Шаддам знал, что поступает провокационно, и чем больше он об этом размышлял, тем больше ему нравилась идея стравить два соперничающих Дома друг с другом – это займет их и отвлечет, а возможно, из этого выйдет и нечто большее.

В конце концов, Шаддам всегда может изменить свое решение. Он ведь Император.

В открывшихся возможностях порой таится опасность.

После операции на Южном Континенте прошло какое-то время, прежде чем Пол вновь стал воспринимать замок Каладан как свой дом.

Когда фрегат Атрейдесов вернулся с Уаллаха IX, Пол и Дункан поспешили в космопорт его встречать, еще не зная, добился ли герцог Лето успеха. Еще никому не удавалось так просто запугать Бинэ Гессерит или манипулировать ими.

Но когда дверь фрегата открылась, оттуда появился герцог с Джессикой под руку. Хотя Лето Атрейдес часто скрывал свои чувства, на этот раз счастье на его лице было очевидно всем.

Множество людей собралось за пределами посадочной зоны. При виде леди Джессики, вновь ступившей на землю Каладана, толпа разразилась громкими аплодисментами. В этот момент Пол почти потерял сознание от грома радостных возгласов, свиста и смеха. Он мог лишь с восторгом смотреть на мать.

Лето протянул к нему свободную руку, и юноша бросился вперед, чтобы присоединиться к родителям. Герцог громко произнес, чтобы слышал народ:

– Добро пожаловать домой, леди Каладана!

Теперь, когда мать и отец Пола воссоединились, а рядом с ними были такие надежные и преданные советники, как Дункан, Сафир и Гарни, Дом Атрейдесов обрел прежнюю силу. Герцог решил больше не лезть в имперскую политику ради увеличения богатства или славы своей семьи. Свою независимую миссию по пресечению разрушительных действий Якссона Ару он исполнил без всяких посулов или наград, а просто потому, что так правильно.

Империя в корне изменилась после восстания Якссона – усилились политическая нестабильность и социальное недовольство. После катастрофы на Оторио статус Дома Атрейдесов поменялся и рос по мере того, как в Ландсрааде заполнялись опустевшие представительские места. Храбрые действия Лето улучшили отношение к нему благородных семейств, хотя они и раньше очень его уважали. Затем, когда герцога заподозрили в измене Короне, его положение пошатнулось, а с последними героическими поступками вновь поднялось на небывало высокий уровень.

Что же касается Пола, то он стал лишь крепче духом, столкнувшись с большими потрясениями, хотя понимал, что еще не скоро дорастет до роли будущего герцога.

Его отец после трагической гибели старого герцога оказался на этом посту примерно в нынешнем возрасте Пола. И теперь, когда Полу исполнилось пятнадцать, юноша также нес на себе огромное бремя и ответственность. Он противостоял сардаукарам Императора, уничтожил последние плантации айлара в джунглях. Управление планетой никогда не казалось ему таким понятным делом, как сейчас, – и таким тяжелым. Пол удивлялся, как отцу удается нести на плечах такой груз, и задумывался, привыкнет ли когда-нибудь к этому сам.

Гораздо больше для него значила менее масштабная, но более личная вещь. Его мать вернулась от Бинэ Гессерит! Родители снова вместе, и от этого все вокруг чувствовали себя в ладу с миром.

Чего Пол по-настоящему хотел, так это жить нормальной жизнью – в спокойствии и довольстве. За последнее время на его долю выпало достаточно испытаний, и он надеялся, что воды Каладана останутся безмятежными.

К сожалению, его надеждам не суждено было сбыться.

* * *

Когда пришел неожиданный императорский указ, Лето уже успел вернуться к своим обязанностям правителя Каладана.

Первые два дня после возвращения домой прошли для него как в тумане – оттого, что Джессика была рядом. Они вели долгие серьезные беседы вдвоем, вновь узнавая, что это значит – любить друг друга. Теперь Джессика стала теплой и открытой, более страстной, чем когда-либо за долгое время. Она сказала, что никогда не забывала, насколько глубоки ее чувства к нему, – и герцог чувствовал то же самое по отношению к ней.

Они разговаривали. Они занимались любовью. Они ужинали в роскошной обстановке – довольный кухонный персонал готовил для них самые изысканные блюда. Они совершали романтические прогулки вдоль скал и наблюдали, как внизу клубится туман. Вместе с Полом они бродили среди оживленных прилавков на морском рынке, и Лето покупал все, что привлекало внимание Джессики. Та принимала от него все простенькие сувениры, жалея, что у нее не было таких подарков, пока она находилась в плену Бинэ Гессерит.

