Ошеломленная, я еще раз недоверчиво перечитала записку.

Осет,

Тебе давно пора обзавестись собственной комнатой. Мы внесли некоторые корректировки в список заказанной для тебя мебели. Надеемся, тебе понравится. Добро пожаловать в семью, Малыш Скорпион.

С любовью,

Икон и Ринк.

Я поднимаю глаза от пергамента и с открытым ртом рассматриваю самую красивую комнату, которую когда-либо видела. Огромная кровать с балдахином занимает большую часть всего пространства. Она так велика, что на ней способны разместиться мы со «скорпионами» и еще, наверное, полдеревни. По обе стороны кровати висят занавеси из тонкого тюля, и я представляю, как уютно будет закрыться ими от всего мира и завернуться в простыни и друг в друга, когда захочется.

На одной стене висит великолепная гигантская карта звездного неба, под ней стоит симпатичный туалетный столик.

Я нежно провожу кончиками пальцев по расческам и щеткам – их разложили специально для меня. Гардероб занимает всю противоположную стену.

Открыв его, я обнаруживаю не только полки для вещей – я визжу от восторга, когда замечаю, что в нем также есть отделение для доспехов и стеллажи для оружия.

Между двумя огромными окнами, выходящими на скалистые утесы и разбивающиеся о них волны, большой камин. Перед очагом стоит пара вместительных кресел, и я смеюсь – они выполнены в тех же цветах и стиле, как и те, что мы с Риаллом сломали в его комнате. На полу внахлест расстелены мягкие разноцветные ковры – по всей потрясающей комнате рассыпаются мои любимые цвета заходящего солнца и закатного неба. Комната женственная, но все в ней практично, она теплая и уютная. Она идеальна во всех отношениях, и она моя.

Я сглатываю комок в горле и пытаюсь сморгнуть резь в глазах. После всего, что произошло, и всего, что я узнала и чему научилась за эти два месяца, пока мы были в отъезде, я даже не догадывалась, насколько сильно мне необходимо именно это.

Комната расплывается перед глазами, в них стоят слезы. Не знаю, то ли я так поражена любовью и щедростью, то ли наконец-то очутилась в безопасности, где могу отдаться тяжести всего, что на меня навалилось, – но слезы льются из меня потоком, и я не могу его остановить.

Я отдаюсь всепоглощающим горю и печали, но вдруг чувствую, как меня обхватывают сильные руки. Меня усаживают на колени, а чужие руки гладят по спине, волосам, рукам. Мне шепчут успокаивающие слова, и я, наконец, отпускаю боль и обиду, чтобы любовь и поддержка начали потихоньку просачиваться внутрь. Не знаю, сколько длится истерика и сколько уходит времени на то, чтобы слезы высохли, а трещины в душе постепенно начали затягиваться.

Нежные руки снимают с меня накидку, одежду и нижнее белье, поднимают меня и несут в великолепную и светлую купальню. Ванна почему-то больше, чем тот гигант в купальне Риалла, и наполнена водой.

В ней сидят двое моих соулмейтов. Меня осторожно усаживают рядом с ними, и все мое тело обволакивают пузырьки.

Я смотрю на великолепное лицо Тарека, на его льдисто-голубые глаза – его взгляд наполнен теплом и обожанием. Он начинает раздеваться.

– Я ведь могу привыкнуть к этому, – говорю я им, мой голос немного хриплый от слез и всех выплеснувшихся эмоций.

– Ты должна привыкнуть к этому, – настаивает Тарек, и я вижу три торжествующие ухмылки.

Я отодвигаюсь на середину ванны и жадно наблюдаю за тем, как Тарек погружается в воду, его восхитительный член скрывается за завесой пара и пузырьков.

Риалл заставляет меня откинуть назад голову и принимается смачивать мои волосы. Как же легко расслабиться и отдать им контроль! Курио моет мне голову, Тарек намыливает кусок ткани и медленно проводит ею по каждому сантиметру моего тела. Они прикасаются и гладят меня до тех пор, пока последние капли боли и пустоты не исчезают из меня.

Оставшиеся дыры в моей душе затягиваются, и те части меня, что я считала разбитыми навеки, вновь соединяются вместе благодаря любви и принятию, что «скорпионы» вливают в меня.

