На следующий день Даниилу позвонил адвокат Игорь Лебедев.

— Танцуй, — начал он без подготовки.

— В смысле?

— Закрыли дело по 318. И обвинений по убийству предъявлять, естественно, не будут. Из розыска тебя отозвали. Только что от следователя вышел. Тот третьего дня рязанских оборотней под подписку определил. И представление написал на отстранение их от работы. Сегодня Рязань на Савелия Бычкова бумаги в Генпрокуратуру для Интерпола отправила.

— Вау! Ты гений!

— Я не волшебник, я просто учусь. Можешь хоть завтра прилетать.

Даниил поделился новостями с Сергеем. Тот начал было его отговаривать, но потом пожал плечами:

— Мне сегодня Самсонов звонил. Приглашал приехать в Москву. Давал гарантии безопасности, сказал, что вчера Домогарову домашний арест назначили. Но я тогда отказывался лететь. А сейчас думаю, — он сделал театральную паузу и взмахнул рукой:

— Да пошло все оно в жопу! Юля, дети! Мы летим в Москву!

Даниил удивился эволюции Сергея. Как ему показалось, он довольно сильно изменился с тех пор, как они познакомились. То ли состоявшееся мщение врагу, то ли пережитые опасности и смерти сделали его более открытым человеком.

Спустя два дня они все вместе прилетели в Москву. Частный борт привез их во Внуково. Никаких проблем ни на границе, ни дальше у них не возникло. Полину с Машей забрал Яша, Сергей поехал к своим старым родителям, а Смирнов с Розалиндой отправились в квартиру в Подмосковье. На взломанной квартире его ждала печать Рязанского ОМВД и полный разгром внутри. Оставив там Розалинду, Даниил поехал на работу. В таможне все прошло гладко: уволить его не успели, помогло заявление об отпуске за свой счет, а с учетом всех обстоятельств полностью восстановили в правах.

Вечером Смирнов встретился с адвокатом Игорем Лебедевым и проставился за его помощь. Тут же он нанял его для судебных тяжб с Викторией из-за наследства, чтобы как-то отблагодарить за его бескорыстие.

— А что с этим твоим Домогаровым? — спросил Игорь.

— Под следствием. На домашнем аресте, — неуверенно ответил Даниил.

— Может, тебе как-то подстраховаться?

— Ой, ему не до меня, — беспечно отмахнулся Смирнов.

Но чуть позже он задумался и позвонил Петрову, в этот момент исполнявшему обязанности начальника отдела. Тот, выслушав опасения Даниила, хмыкнул:

— Ну ты у нас герой теперь, так что я договорюсь с Коровиным, приставит к тебе пару собровцев своих.

— Спасибо, — поблагодарил его Смирнов и поехал домой.

Там его ждало неожиданное открытие. За день Розалинда преобразила квартиру. Она собрала весь хлам в родительской спальне, а кухню, гостиную и комнату Даниила отдраила до блеска. На кухонном столе появились простенькие, но симпатичные салфетки под посуду, в ванной комнате все предметы гигиены перекочевали в нарядные коробочки, в общем, квартира стала заметно уютнее.

— Ну ты даешь! — он искренне восхитился порядком в доме.

— Ну я же housemaid, как это по-русски сказать? А, вспомнила: горничная. Я целый год горничной работала. В гостинице и не такое приходилось отмывать. После канадского мальчишника один раз весь люкс в крови и в этом… — она брезгливо сморщила носик, пытаясь подобрать слово, — ну когда людей тошнит, — она вопросительно посмотрела на него.

— В блевотине, — пояснил Даниил и немного по-другому взглянул на Розалинду. До этого ее история казалась более сказочной.

— Я очень радовалась, когда меня назначили люксы убирать. Чаевые хорошие, там обычно люди приличные и богатые останавливались. Но раз в месяц — вечеринка, и тут ужас.

Даниил вспомнил анекдот про пожарного, которому все нравилось в его работе: и зарплата, и форма. «Но если пожар, то хоть сразу увольняйся». Но вслух шутить он не стал, не будучи уверен в том, как это воспримет Розалинда. Она тем временем продемонстрировала ему список необходимых покупок для обустройства квартиры. Большинство они заказали в интернет-магазине, срочное он пообещал купить завтра в Москве.

Утром позвонил Коровин, лично приехавший с двумя бойцами забирать Даниила.

— Ну как ты? — чуть теплее, чем у них было принято до этого, поздоровался с ним Сергей.

— Лучше всех. Набегался по миру, но, вроде, все кончилось.

— Судя по необходимости физической охраны, не все, — вздернул брови Коровин.

