Сумрачно. Небо плотно обложено тучами. Однако дождь кончился. На улице приятно пахнет сырым камнем. Прохожих почти нет. Лишь под перестук копыт по рельсам катит вагон конки. На мне чистая и целая смена одежды. Усталость и боль от использования силы отступила. В желудке приятная тяжесть от обеда, съеденного в ожидании друга. При этом вы прогуливайтесь и общаетесь. Все условия для хорошего настроения!

Если бы не тема разговора и не занудные причитания:

– Хех. У меня честный выходной после задания. Ты же тащишь меня, Лодур знает куда!

– Не забывай, ты мне должен. Должен по-крупному! Мало того, что ты поставил против меня, хотя обещал обратное – это на твоей совести. Так ты мою ставку… Повторюсь, мою! Поставил против меня же! И проиграл! Теперь ты должен мне не только проигранное, но и потенциальный выигрыш!

– Хех, – Караи стушевался. Минуты на полторы. Не больше. Затем, загнав зубочистку китового уса в уголок рта, пробормотал сквозь зубы: – Я же всегда возвращаю!

– Угу. Через месяц-два, а то и полгода.

– Хотел, как лучше! – выпятил челюсть Караи. Сегодня мой товарищ щеголял щетиной, должной выражать легкую анархию мысли владельца. – Шансы были не в твою пользу, ты сам говорил. А так, легкие деньги тебе на первое время… Ты эгоист, раз не понимаешь!

– Ты навязываешь мне свою волю, а эгоист я?! Я отстаиваю свое по праву! И на сей раз мне не нужны бумажки. Надоело их коллекционировать и вкладывать в дела Старого. Мне нужна услуга, и ты выполнишь необходимое! – Мефи с плеча яростно зашипел.

– Хех. Ладно. Ладно. Не горячитесь. Помогу, чем смогу. Поймать Ивана – дело достойное и весьма выгодное. Только ты уверен, что…

– Уверен. Ты, главное, подстрахуй.

Лицо холодит порывами ветра, но на мне любимое, теплое пальто. Чувство пустоты немного отпустило – Караи не ахти какой друг, но с ним, по крайне мере, можно работать. Иначе я сегодня какой-то нервный.

Массивный забор с колючей проволокой остался позади, как и развалины дозорных вышек. Мы входили в госпиталь «Милосердия душ». Многоэтажное строение красного камня с отваливающейся лепниной и частично в строительных лесах. В прошлом тюрьма, но после создания Острова Печали, целый квартал превратился в обитель мира, на самом криминальном – Гибридном острове.

В атриуме многолюдно. В основном потрепанные жизнью больные, самых разных рас. Немало вечно спешащих сестер Нетас, в коричневых платьях с белыми фартуками и чепчиками, одним видом приносящих успокоение душе. Маяками высились Последние. Мисс Эльдерей среде них не заметил, зато обнаружил другого знакомого, беседовавшего с пожилой Последней, судя по грубости коры и темным тонам побегов волос.

– Караи, осмотрись пока. Прогуляйся по палатам. Поговори с местными, как ты умеешь… не мне учить. Одним словом, работай.

– А ты?

– Присоединюсь позже. Намечается кое-что занимательное.

Более не отвлекаясь, двинулся к намеченной цели, на ходу поправляя шейный платок. Надел при смене наряда, пусть непривычно, но хорошо смотрится, а я еще надеялся успеть на праздник в почетный караул.

Подошел к моменту, когда граф Алекрий Витольдович почтительно раскланялся с собеседницей. Чуть пристукнув тростью, он обернулся и когда увидел меня, то морщинки расцвели улыбкой.

– Господин Юрий, какая приятная встреча! – и первый протянул руку.

– Алекрий Витольдович, позвольте засвидетельствовать мое почтение, – ответил на крепкое рукопожатие. – Не ожидал увидеть вас в этой ды… Кхе. Кхе. В этом госпитале.

– К чему удивляться? Я один из попечителей данной дыры. Точнее, жертвовала моя покойная супруга, а я, в память, лишь продолжаю ее благородное дело. Что же вы тут делаете?

– Работа. Расследование. Продолжаем дело о покушении на Посла, – далее я замялся: – Ваше сиятельство, возможно, сейчас не самый удачный момент. Но не могли бы вы уделить несколько минут, чтобы ответить на некоторые вопросы?

– О! С удовольствием! До праздника еще час. Половину имеющегося времени я в вашем распоряжении. Ваша с Временщиками оперативность очень выручила меня и репутацию моего дома, потому позор не отплатить такой малостью!