– Неужели все закончилось? – слабо спрашиваю я.

– Что? – переспрашивает Риалл. – Наши ласки или то ужасное дерьмо, через которое тебе пришлось пройти?

Я фыркаю от смеха, но он звучит глухо и печально.

– То ужасное дерьмо.

– Да, на этом все – настолько, насколько это вообще возможно, – уверяет Курио.

Он обхватывает мое лицо и утешительно проводит большим пальцем по щеке. Я льну к его прикосновениям.

– Хотела бы, чтобы Фалин можно было убивать каждый день – до конца моей жизни. Все равно этого было бы недостаточно, но, может быть, мне бы стало легче. Она слишком быстро сдохла.

Я думаю о том, что Икон сказала то же самое о фейри с корабля, который убил Ярен. Мне следует поговорить с ней; возможно, у нее найдется для меня хороший совет.

– Мы не можем вернуть ее к жизни, чтобы ты снова ее убила. Но мы можем найти бесконечное множество достойных смерти фейри, которых ты сможешь убивать каждый день, если тебе это поможет, – предлагает Тарек, и я смотрю на него, ожидая увидеть наглый блеск в глазах, но быстро понимаю, что он совершенно серьезен.

Его искреннее предложение согревает все холодные и омертвелые части моей души, я протягиваю ему руку, и он переплетает наши пальцы, подносит мои костяшки к губам и целует каждую, словно они для него драгоценны.

– Это трудно, – признаюсь я, мой голос ломается от их всепоглощающего обожания. Риалл притягивает меня к себе на колени и проводит большой рукой по моим волосам. – Я думаю о том, как все было ужасно и погано, как несправедливо и во что это все превратило меня. А потом я смотрю на вас троих и понимаю, что не нашла бы вас, если бы не прошла через все это, – признаюсь я, рассматривая каждого «скорпиона».

Они настолько потрясающе красивы и идеальны для меня во всех отношениях… Трудно поверить, что они мои, но это правда.

– Не знаю, можно ли навсегда прекратить боль и не переживать горя – или мы просто становимся лучше, но продолжаем жить с ними. Но, в конце концов, я нашла вас, а это больше, чем я когда-либо смела надеяться. – Я жестом указываю на всех нас, и на глаза вновь наворачиваются слезы. Но теперь я принимаю то, что моя душа уязвима, – потому что с ними она в безопасности, и так будет всегда, несмотря ни на что. – Я просто чертовски счастлива, что вы нашли меня. Что вы увидели меня, действительно увидели, я поняла, что вы мне необходимы.

Курио наклоняется ко мне и целует каждую слезинку, бегущую по моему лицу. Тарек подвигается ближе и наклоняет мой подбородок так, чтобы я посмотрела в его снежно-голубые глаза.

– Возможно, ты нуждалась в нас, Осет, но мы тоже нуждались в тебе.

– И всегда будем нуждаться, Звереныш, – добавляет Риалл. – Ты не одна, и вся та херня осталась позади.

– Теперь у нас есть ты. У тебя есть мы. Никто и ничто не посмеет больше к тебе притронуться, слышишь, Лунный Лучик? Отныне тебя будут окружать лишь любовь, смех и счастье, – клянется Курио.

В моей груди вдруг становится легче, их слова и клятвы развязывают путы глубокой боли, которые сковывали меня слишком долго. И боль ускользает, как буй, отвязавшийся от груза, и вскоре исчезает в море.

– Любовь, смех и счастье? – Моя улыбка становится шире с каждым словом.

– Трифекта, – кивает Курио.

– Конечно, с добавлением охоты и убийств, – поддразниваю я зловещим голосом, и Риалл одобрительно рычит, прижимаясь губами к моему плечу и крепче оплетая руками талию.

Курио закатывает глаза и быстро целует меня в губы.

– Очевидно, это самая радостная часть нашей жизни. Просто прими это, Лунный Лучик.

Он откидывается на бортик ванны, и я брызгаю в него водой. Он бросает на меня угрожающий взгляд, и я ухмыляюсь еще шире. Тарек нежно кусает меня за шею, и я чувствую, как ощущение от его укуса прокатывается по всему моему телу, пока не оседает меж бедер.

