* * *

— Эй, Малфой, — Гарри уселся за слизеринский стол в Большом зале. Драко попытался изобразить недовольство из-за того, что тот отвлёк его от книги, но с недавних пор притворяться, будучи в компании Поттера, стало ужасно тяжело. Гарри очаровательно улыбнулся. — Идешь завтра в Хогсмид? — как бы между прочим спросил он. Драко прикусил щеку изнутри: Мерлин, Поттер действительно постоянно ведётся на его уловки.

— Нет.

— Пошли со мной.

— Я занят.

— И чем же ты занимаешься? — Гарри не выглядел растерянным. А Драко очень нравилось, что Поттер его уговаривает.

— Делами.

Гарри немного наклонил голову вправо, всматриваясь в лицо Малфоя, и тот почувствовал, как на шею налипают красные пятна.

— Пойдём.

— Ладно, — только бы Гарри на него так не смотрел.

* * *

— Дорогая мама, прости, что не смог написать тебе в прошлую субботу. Я был в Хогсмиде, — Драко опустил глаза, борясь с вылезающей на его лицо улыбкой: Поттер — придурок, ввязался из-за него в перепалку в «Трёх метлах», а потом ещё час возмущался о несправедливости мира, пока Малфой сидел на скамье у Визжащей хижины и ел клубничное мороженое. Гарри очаровательный, исключительный и в близком общении именно такой, каким Драко себе его представлял. — Я ходил туда с Поттером, — Драко взглянул на Чёрное озеро: почему-то он был уверен, что Гарри сейчас стоит там, спиной к нему, и тоже смотрит на прозрачную воду, покрывшуюся тонкой корочкой льда. — Он невообразимый, — выдохнул Малфой, позволяя себе быть немного сентиментальным. Во всяком случае, Поттер почти наверняка на него не смотрел. — И теперь мы каждый день встречаемся. Кажется, мы нашли общий язык.

Тяжело не любить Гарри, тем более сейчас: Поттер медленно прорастал под кожу, лианами цепляясь за Драко, выделяя себе самое значимое место в его душе. Он и раньше был там, но теперь, когда Гарри записался в его приятели, то он вдруг потребовал себе ещё больше пространства. Поттер был настоящим вихрем, штормом, тайфуном, волнующим и сбивающим. И Драко вынужденно за него держался, позволяя себе отвечать на мягкие улыбки и случайные прикосновения, чтобы окончательно не потонуть. Он определенно не смог научиться всем трём вещам, о которых так упорно твердил ему Люциус.

* * *

Драко заболел.

Возможно, жевать холодное мороженое в преддверии декабря на морозной улице было плохой идеей: Поттер, например, от этого отказался и правильно сделал. Малфой мог бы избежать серьёзного недомогания, если бы обратился в больничное крыло сразу, как только почувствовал, как в его носу что-то защекотало, и он чихнул первый раз. Но Гарри так восхитительно рассмеялся, сообщив, что Драко мило чихает, что это банально сбило с толку и заставило весьма прагматичного Малфоя проигнорировать сигналы своего организма.

Но к вечеру вторника Гарри сказал, что Драко выглядит не очень. Малфой почти оскорбился, затягивая обиду поглубже, и даже хотел ответить что-то почти забыто-язвительное, но вдруг почувствовал, как ноги слабеют и идти становится в разы тяжелее. В глазах стремительно потемнело, а сердце ускорило свой ритм — и на этот раз вовсе не от того, что Поттер до него дотронулся. Гарри схватил Малфоя за талию, не давая ему свалиться на холодный коридорный пол. И хорошо, что рядом никого не было и никто не мог бы заметить слизеринский позор. Ещё немного — и Драко упал бы в обморок, если бы Поттер не оттащил его к мадам Помфри.

— Малфои такие чувствительные, — досадливо причитала она, откапывая необходимое количество микстуры в белую чашку. Драко лежал на кровати, тяжело вздыхая. — Всего пара градусов выше, и вы уже теряете сознание. — Гарри загадочно усмехнулся, привлекая к себе внимание. Мадам Помфри сунула Драко чашку с отвратительно пахнущей жижей и перевела взгляд на гриффиндорца. — Мистер Поттер, вы ещё здесь? Кажется, я ясно дала вам понять, что вечером нет часов посещения. Оставьте мистера Малфоя на ночь. Даю вам слово, уже утром он будет в полном здравии. Мистер Малфой, — шикнула она на него, — пейте же.

— Да, конечно, — кивнул Гарри и поспешил к выходу. А Драко всё-таки пришлось почувствовать дикую горечь на своем языке.

Драко лихорадило: он проснулся посреди ночи от невероятного холода, окружившего его со всех сторон — даже несмотря на толстое одеяло, в которое так любезно его укутала мадам Помфри. Малфой повёл головой по подушке, сминая свои локоны, тихо выдыхая и приоткрывая глаза. На мгновение ему показалось, что Гарри находился перед ним — но он моргнул, и наваждение тут же исчезло. Драко снова провалился в сон, почему-то думая о клубничном мороженом и губах Поттера.

