В течение двух последующих дней Элиас убеждал себя в правильности своего поступка. Он сделал так, как она просила, а значит, он все сделал как надо. Не встал у нее на пути, просто отпустил ее, как она и хотела. Он никоим образом не пытался ее контролировать. Так почему же он чувствует себя так ужасно?

Элиас всегда знал, что Лили и Дарси заслуживают большего, чем он мог предложить им, и речь шла не только о материальных благах. Они заслуживают кого-то, кто действительно хотел того же, что и они. Он никогда не хотел семью, ему не нужен большой дом с садом и детскими качелями. И все же он то и дело погружался в воспоминания о часах, проведенных на детской площадке с Лили. Тогда он не вполне осознавал, сколько радости дарят ему эти встречи.

Элиас уже представлял, как Лили плещется в бассейне в большом доме, который он купил еще до того, как увиделся с ней. С уходом Дарси в доме поселилась невыносимая тоска, без ее смеха, тепла и неуемной энергии, в комнатах было холодно и пусто. В гостиной без дела простаивал большой обеденный стол, на котором они занимались любовью. Теперь на его темной полированной глади, помнившей жар их тел, лежало оставленное ею броское бриллиантовое кольцо.

Элиас вспомнил, с каким равнодушием приняла его Дарси, не оценив ни красоту кольца, ни стоимость, ни усилия, которые он приложил, выбирая его.

Что ж, все это в прошлом — и обиды, и радости. Дарси сделала свой выбор и ушла. Но почему? Неужели она не хотела остаться с ним? Ее отказ принес столько боли, он обжигал внутренности, словно кислота. А ведь он хотел добра для нее, хотел дать ей свободу. Почему она не поняла его намерения?

«Потому что ты не сказал ей правду!» — ответил Элиас на свой вопрос.

Теперь Дарси избегала его. Она даже не ответила на его сообщение, когда Элиас хотел удостовериться, что с ней все в порядке.

Теперь жизнь Дарси не касалась его, и все же сердце Элиаса было не готово смириться с таким исходом.

Дарси не могла пропустить встречу с Лили. И пусть ее сердце разбито, а в душе тоска, она не позволит малышке разочаровываться в ней.

В парке Лили тут же помчалась на игровую площадку, Дарси не пришлось занимать ее играми, достаточно было просто находиться рядом и присматривать за ней.

— У Элиаса много работы, — объяснила Дарси социальному работнику, напомнив себе, что ей следует придумать более правдоподобное объяснение, когда дело дойдет до пересмотра форм заявлений.

— Да, он говорил, — улыбнулась женщина. — Похвально, что мистер Грейсон находит время слушать курсы для приемных родителей онлайн и не отстает от программы.

Дарси замерла, а затем поспешно кивнула, сделав вид, что знает об этом.

Элиас не бросил обучение?! Зачем ему это? Может, потому, что он, как истинный перфекционист, не любит оставлять дела незаконченными? Или он хочет как-то участвовать в жизни Лили? Дарси знала, что Элиас успел полюбить малышку и хотел для нее самого лучшего, но ведь теперь они не вместе, и ему не нужно продолжать играть роль отца?

Интересно, как ему удается выкраивать время для курсов? Впервые за последние годы Дарси не знала его расписания.

В ночь с воскресенья на понедельник она не могла уснуть. Ее узкая кровать казалась такой пустой и холодной… Она скучала по теплу, близости, тихому смеху в предрассветные часы, когда они не давали спать друг другу. Дарси ужасно тосковала по нему. Она лежала без сна, и мысли вихрем проносились в ее голове, усиливая смятение. Дарси все больше сомневалась в правильности своего решения. Почему Элиас не бросил курсы для приемных родителей, если он был полон решимости обеспечить Дарси финансовую независимость, чтобы та могла заботиться о девочке в одиночку?

Что, если она ошиблась? Но как ей стоило реагировать на тот жуткий брачный контракт? В конце концов, их отношениям пришел конец, верно? А что, если Элиас не собирался разрывать отношения с Дарси так быстро?

Девушка изо всех сил пыталась вспомнить выражение его лица, когда он вручал ей документы. Хотел ли он поставить точку в их отношениях, или их связь могла продлиться чуть дольше? Что произошло бы, если бы она осталась? Несомненно одно: со временем ей стало бы еще больнее расстаться с ним, ведь Дарси влюбилась бы в Элиаса еще сильнее…

И все же на сердце было неспокойно, Дарси испытывала противоречивые чувства: неуверенность, страх перед будущим, любопытство и надежду. Элиас слишком поспешно надел маску отчужденности, скрыв свои эмоции и мысли. Именно так он и поступал, когда чувствовал себя уязвимым. Но почему он себя так ощущал?

Прогнав бесполезные мысли, Дарси постаралась уснуть.

Утром она составила план действий. Практичный, достижимый и реалистичный. Во-первых, ей нужна квартира побольше, если она собиралась подать заявление на опеку Лили в одиночку. Для этого ей нужно найти работу. Опыт у нее есть, а с хорошим Интернетом она могла бы работать из дома, пока Лили не достигнет школьного возраста. После чего она могла бы работать с утра и до обеда, пока малышка в школе.

Стук в дверь напугал ее. На секунду она замерла, а затем, забыв, как дышать, устремилась к двери и посмотрела в глазок. Лицо было ей знакомо, но Дарси ожидала увидеть совсем другого человека.

— Привет, Шон, — пробормотала она, обессиленная вспышкой надежды. — Все в порядке?

Он виновато посмотрел на нее, затем кивнул.

— А ты?