– Мы сделаем для тебя что угодно, любимая. Скажи только слово, и твое желание будет исполнено, – мурлычет он мне в ухо.

– Что угодно? – спрашиваю я, хватая ртом воздух.

Я прижимаюсь к Риаллу, и он чуть подталкивает меня так, что его твердый член оказывается между моими ягодицами.

– Все что угодно, – громко рычит Риалл в другое ухо.

– Хорошо. – Я тяжело дышу, раздвигаю ноги и потираюсь о Риалла, затем сжимаю руку Тарека и прижимаю ее к своей груди, смотрю в глаза Курио и требую:

– Я хочу вас. Всех троих.

Каждая частичка меня пульсирует от голода и жажды – мне нужно больше, чем их нежные прикосновения и обожание.

– Не знаю, правильно ли я тебя понял. Не могла бы ты повторить? – дразнит меня Тарек, его губы скользят по моей челюсти, отчего мне хочется насадиться на его член немедленно.

Я хнычу, и мурашки вожделения поднимаются по моим рукам в попытке приблизиться к его вкусному, греховному рту.

Я поворачиваюсь к нему:

– Мне нужно, чтобы вы трахнули меня, присвоили, сделали вашей.

Я сжимаю бедра, отчаянно нуждаясь в них.

– М-м-м, и куда ты хочешь, чтобы мы тебя трахнули, Лунный Лучик? – тянет Курио и придвигается ко мне, наклоняет мою голову и посасывает шею, отчего мои соски твердеют еще больше.

– Везде, – бормочу я.

Мне нужно больше, но как же мне нравится, как они играют с моим телом, пощипывая и перебирая его струны, пока каждая частичка меня не зазвучит в совершенной гармонии.

– Нам нужно больше конкретики, Звереныш, – урчит Риалл, гладит меня по волосам и дразнит меня своим толстым членом.

– Моя киска, попка, мой ротик. Мне нужно, чтобы каждый из вас был в них, и если вы не поторопитесь…

Я не успеваю закончить свое нетерпеливое предупреждение. Курио перебрасывает меня через плечо и вылезает из ванны.

Пока меня несут в мою великолепную комнату, Тарек изо всех сил старается вытереть меня насухо, а потом меня буквально швыряют на кровать.

– Тебе так не терпится, родная? – спрашивает Риалл и приникает к моим губам.

Его поцелуй дикий и необузданный, и я отвечаю ему тем же. Наши языки извиваются и дразнятся, и я чувствую, как удлиняются его клыки, но он отстраняется. Я тянусь за его губами, но он лишь нагло хихикает и грубо засасывает сосок, глубоко погружая его в горячий рот. Грубые мозолистые ладони оглаживают внутреннюю поверхность бедер, я веду кончиком языка по заострившимся клыкам и смотрю вниз. Я вижу, как пальцы Курио погружаются глубоко в складки моей щелки. В его карих глазах полыхает жажда, и он одобрительно хмыкает.

– Вся промокла из-за нас, да, Лунный Лучик? – Его голос пропитан желанием. – Твоя киска аж течет. Вот, потрогай. – С этими словами Курио берет мою руку и медленно проводит ею вниз по моему телу.

Риалл проводит кончиками клыков по моему соску, и я стону от невероятных ощущений. Курио обхватывает своей большой рукой мою, а затем погружает оба наших пальца меж влажных половых губ и щекочет влагалище. Он хищно наблюдает за тем, как медленно вводит мой и свой пальцы в мою мокрую киску, двигает ими, а затем наклоняется и облизывает наши пальцы дочиста.

– Дьявол, какая же ты вкусная!

Теперь Курио вводит в меня мои пальцы, а его рука задает темп. Я трахаю сама себя, и из моей груди вырывается стон – он становится громче, я извиваюсь, ведь Курио заставляет меня двигать рукой все быстрее и быстрее. Тарек раздвигает мои половые губы и ласкает пальцами клитор.

– Смотри, любимая, – приказывает он. – Смотри, как мы играем с твоей киской, как мы готовим ее для себя, – рычит Тарек и раздвигает губы шире.

