. — Я пытался повлиять на правление, чтобы нанять специалиста, которого я нашел. Я думаю, он действительно мог бы помочь ей выйти из комы, но они не послушали меня.

— А мы не можем перевезти ее туда, где находится специалист?

— Он в Швеции, — сообщил Дэш. — Нам будет затруднительно присматривать за ней.

— Хочешь, я попробую их убедить? — спросил Конрад, откладывая свою газету и выпрямляясь.

— Нет. Это только усугубит ситуацию. Судя по всему, больница в Гилберт-Корнерс, которая владеет и управляет реабилитационным центром, не хочет, чтобы Гилберты вмешивались в их решения.

— Это они тебе сказали?

— Да. Совет сказал мне, что они дадут мне знать, когда будет найдена замена нашему врачу. Уже почти десять лет она в этой проклятой коме. Я не знаю, что делать. Найти другую больницу? Возможно, я мог бы сделать пожертвование хорошей частной больнице.

Дэш искал решения, но, честно говоря, Конрад знал, что у него их нет.

— Можно взять одно из старых зданий в городе, пришедших в упадок, и превратить его в частное учреждение. Привози своего эксперта, и пусть эта клиника будет в его ведении. Дай ему карт-бланш.

Дэш откинулся назад и задумчиво уставился в окно. Конрад оставил своего кузена наедине со своими мыслями.

— Да, знаешь, мне нравится эта идея. Спасибо, Кон.

— Без проблем. Что ты думаешь о старой фабрике? — спросил Конрад. — Мы можем просто использовать помещения в ней. Я мог бы открыть там кулинарную школу. Это глупо?

Дэш пожал плечами.

— Я подумаю об этом. Твое имя наверняка привлечет людей из близлежащих районов. Но ты должен жить в Гилберт-Корнерс. А мы оба знаем, как ты ненавидишь этот город.

Конрад усмехнулся. Ситуация была непростая. Пойдет ли ему на пользу возвращение туда? Он будет жить под гнетом поместья Гилбертов и воспоминаний о своем властном деде, которые никогда не пробуждали в Конраде положительных эмоций.

— Я не знаю.

Дэш положил руки на стол и наклонился вперед.

— Я не собираюсь отказывать тебе, но, если ты начнешь что-то, а потом забросишь, ты будешь не лучше деда, когда он закрыл эту фабрику. Мы не можем играть по-крупному и начать строить что-то только для того, чтобы уйти.

— Я понимаю. Я бы не стал этого делать, — сказал Конрад. Возможно, Дэш был прав.

Он провел руками по волосам и сел на стул.

— Так что это должно быть что-то, что не потребует использования моего имени. Позволь мне поговорить с телевизионной сетью. Может быть, мы придумаем какой-то новый формат шоу.

— Хорошее начало. Я думаю, ты был прав насчет того, что город нуждается в нашем внимании, и это тот проект, который поможет местным жителям. Мне неприятно в этом признаваться, но я всегда смешивал город и дедушку в одну кучу.

Конрад испытывал те же чувства, и только благодаря Инди он понял, что горожане на самом деле были порядочными и совсем не похожими на его деда.

— Я согласен. Пришло время помириться со своим прошлым.

— Никогда не слышал от тебя таких слов раньше!

— Честно говоря, никогда не думал, что такое скажу. Но недавно я встретил кое-кого, кто заставляет меня смотреть на вещи по-другому.

— Девушку из книжного магазина? Хочешь рассказать мне о ней?

— Нет, — помотал головой Конрад. Он не хотел никому говорить об Инди. Но внезапно он решил, что Дэш может что-то услышать в его рассказе, что поможет ему лучше понять девушку.

Поэтому он рассказал Дэшу о ней. Он ничего не упустил, потому что они были близки и не имели секретов друг от друга.

— Мне нравится, что ты о ней рассказываешь. Она не похожа на женщин, которых ты обычно предпочитаешь, — сказал Дэш.

— Ты прав. И в этом проблема, — ответил Конрад. — Или я чего-то не понимаю?

— Время покажет. Ты должен думать об отношениях с ней так же, как об открытии кухни в Гилберт-Корнерс. Делай это только в том случае, если решишь довести дело до конца. В противном случае вы оба будете страдать.

В книжном магазине по воскресеньям обычно было много посетителей. Нола установила кофейную стойку перед магазином, а Инди организовала час чтения детских книг с двух до трех, чтобы родители могли заглянуть в ее магазин или другие магазины на Мейн-стрит.

Ей всю ночь снился Конрад. Она не могла дождаться выходных. Казалось, что она провела большую часть своей взрослой жизни в ожидании чего-то, и до вчерашнего дня не понимала, чего именно. Она как будто замерла после того ужасного свидания и последовавшего за ним нападения. Даже Уэйн не смог справиться с этим.

Он был ее бойфрендом в старшей школе, и, когда она вернулась домой после учебы, то снова попыталась встречаться с ним. Он был надежным парнем и любил ее. Но она никогда не могла расслабиться с ним.