— Аналогично, — ответила Дарси и посторонилась, впуская приятеля.

— Я ненадолго, — сказал Шон, — просто хотел сказать, что вернул тебе деньги. Они должны появиться на твоем счете через пару часов.

Дарси изумленно заморгала. Такого она не ожидала.

— А как же твой бизнес? Я правда хочу, чтобы у тебя все получилось… Все в порядке, можешь не переживать из-за денег. Честно.

— Нет, это неправильно, — вздохнул Шон и отвел глаза. — Прости меня, Дарси. Мне так стыдно. Ты же знаешь, что я изо всех сил стараюсь посвятить себя чему-либо полезному. Чему угодно. Но в самый ответственный момент я не могу решиться и сдаю назад, понимаешь?

Какое-то время Дарси не могла говорить. Слова Шона поразили ее до глубины души.

— Понимаю.

Потому что она была такой же. Она так боялась неудачи, что упускала возможности одну за другой. Дарси убедила себя, что ее мечтам не суждено сбыться, а потом и вовсе перестала надеяться — во избежание риска.

— Чтобы получить опеку, мне не обязательно выходить замуж, — сказала она, пытаясь его успокоить. — Во всем виновата моя неуверенность в своих силах. — Она улыбнулась. — Но я хочу, чтобы ты оставил себе эти деньги. Как только начнешь зарабатывать, то можешь мне все вернуть, но не упускай свой шанс.

— В этом нет необходимости, — хрипло сказал Шон. — Я нашел другого спонсора.

— Правда?

Теперь Шон не нуждался в ней.

— Вообще-то он нашел меня. — Шон виновато посмотрел на Дарси. — Этот парень оказался не таким высокомерным типом, как мне показалось при первой встрече. Я вел себя как придурок. Я должен был выйти на связь гораздо раньше. Но я… — Приятель пожал плечами.

Дарси уставилась на него в изумлении:

— Этот парень?! Ты говоришь об Элиасе?!

— Он, э-э-э, просил сохранить наш уговор в тайне, но я не хотел скрывать это от тебя, Дарси. — Шон затаил дыхание. — Здорово, что ты хочешь помочь Лили, и я очень надеюсь, что у тебя все получится… Прости меня еще раз…

— Все в порядке. Не стоило мне просить тебя о таком. Мне просто страшно было остаться одной.

— Ага. — Шон неловко переминался с ноги на ногу. — Я, пожалуй, пойду.

Дарси кивнула, ей нужно было время подумать.

— Оставайтесь на связи, хорошо?

— Хорошо.

Дарси закрыла дверь и прислонилась к ней спиной. Элиас нашел Шона и позаботился о том, чтобы тот вернул ей ее накопления. Вместо того чтобы заплатить Дарси, он решил предоставить шанс ее приятелю. Когда он успел все это провернуть? И главное, зачем? Пытался ли он помочь ей или просто действовал из жалости? Неужели он затеял все это только потому, что она отказалась взять его деньги?

Тишина в офисе была пугающей. Все сотрудники с головой погрузились в работу, пытаясь угодить своему начальнику. Вроде бы и неплохо, но ощущения были не из лучших. Элиас скучал по ней. По всему, что было связано с Дарси. Он скучал по своей помощнице, которая помогала ему больше, чем он того заслуживал. Скучал по голодному взгляду Дарси, которая тайком перекусывала сыром и орехами где-то в конференц-зале. Он скучал по вспыльчивой Дарси. Требовательной Дарси. И той, которая смеялась над ним и с ним. Он даже скучал по Дарси, которая выбивалась из сил.

Сейчас ему было наплевать на все его сделки. Работа уже не доставляла ему удовольствия, да и ничего не могло доставить. Элиас хотел быть с ней.

Элиас сидел неподвижно, уставившись в одну точку, понимая, каким идиотом он был. Боялся стать таким, как его отец, и все же подвел ее, потому что отказался признаться в своих желаниях. Он не объяснил Дарси, чего и почему он хотел. А главное, что он чувствовал. Она заслуживала знать правду. Ей требовалось гораздо больше доказательств его чувств. Поэтому Элиас решил бороться за нее. Ради них. И лучше прямо сейчас!

Дарси не могла собраться с мыслями. Правильно она поступила или нет? Как бы там ни было, остаться с Элиасом она не могла, ведь он не был готов впустить ее в свое сердце. Ей не хотелось, чтобы Лили видела такой пример для подражания в отношениях. Им обоим было бы лучше, если бы Дарси стала независимой.

И все же Дарси чувствовала себя покинутой и с горечью осознавала, что снова осталась одна. А еще ее мучили угрызения совести. Ведь не Элиас бросил ее, она сама решила уйти от него. Сделала ему больно и даже не дала шанса объясниться. Вместо этого она предположила худшее, потому что всегда так делала.

Но что, если она ошиблась? Что, если он просто хотел обеспечить их с Лили будущее? Возможно, он отпустил ее именно потому, что ему было не все равно. Элиас поступил так, как она хотела. Он всегда заботился о ней и старался найти баланс сил между ними. А учитывая брак его родителей, Дарси не могла его в чем-то винить.

Пожалуй, ей следовало рассказать о своих чувствах. Промолчав, она сделала только хуже. За эти дни Дарси поняла, как много значит для нее Элиас. Может, все же стоит признаться ему во всем? И если он отвергнет ее, то больнее уже не будет, верно? Как же набраться смелости? Ведь надежда на то, что у Элиаса есть к ней какие-то чувства, все еще теплилась в ней.

Дарси решила дать их отношениям еще один шанс. Причем немедля.