– Жестче, прошу! Ваши игры просто охренительные, – поощряю я «скорпионов», и они мрачно ухмыляются.

В этом низком звуке чувствуется угроза, которая заставляет меня с нетерпением ждать, когда время игр закончится и они насадят меня на свои члены и будут трахать до беспамятства.

Курио добавляет свой палец к моим, я откидываю голову и чувствую, как приближается оргазм. Тарек наклоняется и обхватывает губами мой клитор, и я кончаю, извиваясь и выкрикивая их имена.

Мы с Курио оба вынимаем пальцы из моей киски, но, как только оргазм стихает, Тарек заменяет их своими и принимается размазывать мое желание по моей заднице. По мне прокатываются посторгазменные волны удовольствия – Тарек ласкает меня и помогает расслабиться, а затем проталкивает в мой зад влажный палец.

– Ты готова к нам, – хрипло шепчет Риалл, проводя клыками по моему плечу.

Я хнычу и скулю от жажды и желания, а Тарек глубоко погружает в меня еще один палец.

– Правильно, Осет, ты нас так хочешь, да ведь? – урчит он, все быстрее и быстрее вгоняя в мою задницу пальцы.

– Пожалуйста, – умоляю я. – Сейчас, я хочу вас сейчас же!

Тарек вынимает пальцы, а Риалл поднимает меня с кровати и укладывает себе на грудь.

– Давай мне этот зад, – приказывает он, и Курио прижимает меня спиной к груди Риалла, широко раздвигая мои бедра. Риалл выпрямляется, и медленно его крупная головка проникает в тугое колечко мышц. Я расслабляюсь, пока он неторопливо входит глубже. Тарек ласкает себя, наблюдая, как Риалл начинает осторожно толкаться в меня, расслабляя вход, пока его член не начинает свободно входить и выходить. И когда наконец он начинает трахать меня именно так, как мне того хочется, я издаю благодарный стон. Он входит глубоко и жестко, его бедра шлепают о мои ягодицы, и я подпрыгиваю на его идеальном члене.

– Еще, – требую я, и тянусь к Курио и Тареку.

Курио оставляет дорожки поцелуев по всему моему телу, целует меня до беспамятства, а его ловкие пальцы ласкают мою грудь. Тарек же оказывается между моими бедрами.

– Ты хочешь, чтобы я вошел в твою тугую, влажную, сладкую маленькую киску, Осет? – спрашивает Тарек, и я сжимаюсь так сильно, что Риалл стонет.

– Да, наша соулмейт очень хочет, чтобы ты трахнул ее идеальную щель, – соглашается Риалл, тянется ко мне спереди и начинает медленно поглаживать мой клитор.

– Чувствуешь там пустоту, любовь моя? Хочешь, чтобы я ее заполнил?

– Мне нужен твой член в моей киске, Тарек, пожалуйста, – наполовину умоляю, наполовину приказываю я.

– Черт, ты идеальна, – мурлычет Курио и смотрит, как его брат начинает погружаться в меня.

Тарек вжимается в меня, и Риалл замирает. Тарек хватает меня за бедра и погружается так глубоко, как только может, и я стону от удовольствия.

– Обхвати меня губами, Лунный Лучик, – приказывает Курио.

Он оказывается перед моим лицом, и желание капает с головки его члена. Я наклоняюсь вперед и облизываю его, берусь за основание и забираю его в рот, постанывая от восторга, когда наконец-то все мои «скорпионы» погружаются в мое тело. Я впиваюсь пальцами в задницу Курио, чтобы он трахал мой рот так, как мне нравится, и во мне растет новый оргазм. Тарек и Риалл подстраиваются под его ритм, и теряю голову от умопомрачительного удовольствия. Каждый «скорпион» наполняет и растягивает меня, и мне так хорошо, что сводит с ума и подводит к очередному оргазму. Он вырывается из моего горла стаккато, пока Курио трахает мой рот.

– Я уже близко, – хрипит Риалл, его широкие ладони сжимают мою грудь, а его губы прижимаются к моему плечу.

Какое-то извращенное предвкушение охватывает меня, когда я слышу стон Курио:

– Я пытаюсь держаться, но, черт возьми, я не могу. Это слишком хорошо, я чертовски близко!

