Дарси отчаянно хотела выбраться из лифта. Он повторил ее унизительное приглашение, некогда адресованное ему. Вероятно, Элиас просто поддразнивал ее, но она была слишком расстроена и не поняла его шутки.

— Вечер выдался удачным, — сказал он, когда двери наконец открылись.

— Ты так считаешь? — Дарси заскрежетала зубами, войдя в сверкающую гостиную пентхауса. Наконец-то они остались одни, и она со спокойной душой может уйти в свою спальню.

Под пристальным взглядом Элиаса Грейсона, аппетит у нее сошел на нет, но в то же время разгорелся другой, и сосредоточиться на разговоре было очень сложно.

Завтра они вернутся в Лондон, им предстоит в кратчайшие сроки подать заявку на опекунство Лили. Все шло по плану, но Дарси чувствовала невыносимое раздражение и досаду.

— Я не знала, что они брали под опеку детей, — сказала она, пытаясь отвлечься. Это странное совпадение вызывало у нее вопросы.

— Я тоже. — Элиас перехватил ее напряженный взгляд. — Ты мне не веришь?

— Просто удобно получается, что ты берешь с собой свою новоиспеченную жену на деловой ужин с человеком, на которого пытаешься произвести впечатление, и оказывается, что тот не раз становился приемным родителем.

— До вчерашнего дня я даже не подозревал, что ты из детского дома, Дарси, и к тому времени уже предложил выйти за меня замуж.

Дарси прекрасно осознавала, что ее гневная реакция была нелогична, но все равно злость на него было уже не унять.

— Кроме того, — он задумчиво потер подбородок, — особой необходимости производить на него впечатление не было.

Дарси резко повернулась:

— Я знаю. Но мне не нравится, что ты с легкостью можешь лгать людям.

— Лгать людям? — лениво повторил он и неспешно снял пиджак. — И когда же я солгал?

— Сегодня вечером. Ты солгал Винсу.

— Ах вот оно что! — Он бросил пиджак на ближайшее кресло и медленно приблизился к ней. — И что же такого я сказал? — Элиас развязал галстук и расстегнул верхнюю пуговицу рубашки.

— Ты сказал…

Дарси как завороженная смотрела на Элиаса, он подчеркнуто сексуально избавлялся от одежды. Ей стало неловко. Зачем она вообще начала этот разговор?

— Я не лгал Винсу, Дарси. Я никогда не лгу, — мягко сказал он. — Для протокола: каждое слово, произнесенное сегодня вечером, было правдой.

— Нет, не было. — Она инстинктивно сделала шаг назад.

Его рот скривился.

— Можешь пояснить, что тебя смутило?

Сейчас она не собиралась повторять его слова.

— Не сдерживайся, Дарси. — Голос Элиаса понизился до шепота. — Я хочу знать, что ты думаешь на самом деле. Я понимаю, что раньше ты этого сделать не могла, но теперь все иначе, верно?

От его вкрадчивых слов девушка растаяла.

— Никогда не думал, что ты трусиха, — легкомысленно усмехнулся он, приближаясь к ней с грацией хищника. — Но мне показалось, что мы сумели создать образ счастливых молодоженов без всякой лжи.

— Все это так глупо, — пробормотала она, делая шаг назад. Потом еще один. — Не стоило мне этого делать.

Дарси сделала еще шаг назад и ударилась спиной в стену. Буквально. Она фыркнула, уперла руки в бока и уставилась на него:

— Я вообще не собиралась выходить замуж. Никогда!

— Правда? — Элиас продолжал надвигаться на нее. — Аналогично. И надо же! Только посмотри, в какой ситуации мы оказались.

Он остановился прямо перед ней. Какое-то мгновение она напряженно смотрела на него снизу вверх, но тут, к ее удивлению, Элиас улыбнулся. И Дарси неожиданно для себя рассмеялась в ответ.

— Ты никогда не хотела выйти замуж? — спросил Элиас, когда она немного успокоилась.

— Нет, не хотела, — пробормотала она. — Я прекрасно знаю, что могу позаботиться о Лили сама. Мне не нужен какой-то парень, который станет нашим спасителем. Но ты же прекрасно понимаешь, что комиссия по удочерению не разрешит воспитывать девочку в одиночку, им кажется, что я недостаточно хороша.

— Недостаточно хороша? — Он серьезно взглянул на нее. — Дарси…

— Не надо меня успокаивать! Я и так все знаю про себя. И понимаю, что это неправда. Но так устроен мир, верно?

— Возможно, — не без ехидства подтвердил Элиас. — Что же насчет любви, Дарси? Ты не веришь в любовь?

Ее сердце сжалось. Она уже не надеялась, что когда-нибудь встретит свою вторую половинку.

— Честно говоря, в моем окружении нет примеров счастливого брака… За исключением, может быть, Коры и Винса.

— Да, они вместе уже давно, — пробормотал Элиас. — И о чем же я солгал Винсу? Просвети меня.

Элиас стоял слишком близко. Так близко, что почти нависал над ней, и она ничего не могла сказать.

