О мой Собрат по жизни скорбной,

Любимец муз и Аполлона,

Ты, может быть, о мой Собрат,

Не станешь осуждать Собрата,

Который славному Собрату

Писать намерен, как Собрат…

Подобно юному Икару,

Стремился он к высотам неба

И вдруг узрел: разверзлась пропасть

И под ногой – клубок чудовищ,

Готовых дерзкого пожрать.

Как Прометей неустрашимый —

Огня божественного хищник,

Он цепью бедности прикован

К скале ужасной нищеты;

И день и ночь кровавый коршун —

Нужда его терзает сердце,

И вопли зыблют небеса.

О мой Собрат по звонкой лире,

Тебя еще не зная лично,

Я душу разгадал твою.

Украшен дружбой и любовью

Ты пел – Тебе внимали жадно,

Ты песнью услаждал сердца,

А я с младенчества метался,

Как грозный тигр в железной клетке,

Ударом лапы прутья гнул.

Когда же вырвался на волю

Пошел гигантскими прыжками

Туда, туда – в родные дебри…

Но мой Собрат, зачем, скажи,

Нас висту научил лукавый,

Налил шампанского в бокалы

и гнуть заставил семпеля?

В болоте смрадного порока

Довольно скоро я погряз.

А та, что мне в глаза глядела,

Вонзила в душу мне кинжал!

О мой грядущий самарянин,

Не осуждай меня заочно,

Но не могу я не воскликнуть

Устами Манфреда: Зачем?! —

О дар губительный и сладкий —

Фантазия ты мне дана?

Зачем я не родился грубым

И беззаботным селянином?

Или зачем не выбрал жребий

Воинственного сына гор?

Клянусь, за счастье бы почел!

Но я томлюсь, как некий Фауст —

Безумный слабый изыскатель

Желаньем приподнять завесу,

Что отделяет этот мир

От мира высшего… Как часто

Подобно доблестным мужам

Античности – всем этим славным

Катонам, Брутам, Диогенам,

Сократам, Регулам, Сенеккам,

Когда в объятиях порока

Наигнуснейшего лежал,

В себе я находил все то же:

Ожесточение и твердость;

Мне подогрейте только ванну,

Я сам покину этот мир.

Да если бы не жил я в этом

Гранитном и болотном граде,

Где холод от оград чугунных,

От памятников и сердец,

Бежал бы я в густые дебри

И там бродил бы, полня рощи

Звериным рыканьем и воем,

Терзая грудь свою ногтями,

Себя топча и проклиная

И волосы клоками рвя!..

Прошу, не смейтесь надо мною.

Нет, больше я не в состояньи

Рассказ печальный продолжать…

Река течет неторопливо

А поит жителей селений,

А изнемогшему от жажды

В пустыне капля дорога.

Вы не откажете, я знаю,

Страдальцу в денежном пособьи —

Не меньше ста рублей, конечно,

Но и не больше пятисот!

А главное, не откажитесь,

По собственному благородству,

Когда мне то позволит случай

Иль труд, означенную сумму

Обратно от меня принять.

Вышеозначенную сумму

Я переслать прошу покорно:

Санкт-Петербург, 2-я рота

Полка Измайловского, в доме

12, что напротив лавки,

Во флигеле, что во дворе,

На имя Лавра Кафтарева.

Заранее Вам благодарен

Слуга покорный Кафтарев.

п о с т с к р и п т у м

Не ведая, где Вы живете,

Адресовал сие посланье

Книгопродавцу Смирдину.

Не медлите, Вас умоляю,

Но будьте ангелом небесным,

Иначе жребий Чаттертона

Мне все же выбрать предстоит.

Вы знаете, хоть как не умствуй,

А сердце в страхе замирает

И говорит себе: а в е ч н о с т ь ?…………………..[13]