– Нам всем в тебе так хорошо, родная. Ты идеальна для наших членов, – мычит Риалл.

Его толчки становятся все более дикими, а затем его клыки вонзаются в мое плечо, он заливает мою задницу своей спермой – и это восхитительно. Риалл рычит, пьет мою кровь, и каждое движение его губ заставляет меня сжиматься вокруг него и Тарека. Он снова кусает меня, и от этого я разлетаюсь на мелкие кусочки удовольствия. Они превращаются в хлопья пепла, а затем собираются в единое целое и прорываются прямо в мою сердцевину, взрываясь сильным, всепоглощающим оргазмом, что потрясает до глубины души.

Курио вскрикивает и глубоко погружается в мой рот, и я проглатываю его удовольствие. Тарек вбивается в меня все быстрее и быстрее, член Курио упирается мне в горло, и я удовлетворенно хмыкаю – Курио смотрит на меня так, будто я достойна поклонения. Медленно он вынимает член, и я вылизываю его дочиста, пока он бормочет бессвязные похвалы, а затем падает на кровать и ложится на бок. Он тяжело дышит, но его карие глаза смотрят на меня мечтательно – он удовлетворен и счастлив. Он откидывает с лица влажные пряди длинных волос и смотрит, как Тарек вбивается в меня.

Риалл отрывает губы от моего плеча и покусывает мочку моего уха. Он оттягивает мои соски в идеальном ритме с толчками Тарека.

– Мы твои, моя кровь, – шепчет он мне на ухо, и Тарек разводит мои колени так, чтобы войти глубже и под другим углом. Он нащупывает во мне ту самую сладкую точку, и я вскрикиваю. Наслаждение поднимается во мне – я чувствую себя храмом, построенным в честь и во славу «скорпионов».

– Да, – кричу я, – вы мои! – И в ту же секунду Тарек входит в меня так глубоко, что все, что мне остается, – это вопить: – А я ваша! – И очередной оргазм взрывается во мне, уничтожая и воскрешая меня.

– Да, так, на хрен, и есть, – соглашается Тарек, с рычанием кончая, а затем падает на нас с Риаллом.

Я ворчу по его весом, а Риалл смеется, что заставляет два члена, все еще находящиеся внутри меня, двигаться. Я стону от удовольствия, проносящегося по моему телу, и откидываюсь назад, прижимаясь к твердой груди Риала, пытаясь перевести дыхание. Мои разум и тело погружаются в озеро неразбавленной эйфории, из которого мне не захочется вылезать.

– Ты невероятна. Просто охренеть, – хрипит Тарек, выходит из меня и перекатывается на сторону, не занятую разморенным телом Курио.

Риалл перекатывает меня на бок и выходит из моей попки, тепло его и спермы начинает вытекать из меня, и я издаю удовлетворенный стон. Я зарываюсь в подушки и погружаюсь в блаженство, но тут же удивленно вскрикиваю и смотрю вниз: между моих бедер мелькает рука Курио. Он буквально втирает сперму братьев в меня, и в его глазах появляется темный, развратный блеск.

– Просто хочу, чтобы ты была наготове, Лунный Лучик, – говорит он мне, и в его голосе – обещание чего-то прекрасного. – Никто из нас даже близко не подошел к тому, чтобы сегодня оставить тебя в покое.

– Хорошо, – радостно щебечу я. – Потому что я вас не оставлю в покое никогда.

Я вглядываюсь в лицо каждого из «скорпионов», и эмоции захлестывают меня – я так благодарна им, что они боролись за меня. Что они не сдались, когда я пыталась оттолкнуть их, когда я говорила им, что никогда не буду их, что не останусь с ними. Они знали то, чего не знала я, – что мне суждено было принадлежать им, а им – мне.

Между нами больше нет тайн и секретов. Нет больше стен и оговорок. Я знаю, кто я теперь, и это не потому, что я раскрыла тайну своего прошлого и того, как я сюда попала. Это потому, что три «скорпиона» заглянули мне прямо в душу и полюбили все, что увидели. И научили меня любить свою душу.

Мы – торговцы смертью, что бродят в тенях.

Мы вершим судьбы других.

Мы – Орден Скорпионов, и наше время пришло.