Сидел Бран МакМорн на троне высоком,

Бог-солнце канул, запад пылал.

На деву Бран глянул мрачным оком;

«Пой Песнь Народа», — он приказал.

Тьмою морского темны ее очи,

Алым закатом губы красны,

Сникнув, как роза в преддверии ночи,

Дева коснулась рукою струны.

Лира златая в сдавленном стоне

Вспомнила древний, прекрасный язык.

Бран неподвижно сидел на троне,

В отсветах алых бронзовый лик.

«Первый Народ мы, — так дева пела, —

Из неведомой дальней страны мы пришли,

Где море пылало, закат без предела

И высились горы на кромке земли.

Первый Народ — Последняя Раса,

Му затонул, он — легенда и дым.

Ныне акулы по голым террасам,

О Атлантида, гуляют твоим».

Бронзовым Бран сидел изваяньем,

В сполохах алых бился закат,

Лира исполнилась грозным звучаньем,

Словно бы струн перестроили лад.

«Слушай сказание древнего утра —

На берег выбросил моря бурун

Дивную раковину перламутра

С вязью таинственных лунных рун.

Руны гласили: «Первым по водам

Вышел ты из тумана Времен.

Знай — ты станешь Последним Народом

В год, когда будет весь мир сокрушен.

Сын твой, на гору взойдя, содрогнется

Вместе с горою, грозой обуян,

Узрит, как мир, словно свиток, свернется

В мареве дымном и канет в туман.

Ветер смятенным промчит небосводом,

Звездное крошево сдует навек,

Первый Последним станет Народом,

Сын твой — Последний земли человек».

Голос тонул, оглушен тишиною,

Эхом вдали затихая без сил,

Ветер веял прохладой ночною,

Запахи леса с собой приносил.

Дева умолкла, кончив сказанье;

Мыши летучие, ночь, тишина.

Бран на троне, как изваянье,

Звезды зажглись, и встала луна.