– Благодарю, – искренне обрадовался я и чуть расслабился. – Мне бы хотелось услышать ваше мнение о докторе Лембере. То, которое вы составили до происшествия с Послом.

Алекрий Витольдович задумался. Из глубин госпиталя, через приоткрытую дверь, дохнуло чем-то спиртово-дезинфицирующим, должным скрыть миазмы крови, рвоты, испражнений, гнили и овеществленной боли. Меня передернуло.

Ненавижу чувствовать себя оскорбленным и тем более униженным. Хотя еще больше ненавижу беспомощность. Точнее боюсь. В ужасе от перспективы не суметь повлиять на собственную жизнь.

– Знаете, я его уважал. Со стыдом признаю, это я пригласил его в полет. Он желал стать врачом в данном госпитале. Редкий специалист! – тяжелый вздох, как реквием о потерянных людях и доверии. – Он всегда откликался, стоило попросить о помощи, но не любил говорить о себе. Правда, на другие темы мог высказать мнение. Порой весьма жестко. Из-за этого на него сильно обиделась чета Ленских.

– А каковы отношения с другими попутчиками? Может, доктор с кем-то ссорился или, наоборот, много общался?

– Наверное, вас в первую очередь интересуют отношения с Послом? Так они почти не общались. Пара фраз за едой, да раза два или три Посол просил о помощи из-за переедания… последний раз фатально. С Ефимом Терног доктор Лембер тоже не поладил. Не удивительно! Не мне судить, но манер у молодого человека явный недостаток. Жаль, я осознал это лишь на вечере… Вот с инженером Тербием Бронским доктор поладил. Они любили подолгу общаться, если не ошибаюсь, найдя общие интересы на поприще науки.

– Как на счет Лорна и Рейма?

– А что с ними? Конечно, они тепло общались! Разве можно не поладить с этой парочкой? Если не секрет, к чему данные вопросы?

– Существуют подозрения о наличии у доктора Лембера пособника, – проследил за реакцией: вскинутые брови и широко открытые глаза; глубокий вдох и остекленевшие глаза; затем в глубинах зрачков вспыхнули огоньки осознания; наконец, голова чуть дернулась, а краешек губ дрогнул. Все ясно. Выдержав паузу, я закончил: – Обратился к вам, как к наиболее достойному доверия.

– Ни к чему утешения, – на лице собеседника опять сияла улыбка. – Понимаю. Вы должны проверить возможные версии. Опросить свидетелей и подозреваемых. Я всегда к вашим услугам. Мне нечего скрывать.

Подумал, что неплохо бы задать пару вопросов про Алению, из чистой вежливости и на предмет реакции собеседника. Правда сразу откинул мысль, ибо смешивать личное и работу – прямой путь проиграть на обоих фронтах.

Кроме того, в атриуме вновь появился Караи. Он оживленно болтал, заигрывая сразу с троицей сестер Нетас. Причем весьма успешно, девушки смеялись после каждой фразы и чуть ли не заглядывали товарищу в рот. Но я видел, как он показывает знаками заканчивать и идти на выход.

– Благодарю. Теперь не смею вас более задерживать!

– Что вы! Удовольствием было пообщаться. Всегда рад помочь нашим защитникам Пространственникам и вам лично. Это мой гражданский долг!

Распрощались у выхода очень тепло, по-дружески. Стоило же собеседнику выйти, как рядом появился Караи.

– Хех. Хорошие у тебя знакомые, сам граф Алекрий Витольдович!

– Стараюсь не терять времени даром. Да и ты смотрю, быстро обернулся.

– Дело оказалось проще, чем рассчитывал, – Караи лоснился довольством, словно кот после мясной лавки. – Заветы сестер Нетас строги – эти девицы так давно не веселились с мужиком, что чуть ли не бросались на меня после пары комплиментов. Они с радостью все рассказали, за обещание зайти к ним… Хех. Пожалуй, стоит его выполнить. Та рыженькая вполне себе! – он мечтательно закатил глаза.

– Не отвлекайся, – щелкнул по зубочистке, так что та чуть не выпала.

– Да, точно! Хех. Узнал о поступивших с указанными тобой приметами в необходимый временной период. Один обнаружился. Но его нет в госпитале. По словам этих дурочек, рану только успели обработать и перевязать, как прибыли местные городовые и забрали его. Наверняка по наводке.

– Не важно. Он мне нужен. Выдвигаемся.