* * *

В субботу Малфой не пошёл к Чёрному озеру. Он очень хотел: пальцы буквально чесались, требовали обхватить гриф и дотронуться до жёстких струн; но Гарри попросил помочь ему с Зельеварением. Хогвартс привычно опустел. Хогсмид и раньше пользовался популярностью у студентов, а сейчас, после войны, когда в деревне начали открываться самые популярные магазины со сладостями, и подавно: практически каждый уважающий себя школьник предпочитал посвятить субботу лавированию между полок с волшебными тянучками и шоколадными бобами.

Драко предложил заняться уроками в библиотеке, но Гарри настоял на Астрономической башне, утверждая, что оттуда приятнее наблюдать за снегом. Что, в общем-то, было правдой, но никак не соотносилось с книжками по зельеварению. В башне было тепло, несмотря на небольшой ветер, заглядывающий внутрь.

— Мы не будем заниматься? — осторожно спросил Драко спустя несколько минут после того, как они опустились на скамейку перед большим окном в пол: вдали виднелся домик Хагрида и опушка леса, постепенно скрывающаяся под снежными хлопьями.

— Не хочется, — кивнул Гарри, откидываясь на спинку скамейки и лукаво глядя на Малфоя. — Ты без меня не ходил в Хогсмид. Почему?

Драко хмыкнул: Поттер прекрасно знал, почему. Он ведь сам ему рассказал, правда в тот момент он усердно делал вид, что говорит это всё прыткому перу.

— Не хотел, — соврал Малфой, но Гарри лишь понимающе кивнул.

— И чем же ты занимался?

— Упражнялся в игре на гитаре.

Поттер в удивлении поднял брови — всего на секунду снова сея сомнения — Драко всё ещё могло просто казаться, но они практически сразу разбились о фальшивый голос.

— Ты играешь? Бьюсь об заклад, у тебя выходит хорошо.

Драко хмыкнул.

— Неплохо, — согласился он. Гарри замолчал на секунду.

— Сыграешь для меня?

Малфой почувствовал, как по спине снизу вверх пробежали мурашки, и ему потребовалось значительное усилие, чтобы не содрогнуться под их натиском. Он, кажется, уже сотни раз перебирал струны перед Поттером и даже что-то напевал, но ведь значительно проще это делать, когда не уверен в его присутствии. Драко едва уловимо кивнул, спешно и немного дёргано достав монетку из зимней мантии, и взмахнул руками, превращая её в гитару. Гарри действие не удивило — ещё бы.

— Что тебе сыграть? — Драко боролся со смущением, выступавшим на щеках. Поттер тоже выглядел слегка покрасневшим.

— Мне нравится про корабль, — тихо сказал Гарри, мгновенно пугаясь своей фразы: он явно не собирался её произносить. Но Малфой решил пропустить это мимо ушей, кивая.

Правая рука не слушалась и постоянно норовила сбиться с темпа — и всё только потому, что Поттер на него смотрел. Драко слегка потряс головой, прячась за белой чёлкой, хотя он был абсолютно уверен, что вся его шея покрылась румянцем. Малфой тоже любил эту песню — она была уютной.

— Действительно хорошо, — мягко сказал Гарри, когда рука Драко оторвалась от гитары, и он в мгновение ока растворил инструмент, ловя длинными пальцами монетку. Малфой взглянул в окно.

— Декабрь, — сообщил Драко.

* * *

Вечером следующей пятницы Гарри куда-то пропал. Обычно Драко после ужина прогуливался с ним по территории замка или в тишине решал задания в библиотеке, но в эту пятницу в Большом зале Поттер замечен не был. Малфою даже пришлось подойти к Грейнджер и узнать, не видела ли та Гарри. Сбоку вылез Уизли и огорчённым тоном заявил, что они вообще теперь редко видят своего друга. И Драко вполне справедливо можно было бы в этом обвинить. Но извиняться он не собирался.

На завтраке в субботу Поттер тоже не появился, и Малфой даже стал переживать, когда не нашёл лохматую темноволосую макушку среди учеников, отправлявшихся в Хогсмид. Играть сегодня не хотелось, но Драко всё равно пришёл к Чёрному озеру, к своему камню и хвойному дереву. Природа укуталась в снежное одеяло, и только Малфой дошёл до воды, как ему тут же захотелось уйти: ледяной ветер пробирал до костей. Но Драко кое-что насторожило: он взглянул на камень, отмечая, что тот не покрылся пушистым белым слоем. А значит, на нём только что кто-то сидел, ведь снег ни на секунду не прекращал идти. А значит…

— Поттер, — встревоженно протянул Малфой. Немного нечестно скрываться от Драко последние сутки и даже сейчас не явиться перед ним. С Гарри могло случиться, что угодно. Ему же вечно неймётся. — Я знаю, что ты здесь, — Драко обернулся, всматриваясь в пустоту, но вдруг почувствовал тёплое дыхание рядом со своей шеей.