— Да и сам не знаю, зачем попросил. Адвокат мой вчера настропалил. Дескать олигарх этот, Домогаров, хоть и под домашним арестом, но может прыгнуть на меня. Ну тебе же не сложно?

— Ой, да нам любая движуха в удовольствие. Парни вон как вырядились, — он указал на собровцев, экипированных, как будто им надо было штурмовать Пентагон.

Они доехали до службы, где первая половина дня пролетела незаметно за написанием всяких бессмысленных рапортов и прочих бумаг. В обед он побежал по магазинам, решив не беспокоить Коровина по пустякам. Да и нелепо было бы ходить по магазинам с двумя вооруженными бойцами.

То, что это была ошибка, Даниил понял по выходу из торгового центра. Он, конечно, успел заметить двух крупных мужиков, взявшихся неизвестно откуда. Но поскольку руки были заняты покупками, а действовали мужики очень профессионально, уже через несколько секунд он лежал на полу микроавтобуса с мешком на голове, а сверху коленом в спину его удерживал один из нападавших. Еще через несколько секунд его руки и ноги оказались плотно стянуты пластиковыми хомутами, телефон изъят из кармана, а микроавтобус набрал ход.

Даниил сразу понял, что это люди Домогарова. Правоохранительные органы к нему потеряли интерес, иначе его приняли бы сразу на границе, да и образ действий у них был принципиально другой. Ничего хорошего это не предвещало, но раз не убили сразу, значит, какая-то надежда была.

Спустя час его выволокли из машины, завели в помещение и сорвали мешок с головы. Смирнов невольно прищурился от ослепившего его дневного света. Он был в какой-то бане, довольно богато обставленной. Похитители усадили его на стул и примотали его к нему скотчем, после чего отошли в коридор.

— Что дальше? — раздался приглушенный голос одного из них.

— Шеф сказал, что потихоньку, чтобы семья не видела, надо будет его к нему привести. Вроде жена с детьми скоро уезжает, тогда и отведем.

— А почему он сам сюда прийти не может?

— Тупой ты, что ли? У него же браслет на ноге. Два шага от дома — и судебные приставы тут же примчатся.

Спустя пятнадцать минут у одного из похитителей прозвенел телефонный звонок.

— Да, Наталья Сергеевна! — почтительно ответил он. — Да, да, придем, поможем, — ответил он невидимой собеседнице. — Пошли, надо багажник прикрепить для велосипедов на ее машину, — обратился он ко второму бойцу.

— А этот? — переспросил тот, кивнув на Даниила.

— А что с ним будет? Давай рот замотаем, чтобы не заорал случайно и детей не напугал.

Через минуту Смирнов сидел посреди комнаты отдыха, привязанный к стулу и с кляпом во рту. Он огляделся. Рядом были украшенный изразцами красивый камин, телевизор с игровой приставкой и большой роскошный диван. Ничего колющего или режущего, до чего можно было бы дотянуться и попытаться освободиться. Положение было безнадежное. Несмотря на подвиги последних нескольких недель, Даниил был вовсе не суперменом. Он испытывал отчаяние. Очевидно, что шефом был Домогаров, и ничего хорошего от их будущего разговора ему ждать не стоило.

Тут Даниила озарила мысль, и он немедленно принялся действовать. Реализовав свой план, он выдохнул. Спустя двадцать минут в баню вошли охранники Домогарова, обсуждая хозяйку, срезали скотч и бесцеремонно поволокли его в дом. Участок был небольшой, но с богатым садовым ландшафтом. Дом был тоже внешне скромным, но роскошно обставлен внутри. В дверях его встретил начинающий полнеть мужчина, в котором Смирнов сразу узнал Домогарова. Тот с порога отвесил ему зуботычину.

— Ну, сучонок, рассказывай.

Удар был несильный, но точный, и Даниил почувствовал соленый вкус крови на губах. Он промолчал.

— Кто ты такой, блядь? С чего ты до меня доебался? Ты же мент, а у меня с ними все схвачено! Или ты на ЧК работаешь? Говори! — Домогаров отвесил ему еще одну затрещину, пользуясь тем, что пленника держал охранник за плечи, и увернуться он не мог.

— В ваших интересах меня отпустить прямо сейчас, — зашел с козырей Даниил. Ему надо было протянуть время, и он ухватился за предложенную идею.

— Щас, блять. Ты мне сначала все расскажешь, а потом я подумаю, отпускать тебя или нет, — Домогаров продолжил напирать, но в голосе промелькнула тень сомнения.

— Кто вашу разработку инициировал, мне неизвестно, да и знал бы — не сказал. В ваших интересах меня отпустить, а то ко всем прочим прегрешениям еще за похищение человека статью получите. И применение насилия к сотруднику. Тут адвокаты не помогут, свалить не на кого будет. Так-то против вас косвенные улики, а тут прямое участие в преступлении, — Смирнов начал поддавливать, используя официоз для придания весомости своим словам.