— Дарси… — Он посмотрел на нее сверху вниз, и его голос прозвучал немного ниже обычного. — Спроси меня снова.

Девушка сразу поняла, что он имеет в виду, и речь вовсе не шла о сегодняшней ночи. Элиас наклонился еще ближе.

— В ту ночь, когда ты попросила меня подняться с тобой наверх, ты хотела, чтобы я разделил с тобой постель.

Да. Его близость действовала обезоруживающе. Ей так хотелось поддаться желанию…

— Что, если я пообещаю, что на этот раз ответ будет другим? — Он аккуратно убрал прядь волос с ее порозовевшего лица. — Куда делась моя уверенная, способная, спокойная Дарси?

Моя Дарси?

Она закрыла глаза.

— Уверенная, способная и спокойная Дарси — это всего лишь маска.

— Нет. Я в это не верю, — возразил он. — Не все это время.

— Хочешь правду, Элиас?

— Да, — произнес он вкрадчивым шепотом. — Всегда.

Дарси распахнула ресницы и посмотрела прямо ему в глаза.

— Я никогда ни с кем не спала.

Элиас застыл как вкопанный. Дарси увидела, как расширились его зрачки от удивления, и почувствовала, как его покидает жар страсти.

— Вот о чем я просила тебя той ночью в Эдинбурге. — Она пожала плечами. — Да, я решилась пойти на это, потому что мне не представился бы другой шанс…

— Ты намеревалась хранить верность мужу, несмотря на то что брак был бы фиктивным, — уточнил Элиас.

— Да, это так, — признала она. — И все же я хотела…

— Чтобы это произошло. — Элиас посмотрел ей в глаза. — Я стал бы твоим первым… мужчиной. На одну ночь.

— Верно.

Элиаса переполняли эмоции: он ощущал злость, возбуждение, обостренное чувство собственничества, но желание овладеть Дарси взяло верх.

И все же ему снова придется уйти. Он не мог просто взять на себя такую ответственность.

— Ты, должно быть, устала. Последние тридцать шесть часов выдались слишком напряженными.

Девушка удивленно уставилась на него:

— Устала?

— Видишь ли… Я не сплю с девственницами.

— Разве это имеет большое значение? Или ты считаешь меня какой-то неполноценной?

— Нет, — заверил Элиас. — Я просто… не хочу, чтобы ты чувствовала себя обязанной мне.

— И я не хочу, чтобы ты чувствовал, что чем-то обязан мне. Мне не нужны твои поцелуи из жалости, Элиас, только потому, что теперь ты знаешь об отсутствии у меня опыта. Я знала, не стоит тебе говорить. — Дарси начинала злиться. — Ты действительно думаешь, что я не в состоянии отличить чувство благодарности от искреннего желания? Или думаешь, мои чувства еще не полностью сформировались?

Элиас уставился на нее:

— Чувства?

— Да, чувство номер один — гнев, чувство номер два — желание. Ты, кажется, не сильно сопротивляешься, когда другие девушки хотят от тебя секса. Но ты забываешь о себе и о своих чувствах, уходя в работу с головой. Ты отгораживаешься от всего, что может затронуть твои чувства. Вот что ты делаешь! Но только не со мной. Тебе это не нужно. Так что можешь перестать оправдываться, потому что я достаточно опозорена, и теперь мне все равно. Ты не обязан желать меня, но лгать Винсу сегодня вечером все же не стоило.

Он стиснул зубы.

— Я не лгал. — Он шагнул вперед, заходя в ее личное пространство. — Дарси…

— Не подходи ко мне!

Она была так зла на него. Но Элиас не отступил.

Элиас был единственным мужчиной, с которым ей вообще захотелось заняться сексом. И, как ей показалось, он был готов согласиться. Дарси прекрасно знала, что он любит секс. Так что она подумала, что, может быть… может быть, он согласился бы провести с ней всего одну ночь.

Но Элиас отверг ее, причем так поспешно и сурово. И вот он сделал это вновь. Стоило догадаться, что он всегда будет отказывать ей. Дарси в очередной раз убедилась, что никому не нужна. В детстве она долгое время пыталась найти родителей, но ничего не вышло. Даже сейчас, будучи взрослой, она не получила того, что есть у других. Это было так больно, так несправедливо…

— Ты расстроена, — прервал молчание Элиас.

— Да. Я сожалею о некоторых своих решениях. Я могла бы… — Она замолчала и смахнула выступившие на глазах слезы. — Просто оставь меня в покое, Элиас.

— Я не оставлю тебя в одиночестве, пока ты расстроена.

— Даже если твое присутствие расстроит меня еще больше?

Он сжал руки в кулаки.

— Я пытался сделать то, что ты хочешь, Дарси.

— И чего же я хочу?

Она не хотела вновь услышать отказ, уж слишком ей было больно.

— У тебя самые прекрасные на свете голубые глаза. Ты знала, что они сияют каким-то необыкновенным светом, Дарси? — задумчиво проговорил Элиас. — Ты таишь столько секретов. Поведай мне о них.

— Я только что рассказала тебе о них, — с обидой заметила девушка. — И ты все равно ответил мне «нет».