— Какой же ты проницательный, Малфой.

Драко дёрнул плечом, разворачиваясь и чуть ли не падая, поскальзываясь на снежном порошке. Гарри схватил его за предплечье, возвращая равновесие, и Малфой наконец смог на него посмотреть. Точнее на голову, летавшую в воздухе, и руку, мгновенно исчезнувшую под прозрачной тканью. Драко выразительно фыркнул.

— Где ты был?

— Как давно ты знаешь?

— С октября.

Гарри хмыкнул, дёргая носом, немного морщась, чтобы вернуть сползшие очки на прежнее место.

— Ну, я заметил тебя здесь ещё на шестом курсе, — Поттер слегка улыбнулся, и Драко промолчал. — Подожди. Так те письма… ты знал, что я тебя слышу?

— Подслушиваешь, — поправил его Малфой.

— Ты мной манипулировал, — Гарри прищурился.

— Весьма успешно.

Поттер засмеялся, и Драко не смог не улыбнуться ему в ответ. Стало так легко. Малфой больше не был одинок.

— И где же ты пропадал? — снова спросил он.

— О, — Гарри стянул с себя мантию, небрежно комкая ее, и запихнул в свой гриффиндорский портфель. Драко заметил, что тот держит в руке что-то похожее на пластмассовую тарелку. — Это тебе, — сказал Поттер и протянул её Малфою. Он недоверчиво на неё посмотрел, но всё же взял и открыл чёрную крышку. В нос ударил ягодный свежий аромат.

— Клубника? — удивлённо спросил Драко, разглядывая ровные яркие ягоды. — Где ты её нашёл?

— Ну, — Гарри неуверенно почесал свою макушку. — Ты же просил найти тебе клубнику, ну, когда заболел. Тебе же она нравится?

Драко внимательно посмотрел на Поттера. Он этого не помнил: возможно, Поттер всё же ему не причудился, и в бреду Малфой мог и впрямь потребовать что-то подобное. Драко мягко улыбнулся. То, что он полюбил Гарри однажды — очевидная закономерность. Как его можно не полюбить? Такого искреннего, весёлого и иногда легкомысленного — готового достать для Драко клубнику в середине декабря. Вся жизнь Малфоя тесно сплеталась с Поттером. И да, Драко совершил множество ошибок за свою восемнадцатилетнюю жизнь — но он всё ещё мог рисковать; ему, в конце концов, восемнадцать — и это самое прекрасное время для безумств. По крайней мере, если сейчас заявится его отец, он сможет ему ответить. К тому же, Драко просто обожает клубнику.

— Да, — согласился он. — Я думаю, ты тоже мне нравишься.

Гарри распахнул глаза в изумлении, но это длилось всего пару секунд, а дальше Драко пришлось отвести руку с тарелкой в сторону, чтобы не рассыпать ягоды, потому что Поттер притянул его к себе, совершенно восхитительно целуя.

* * *

— Дорогая мама, — протянул Драко. — Мы вроде как теперь с Поттером вместе. Это, к моему удивлению, не стало новостью для Хогвартса. Оказывается, о нас давно ходили слухи, — Малфой едва слышно хмыкнул. — Поттер очень внимательный и заботливый, так что можешь не переживать обо мне. Я раздумывал о том, куда отправиться на Рождество, и, если честно, мне совсем не нравится идея встречать этот праздник в компании Уизли, хотя Гарри и настаивает на нашем общении. Как ты думаешь, Гарри согласится отпраздновать Рождество в Малфой-мэноре? Пожалуйста, поговори с отцом, потому что я всерьёз собираюсь пригласить Поттера. С любовью, Драко.

Гарри склонил голову набок, внимательно разглядывая лицо Малфоя. Они сидели на подоконнике на четвёртом этаже друг напротив друга. Драко лениво перебирал гитарные струны, пока Поттер заканчивал эссе по Истории магии. Слева маячило самопишущее перо.

— Ты же знаешь, что мог бы спросить это напрямую?

— Мне так проще.

Поттер хмыкнул.

— Ты и правда отправлял все эти письма Нарциссе?

Драко неопределенно взглянул в ответ на Гарри.

— Пусть это останется секретом, — он пожал плечами, крепче сжимая гитару в руках. — Я все ещё жду, что ты скажешь на моё предложение.

— Я думаю, Люциуса действительно стоит предупредить.

А что если я скажу, что это не метафора? Трещит обшивка батискафа. И дабы обмануть судьбу, везу клубникуЧерез шторм и бури, ты встречай меня в порту.