Хотя разбитое сердце Лето вновь обрело целостность, он не мог вести себя как юный влюбленный школьник. Ему приходилось и управлять своим народом. Так что он ежедневно читал сводки, встречался со своими советниками и консультировался с ментатом. Он попросил и Джессику помогать ему в работе – поскольку вместе они сильнее, герцог и его леди.

Сидя друг напротив друга за столом в его личном кабинете, они вдвоем просматривали прогнозы и отчеты об ущербе, понесенном рыбной промышленностью. После того вреда, который причинил Раббан, контракты с Картелем теперь никогда не будут выполнены. Рынок рухнул. Герцог с Джессикой обсуждали, как смягчить последствия катастрофы, но действенного решения так и не находилось. Казалось невозможным, что добыча каладанской лунной рыбы когда-нибудь восстановится.

А затем это внезапно стало неактуальным вопросом.

Официального вида курьер в одежде гербовой расцветки Коррино объявил, что должен передать послание герцогу в собственные руки. Он продемонстрировал богато украшенный тубус. Одна из служанок раздраженно пояснила Лето:

– Этот человек не доверяет нам, милорд! Сказал, что не может полагаться на прислугу замка и ему необходимо встретиться с вами лично! – Она возмущенно фыркнула.

Императорский курьер обошел ее, не удостоив внимания, и протянул герцогу расписной цилиндр:

– По повелению Падишах-Императора, Его величества Шаддама IV, данный указ имеет юридическую силу, не подлежит отмене и является актом императорской щедрости! После того, как вы это прочтете, я доставлю Императору выражение вашей благодарности.

Курьер вложил тубус прямо в ладони Лето. Охваченный любопытством, герцог повертел яркую трубку в руках. Из-за обилия драгоценных камней, гравированных узоров и инкрустаций он не сразу понял, как ее открыть, и Джессике пришлось ему помогать. Наконец, развернув длинный документ с вензелями, Лето разложил его на столе рядом с отчетами о лунной рыбе. Бумага была написана аккуратным каллиграфическим почерком. После своих недавних подвигов Лето думал, что Шаддам может сделать какое-нибудь заявление – возможно, прикажет назвать улицу или здание на Кайтэйне в его честь, или даже подарит ему маленькую планету. Но это… Такого он не ожидал.

– Мы должны сказать Полу! – воскликнула Джессика.

– Нужно сообщить всем жителям Каладана, – поправил Лето. Ему следовало бы прыгать от радости, но от такой ошеломляющей награды герцог почувствовал себя неловко. Преимущества владения Арракисом были очевидны, но он задумался о связанных с этим обязательствах, пусть и неявных. – Я созову войска!

Курьер ждал. Несмотря на свою неоднозначную реакцию на известие, Лето велел ему передать Императору огромную благодарность, а затем отпустил. Мужчина поклонился и поспешил прочь.

Позже, стоя перед полком каладанской армии, собранным во внутреннем дворе замка, Лето оглядел накрахмаленные мундиры, высоко развевающиеся черно-зеленые знамена. Он думал о гордой истории двадцати шести поколений Атрейдесов, которые правили этим прекрасным океанским миром. Выстроенные войска стояли по стойке смирно, их обдувал влажный бриз. Флаги раскачивались взад-вперед на высоких древках.

С Полом по одну руку и с Джессикой по другую герцог стоял лицом к ветру. Джессика выглядела по-королевски, несмотря на то, что являлась лишь наложницей – хотя и постоянной. Она была столь же элегантной и впечатляющей, как и любая благородная дама, которую Лето видел в Императорском дворце. Она вернула естественный бронзовый цвет своим волосам и украсила их жемчужной заколкой, которую он купил ей на морском рынке. Ветер выбил из ее прически несколько прядей, которые теперь то и дело падали ей на лоб.

Герцог заговорил в наступившей тишине:

– Народ Каладана, верные солдаты армии Атрейдесов! – Он сделал паузу и глубоко вздохнул. – Его Императорское величество Шаддам IV прислал нам важный указ, и наша жизнь вскоре изменится. Это заявлено как огромная награда для Дома Атрейдесов. – Он не знал, обратит ли кто-нибудь внимание на то, как он составил фразу. Герцог улыбнулся и кивнул, словно убеждая сам себя. – Самый ценный товар в освоенной Вселенной – меланж! Он добывается лишь в одном мире – на пустынной планете Арракис, где трудно жить, несмотря на то что она приносит богатство. Без этой планеты не обойтись, поскольку без специи не существовало бы Гильдии Навигаторов, а значит – и самой Империи!

Все внимательно слушали, не совсем понимая, к чему он клонит.

– Дом Харконненов правил Арракисом десятилетиями, но теперь Харконнены отстранены! Падишах-Император даровал нам этот феод! Арракис наш! Дому Атрейдесов предоставлено сиридар-губернаторство и контроль за всеми операциями по добыче специи!