Инди знала, что ей повезло: она отделалась лишь несколькими царапинами, синяками и боязнью близости. Она так сильно ударила нападавшего Бена в горло, что он не мог говорить несколько недель. Царапины на его лице заживали еще дольше.

Всякий раз, когда девушка видела Бена в кампусе, то чувствовала отвращение к нему и иррациональное чувство гордости за травмы, которые она ему нанесла. В конце концов она бросила учебу и перешла на домашнее обучение.

Этот случай убедил ее в том, что она обладает способностью проявлять насилие по отношению к другому человеку. Инди знала, что, если ее подтолкнуть, она отреагирует именно так. А до прошлой ночи не осознавала, что в ней так много страсти. Она старалась избегать любых эмоций и на людях изображала дружелюбие, которое не соответствовало ее внутреннему настроению.

Девушка знала, что сказала Конраду не всю правду о том, почему она здесь. Не имело смысла упоминать старого бойфренда, который женился на другой в ее родном городе.

Когда Уэйн отверг ее и так быстро нашел себе другую невесту, она перестала себя чувствовать в Лэнсдауне как дома. Ее продюсеры предложили провести восстановительные работы в другом городе, и она ухватилась за шанс оказаться в новом месте.

В Гилберт-Корнерс.

Ей искренне нравились здешние люди, и даже городской совет, хотя они часто не соглашались с ее идеями. Инди знала, что по большей части ее привлекал образ маленьких городков. Ее шоу помогало ей узнать лучше саму себя.

Она взглянула на свой телефон. Прошлой ночью она украдкой сделала скриншот видеозвонка, и сейчас, убедившись, что никто ее не видит, нажала на сохраненную фотографию Конрада.

В тусклом свете его спальни одна сторона его лица была в тени. Девушка провела пальцем по неровному шраму на его щеке и увеличила масштаб, чтобы поближе рассмотреть его глаза, пытаясь прочитать его эмоции. Трудно было сказать наверняка, но она видела в них страсть и желание. Она вздохнула.

— Что ты делаешь?

Инди подпрыгнула и вскрикнула:

— Нола, ты меня напугала!

— Да, я вижу. Ты даже не слышала, как я зашла, — ответила подруга, вытягивая шею, чтобы увидеть экран.

Инди быстро отключила телефон и сунула его в карман.

— Как дела?

— По пути сюда я заехала в продуктовый магазин, и оказалось, что его владельцы хотят поговорить с тобой о съемках его ремонта. У них есть хорошие идеи. Я осмотрела магазин, сделала несколько фотографий. Так что можешь взглянуть!

— Отлично! Нам предстоит большая работа. Этот магазин будет хорошим местом для съемок.

Они зашли в кабинет Инди и созвонились с ее продюсером, чтобы обсудить варианты. Производственная группа хотела встретиться на следующих выходных, но Инди пообещала их Конраду, и впервые с тех пор, как она начала шоу, она решила оставить этот день для себя.

— Что ты делаешь в эти выходные? Я буквально никогда не слышала, чтобы ты говорила «нет», — сказала Нола.

— Я знаю. Но Конрад повезет меня к себе в Нью-Йорк и приготовит мне ужин, — ответила Инди.

— Подожди-ка, когда он успел тебя пригласить?

— Вчера вечером. Он позвонил мне около полуночи.

— О, это интересно. Значит, между вами двумя что-то большее, чем просто поцелуй?

Инди скрестила руки на груди, пытаясь сдержать волнение. Это было не так просто, как ей хотелось.

— Честно говоря, я не знаю. И не знаю, чего ожидать. Но я хочу провести с ним время.

— Я не отговариваю тебя. Он такой привлекательный мужчина! Все Гилберты очень красивые. Почему богатые люди еще и красивые? Мне это кажется несправедливым распределением ресурсов.

Инди рассмеялась.

— Он классный. В реальной жизни меня еще ни один парень так не заводил с тех пор, как… Уэйн.

— Это нормально, если ты думаешь о нем иногда, но не позволяй этому чувству полностью поглотить тебя. Ты сказала, что снова нашла себя. И я это вижу. Это как… ну, как будто ты снова та женщина, с которой я познакомилась в общежитии. Тогда ты была в состоянии перевернуть мир с ног на голову.

Инди улыбнулась.

— Я тоже это чувствую. Я думала, что приду в себя, как только получу шоу, но, оглядываясь назад, я думаю, что все еще плыла по течению, а не жила по-настоящему. Разве не забавно, сколько времени занимают внутренние изменения?

— Я думала, что в двадцать один год я способна на многое, и вот мне тридцать, я все еще не замужем, все еще работаю в кофейне…

— Нола! Во-первых, у тебя есть кофейня, и ты чрезвычайно популярная участница нашего телешоу, и ты прекрасный резчик по дереву, — перебила Инди подругу.

— С точки зрения карьеры я добилась того, к чему стремилась. Но что касается личного… Я могла бы пообщаться с парочкой парней в городе, если бы захотела. Но секс сам по себе не помогает мне.

— Я тебя прекрасно понимаю. Но я думаю, что ты довольна своей жизнью и занимаешься любимым делом, — сказала Инди.

