Поражались другие:

— И как они дружат?

— И что у них общего?

И верно — разные были они во всём.

Ладушкин высок и тонок, как лыжная палка. Толст, как бочонок, Бабушкин.

Ходит в фуражке Бабушкин. Признаёт только кепку Ладушкин.

Любит Ладушкин щи, ненавидит кашу. Обожает Бабушкин кашу, ест через силу щи.

Бабушкин говорит медленно, медленно, словно каждое слово, как блин, на сковороде печёт.

Подзадоривают другие:

— Ну, выпекай, выпекай!

Выпечет слово. Ждёшь не дождёшься нового.

Ладушкин говорит быстро-быстро, словно слова у него вперегонки бегают.

Едва он откроет рот:

— Понеслось, помчалось, — смеются люди.

Курит безбожно Ладушкин. Дым из него как из котельной трубы валит. Табачную гарь за версту оббегает Бабушкин.

Поражаются все кругом:

— И как они дружат?!

— И что у них общего?!

Вот и в работе всё та же несхожесть.

Трудились поначалу они землекопами. Лопата в руках у Бабушкина. Ломом орудует Ладушкин.

— В нашем деле лопата всему начало, — уверяет Бабушкин.

— Лом — молодец, а лопата — дура, — отвечает на это Ладушкин.

Трудились потом на бетонных они работах. Был Ладушкин среди тех, кто бетон замешивал. В числе тех находился Бабушкин, кто бетон утаптывал.

— Главное в нашем деле, — уверяет Ладушкин, — бетон замешать.

Возражает немедля Бабушкин:

— Главное — утоптать.

Послали обоих учиться.

Облюбовал Ладушкин себе профессию кранового машиниста. Учиться на машиниста паровозного попросил послать его Бабушкин.

Вот снова они на стройке.

Вверх, вниз; вверх, вниз — орудует на кране своём Ладушкин.

Вперёд, назад; вперёд, назад — таскает по стройке вагоны Бабушкин.

— Красота! — произносит Бабушкин.

— Вот она где красота, — возражает с подъёмного крана Ладушкин.

Поражались на стройке:

— Ничего тебе общего. — А вот тебе — дружат!

И вдруг:

— Есть общее! Есть общее!

Вспомнили люди: когда работали Ладушкин и Бабушкин землекопами, выполняли они и перевыполняли свои трудовые планы. Потом, когда на бетонных трудились они работах, тоже были среди лучших они из лучших.

И вот теперь оба они в машинистах. Слава идёт о Ладушкине, слава идёт о Бабушкине. И здесь они в лучших, и здесь они в первых. И тут им почёт за их честный труд.

Оба они — и Ладушкин, и Бабушкин — передовики, ударники. Оба труд превыше всего считают. Ясно давно любому: труд — вот что людей сближает.