Раздался всеобщий вздох удивления, а затем взрыв восторженных возгласов, за которыми последовали бормотание и замешательство. Ряды солдат выжидающе смотрели на герцога, однако не выглядели полностью счастливыми. У Лето возникло дурное предчувствие, но он никак не мог отказаться от такого подарка – Император оказал ему доверие.

– Мы покидаем Каладан! – выкрикнул герцог, и эти слова прозвучали как похоронный звон. Ему следовало бы радоваться, даже просто представив богатство и власть, свалившиеся в руки Атрейдесов, но у него не получалось избавиться от тревожного ощущения. – Нам пора собираться и готовиться к нашей новой миссии – нашему новому приключению!

Когда радостные возгласы стали громче, Лето взглянул на сына. Молодой человек казался встревоженным, но держался гордо. Пол вытянулся по стойке смирно рядом с отцом, готовый с честью встретить этот новый поворот в своей жизни.

Почему некоторые люди берутся за все более сложные задачи, требующие огромных усилий? Чтобы ответить на этот вопрос, достаточно взглянуть на противоположный тип людей – тех, кто мало чего добивается в жизни. В этом и заключается разница между лидером и последователем. Однако они находятся в симбиозе, поскольку один не может существовать без другого.

Сделав круг над ярко-зелеными полями риса панди, Дункан посадил топтер недалеко от деревни муадха. Уже рассвело. Они прилетели сюда только вдвоем и не планировали встречаться с архивикарием или другими людьми.

Пол задумал пройти еще одно испытание, прежде чем весь Дом Атрейдесов отбудет на Арракис.

Шарнирные крылья топтера вздрагивали все медленнее по мере отключения систем машины и наконец замерли. Суровые скалы Аронди нависали над ними. Длинные утренние тени, протянувшиеся от каменного выступа, выглядели зловеще. В воздухе не чувствовалось ни малейшего дуновения, день обещал быть жарким, и рисоводы уже бродили по террасным полям, распевая песни муадха.

Дункан сам вел машину во время короткого перелета от замка Каладан, и когда они вдвоем высадились у подножия скалы, не скрывал своего неодобрения:

– Ненужная и дурацкая затея, но полагаю, это засело у вас в голове.

Пол стоял рядом с ним, глядя на отвесную каменную стену:

– Я рад, что вы не пытаетесь меня отговорить.

– Это все равно не сработало бы.

Юноша размял мышцы, готовясь к предстоящей задаче. Затем полез в кабину и достал оттуда свой рюкзак и альпинистское снаряжение. Некоторые жители деревни муадха наблюдали за ними, прикрывая глаза ладонями от низких лучей восходящего солнца. Бородатый архивикарий вышел из деревянного храма и сделал несколько шагов в их сторону, но Пол был не в настроении болтать с кем-либо из местных. Он решительно повернулся лицом к внушительной скале, которая манила его.

Твердым голосом Пол произнес:

– И вы не полезете со мной наверх, как было, когда я поднимался на морские утесы. Это слишком рискованно.

Дункан фыркнул:

– Попробуйте мне запретить!

– Я буду отвлекаться на вас, а это опасно. Пускай вы большой и сильный, зато я ловкий и лучше гожусь для такого дела. – Пол поправил лямки, затянув их потуже. – Вы уже проверили мой рюкзак и веревки, хотя я и сам сделал то же самое, и убедились, что мое снаряжение в порядке. А теперь… доверьтесь мне.

Они направились к огромным плитам, отвалившимся от каменного столба, торчащего над равнинным ландшафтом. Повсюду громоздились валуны, похожие на пандус для подъема на скалу.

– Под этими обломками лежат кости многих упавших скалолазов, – предупредил Дункан.

Пол усмехнулся:

– Я не собираюсь к ним присоединяться.

– Никто из них тоже не собирался падать… – проворчал Мастер меча.

– Такие слова не придадут мне уверенности, Дункан!

Здоровяк упер руки в бока и воззрился на высокую каменную стену впереди. Ее поверхность пестрела трещинами и наклонными плоскими участками – там, где обвалилась порода.

– Что ж, хорошо, я перестану возражать и всем сердцем поддержу вас.

Пол перекинул через плечо длинный моток веревки, натер ладони тальком и постучал носками альпинистских ботинок по скале, чтобы они лучше сели по ноге.

– Всем сердцем или скрепя сердце?

Дункан рассмеялся:

– Искренне и всем сердцем, господин Пол! Я хочу, чтобы у вас все получилось. – Он замялся, затем добавил тише: – И я знаю, что все получится.

Пол всецело сконцентрировался на предстоящей задаче, мысленно отмечая свой путь по скале. Это восхождение потребует задействовать все имеющиеся навыки, но у него есть снаряжение, физическая сила и сила духа – с последним сложностей больше всего.