— Спасибо. Но, вообще, мы говорили о тебе, — напомнила ей Нола.

— Я пока не знаю этого чувства — быть довольной своей жизнью. Мне очень нравится мое шоу, которое в настоящее время делает меня счастливой. Но чего-то все же не хватает.

— Знаешь, Инди, иногда достаточно просто чувствовать себя комфортно.

Когда Нола ушла, Инди не могла перестать думать о том, что сказала подруга. Будет ли ей достаточно просто чувствовать себя комфортно?

Когда Дэш ушел, Конрад отправился на тестовую кухню. Она располагалась на старом складе в нескольких кварталах от его ресторана, удостоенного звезды Мишлен. Он прошел большую часть своего кулинарного обучения во Франции, и все его рецепты были вариациями на тему классических французских блюд.

В последнее время, однако, он больше склонялся к стилю «фьюжн», который, как он знал, не по душе судьям Мишлен. Но он любил рисковать, а его средства к существованию не были связаны с успехом или неудачей ресторана.

Он хотел создать блюдо, которое помогло бы ему понять Инди. Прошлой ночью он увидел ее по-другому: темные кудри на фоне ее светлой кожи напомнили ему о щавеле и грибах в густом сливочном соусе. Было что-то домашнее и приятное в этом сочетании.

Так что он начал с ингредиентов в качестве базы. Инди пробудила в нем огонь и страсть, поэтому он склонялся к чесноку и, возможно, чили или имбирю. Он доставал специи, прогуливаясь по кухонной кладовой и пытаясь придумать что-то еще. Она была нежной, а для сливочного соуса как раз требовалось что-то нежное… не курица, которая была бы слишком банальна для Инди. Ему нужно было что-то более захватывающее и опьяняющее. Он продолжал перебирать в голове ингредиенты, но, прежде чем он успел сделать свой выбор, дверь в тестовую кухню открылась, и вошла Офелия.

— Я была удивлена, увидев перед входом твой велосипед, — сказала она. — Но рада тебя видеть. Нам нужно поговорить о съемках конкурса.

Она выглядела, как всегда, сдержанно и утонченно. На ней была юбка-карандаш и футболка с блестками. Он никогда не знал, чего ждать от Офелии. Она любила экспериментировать с модой, и он давно понял, что ее одежда является показателем ее настроения. Он просто никогда не был уверен, какое именно это настроение.

— Что насчет съемок?

— Я редактировала отснятый материал. Хочешь, я уберу часть о том, что ты примешь участие в благоустройстве города? А еще я нашла тебе нового соперника. Ты свободен в эти выходные? Шеф-повар, который хочет соревноваться с тобой, — это тот, кому телеканал тоже хочет предложить свое шоу. Так что это будет хороший пробный запуск.

У него было искушение сказать «да». Может, это была судьба, как полагала Инди, вмешавшаяся, чтобы спасти ее от Зверя. Но он хотел Инди, и был готов приложить еще больше усилий.

— Извини, но я не могу. Мое обещание про участие в благоустройстве не вырезай. Я думаю, что горожане уже разместили видео об этом в своих соцсетях. Дэш следит за этим, если хочешь, можешь добавить кадры в конец шоу. Я буду сниматься и с другим твоим парнем, но только не в эти выходные.

— У тебя никогда не бывает планов на выходные.

Офелия и он провели не один вечер вместе, выпивая и рассказывая истории о своем прошлом. Оба они происходили из мира, отличного от мира гастрономии и ресторанов, и были рады оставить тот мир позади.

Он проигнорировал ее замечание.

— Над чем ты вообще работаешь?

— Пока не уверен. Что-то, что было в моем уме и неуловимо на моем языке. Я знаю вкус, которого хочу достичь, но еще не понял, что мне нужно, — сказал он.

— Удачи тебе! Я пришлю расписание съемок сегодня вечером, чтобы ты мог подготовиться. Дай мне знать, если тебе что-нибудь понадобится, — сказала она, прежде чем уйти.

Вчера, разговаривая с Инди, он понял, что ненависть, которую он питал к деду, начала ослабевать. Может быть, это произошло из-за того, что он нашел жизнь, которая ему нравилась. Гастрономия подходила ему так, как ничто другое. А проекты, в которых он принимал участие, давали ему возможность воплощать свои фантазии. Он нашел способ укротить своего внутреннего зверя на кухне.

Теперь ему просто нужно было придумать, как сделать при общении с Инди. Пригласить ее в дом, в котором он вырос, было чем-то вроде азартной игры. Там ему будет труднее сдерживать свои инстинкты. Но ему придется.

Он не хотел рисковать, отпугивая ее, не сейчас, когда она была так близко.

Когда он думал о ней, то в первую очередь размышлял об отношениях с ней. И хотя он был человеком, который не позволял себе ничего бояться, что-то в Инди пугало его. Он избегал личных привязанностей, но ничто из этого не помешало ему начать мечтать о ней.

Это казалось более опасным, чем все, что он испытывал раньше.