— Потому что поверхностные удовольствия не в твоем стиле, Дарси. Ты настроена гораздо серьезнее, чем тебе кажется.

— Ну, у меня никогда не было возможности узнать, не так ли? — усмехнулась Дарси. — Всегда приходилось принимать во внимание другие аспекты.

— Что же изменилось сейчас?

— Ничего не изменилось. — Она раздраженно махнула рукой. — Наш с тобой секс ничего бы не изменил. Всего одна ночь, проведенная вместе, и на этом все!

— Какая ты наивная, Дарси. Секс изменил бы все. И одной ночи недостаточно. — Элиас затаил дыхание. — Ты кому-то еще предлагала пойти с тобой, после того как я отказал тебе?

— Очевидно же, что нет. — Она была так потрясена вопросом, что ответила мгновенно.

— Потому что думала обо мне. — Его голос был низким, соблазнительным — по-настоящему опасным. — Ты хотела только меня.

— Ты сейчас серьезно, Элиас? Какой же ты эгоистичный!

— Между нами возникла химия, Дарси. Но наш с тобой брак не навсегда, — напомнил Элиас. — Если мы переспим и даже если секс будет фантастическим, моих принципов это не изменит.

— Ты думаешь, я этого хочу? — Она еще больше разозлилась на него. — Как же ты высокомерен. Я только что сказала тебе, что никогда не хотела выходить замуж и уж точно не захочу быть женой такого напыщенного типа!

— Хорошо. — Он подошел еще ближе. — Тогда попроси меня поцеловать тебя.

— Что?

Серьезно? Он действительно решил поиграть в игры, чтобы потешить свое эго? Но он был так близко сейчас, что Дарси ощущала аромат возбуждающего парфюма на его разгоряченной коже.

— Попроси меня.

Пульс отзывался в ее ушах, и жар начал разливаться по всему ее телу, обжигая изнутри.

— Я не стану целовать тебя, пока ты не попросишь меня. — Элиас приблизился, и теперь его губы были невероятно близко.

— Ты хочешь, чтобы я попросила тебя о?… — Дарси пришла в смятение. — Поцелуе?

— Попроси меня должным образом. — Его губы коснулись ее.

Прикосновение его губ было нежным, даже слишком нежным. Дарси издала хриплый стон.

— Попроси меня!

Дарси не удержалась:

— Поцелуй меня…

И он сделал это. На этот раз их поцелуй был более глубоким и страстным, чем раньше, но в то же время невероятно нежным. Ее сердце забилось быстрее, когда он провел пальцами по ее волосам. Элиас наклонил ее голову, чтобы углубить их поцелуй, и она выгнулась сильнее, отвечая на его ласки. Элиас коснулся языком ее языка и вновь отстранился.

— Проси…

— Что ты делаешь? — укоризненно перебила она.

— Тренирую тебя, — мягко сказал он.

— Тренируешь меня? — Она посмотрела ему прямо в глаза. — Словно я какое-то животное?

Его зрачки были так расширены, что она не могла различить цвет его глаз.

— Я хочу показать тебе одну вещь… Если ты меня о чем-то просишь, я это делаю. Ответ Элиаса потряс ее.

— Почему я не могу получить что-то в качестве подарка? Почему мне приходится так упорно бороться за то, что другим достается так легко?

Опустошенная, Дарси оттолкнула его. Элиас не двинулся с места, но в ответ схватил ее за запястье. Дарси закрыла глаза, чтобы не видеть его жалости к ней.

— Дарси, — пробормотал он. — Дарси!

— Не стоит меня жалеть.

Элиас приблизился, прижав ее к стене своим телом.

— Почувствуй меня, — прошептал он. — Почувствуй меня, Дарси.

И Дарси почувствовала. Она почувствовала жесткую сталь его напряженных мышц и учащенное биение его сердца. Она ощущала его возбуждение, как огромный твердый член прижимался к ее животу, выдавая его истинные желания. Она неудержимо задрожала, и он придвинулся еще ближе. Дыхание сбилось, ее соски напряглись, словно приветствовали его — желание захлестнуло ее.

— Вот как сильно я хочу тебя. Чувствуешь? Я хотел тебя всегда. — Элиас тяжело вздохнул. — С того момента, как мы встретились. Но ты стала моей подчиненной.

Ошеломленная, Дарси не могла промолвить ни слова, — в горле пересохло.

— У моего отца был роман с секретаршей, — продолжил он. — Это был какой-то кошмар. И для нее, и для моей мамы. Для всей семьи. — Напряжение нарастало, и Элиас крепче сжимал ее запястья. — Я хочу, чтобы ты поняла, почему я был не готов переступить эту черту. И никогда не смогу.

Ему стоило признаться в этом раньше, с тоской подумала Дарси.

— Но теперь ты не моя подчиненная, — жарко прошептал он ей на ухо. — Я хочу снова поцеловать тебя, Дарси. И если я это сделаю, не смогу остановиться. Ты не против?

Вся ее потребность, которая скрывалась глубоко внутри, наконец-то готова была вырваться наружу.

— Не против.