— Да заткнись ты! — гаркнул на него Домогаров. — Сейчас тебя закопаю, и не будет никакого похищения.

— Ваш дом уже полгода слушают, так что вы сейчас еще себе статью с пола подымаете. Угроза убийства, — пошел ва-банк Даниил.

— Это, не пизди. Мне профессионалы раз в неделю дом и офис прозванивают. Нет тут жучков, — отрезал Домогаров.

— А кто сейчас жучками слушает? Направленный микрофон. До четырехсот метров вибрацию с окон снимает. Так что все уже в курсе, что я здесь, — Смирнов продолжил блефовать.

— Какой микрофон? Где он стоит? — не поверил олигарх.

— Ну это не моя кафедра. Прослушкой и наблюдением другая служба занимается.

— И что же они тебя не спасают? — издевательски спросил Домогаров и со злобой пнул Даниила ногой.

Попал он в пах, и Смирнов упал на пол. Домогаров продолжил пинать беззащитного пленника ногами и пару раз довольно сильно — по голове. Даниил уже приготовился к худшему, как вдруг он услышал звон стекла и увидел катящийся по полу характерный цилиндрический предмет. Поняв, что это свето-шумовая граната, он успел зажмуриться, но от звукового шока его это не спасло. Где-то вдали он слышал крики «Руки в гору! На пол! Лежать! Чисто!», но в ушах звенело, а в глазах были круги.

Его поднял с ног Слава, кто-то разрезал ему хомуты на руках и ногах, и Даниил, покачиваясь, присел на диван. Вокруг знакомые по его прежнему месту службы полицейские в форме заковывали Домогарова и его охранников в наручники.

— Как ты, братишка? — спросил Славик Дьяченко.

— Нормально. Ты очень вовремя, — Даниил увидел бутылку воды на журнальном столике и жадно выпил ее в несколько глотков.

В голове шумело от разрыва гранаты и ударов Домогарова, но он потихоньку приходил в себя.

— Если честно, я слегка охерел, когда мне чувак позвонил и сообщение от тебя передал. Как ты с ним связался-то? — спросил его Славик.

— Охранники меня связали и оставили в бане одного. А там четвёртый плэйстэйшн к телевизору подключенный. До консоли кое-как допрыгал на стуле, включаю и смотрю, что есть. "Ласт оф ас», «Ведьмак»… — не то, не то… И тут «Фортнайт»!

— Ни фига себе, — хлопнул себя по ногам Дьяченко.

— Еле зашел в игру, на ощупь кнопки нажимал. Игра запустилась, осталось войти в катку. Очкую, чтобы охранники не вернулись. Ору в голос: «Хоть бы русские, хоть бы русские, хоть бы русские…». Игра запустилась, и начинаю кричать в войс-чат: «Есть русские? Пожалуйста, скажите, кто тут есть…»

— Блин, никогда не думал, что плэйстэшн можно как мессенджер использовать.

— Ну мы же с тобой переругивались, когда играли. Ну вот, тим-мейт откликнулся. Десять минут ему доказывал, что это не розыгрыш, и объяснял, как с тобой связаться. Хорошо еще телефон твой на память помню.

— Ну тут уже повезло, что чувак до меня дозвонился, и я в отделе был. Заявление о похищении зарегистрировал, адрес пробил и с теми, кто был в отделе, сюда рванул. На въезде в поселок охранники ворота открыли, только мигалки увидели. Перелезли через забор, я в окно увидел, как тебя пинают, и скомандовал штурмовать.

— Спасибо! — искренне поблагодарил Даниил товарища.

— Не за что. Теперь позабочусь, чтобы козла этого надолго закрыли. Сейчас охранников попрессуем, чтобы показания на него дали. Явно кто-то из них сломается. Ну а дальше дело техники, можно и 210-ую возбудить. Организованное преступное сообщество.

Славик говорил что-то еще, но Смирнов в мыслях уже был далеко. Он думал, что и как сказать Розалинде о том, почему он задерживается, чтобы она не заволновалась. Каким-то непостижимым для него образом личная жизнь стала волновать его больше, чем остальное. История с Домогаровым его уже не трогала. Даниил чувствовал, что она пришла к закономерному финалу. Надо было жить будущим, а история с «ЦРК», хоть и увлекательная, и даже порой страшная, уже осталось в прошлом.

«А сделаю-ка я ей предложение прямо сейчас, чтобы не объясняться, почему я задержался и не звонил», — с этими мыслями Даниил набрал номер Розалинды.