Умение управлять волей другого существа с помощью Силы некоторые джедаи постигали инстинктивно. У учителей, бывало, даже возникали проблемы с детьми, которые схватывали этот навык, но пока еще не понимали, что играть с разумами других нельзя. У других джедаев, однако, на овладение этим мастерством уходили годы или даже десятилетия.

Рит относился ко второй категории. Поэтому, когда один из дренгиров вернулся на поляну, волоча за собой какого-то человека, юноша скорее поразился, чем обрадовался: «Ух ты, получилось?»

Но все мысли об этом успехе испарились в то мгновение, когда он узнал человека, которого тащил дренгир. Рит знал, кто это будет, но все равно его лицо расплылось в улыбке, и он заорал:

– Дез!!!

Тот не ответил. Взгляд его был расфокусированным, дыхание – учащенным, лицо раскраснелось. Рит перестал улыбаться, увидев, что один глаз Деза посинел и заплыл, а черные волосы слиплись от крови. Но еще ужаснее было видеть дренгиров, чьи пасти-ловушки ухмылялись.

По крайней мере, они отпустили Деза, который так и стоял, тупо уставившись на транспортные капсулы. Почему-то он не мог сообразить, что эти капсулы означают побег, свободу, возвращение домой. То ли из-за травмы головы, то ли из-за того, что с ним сделали дренгиры – а может, по обеим причинам, – он пребывал в состоянии глубоко измененного сознания.

Но все же надо было как-то до него достучаться.

– Дез? – попытал счастья Рит. – Ну же. Полетели отсюда.

Ответа не было. Зато послышался смех дренгиров: зловещие, шелестящие звуки.

«Возможно, обман разума вовсе не сработал, – подумал Рит. – Или сработал, но лишь потому, что они сами намеревались привести Деза ко мне. Они хотели, чтобы я его увидел. Но почему?»

Дез не шелохнулся. Возможно, жест ему будет проще понять. Рит протянул руку.

Дез наконец сделал шаг в сторону Рита и капсул. Дренгиры не пытались остановить его. Рит знал, что это ничего доброго не предвещает. Он провел в компании этих существ лишь несколько минут, но уже понял, что они не из тех, кто просто так отпускает свою жертву.

– Этого? – невнятно произнес Дез.

– Да, – ответил вожак дренгиров. – Этого. Убей его и будешь свободен.

Рит не успел переварить услышанное, потому что в тот же миг Дез прыгнул на него с зажженным мечом в руке.

* * *

– Кто вы такие? – требовательно спросил Комак.

Растительные существа проигнорировали вопрос. Они окружили джедаев в самом сердце амаксинской станции. Нет, осознал Комак: они окружали их все это время.

Он также узнал давящую тяжесть, которая на них опускалась. Эта тяжесть не слишком отличалась от зловещего предчувствия накануне почвотрясения или циклона. Здесь властвовала темная сторона, и ее мощь была выпущена на свободу.

– Ваших предков заперли на этой станции, – сказал Комак. – Много поколений назад. Идолы удерживали их здесь. Я прав? – Даже стоя с мечом в руке и бросая вызов врагам, он хотел оставаться ученым.

Эти слова растения услышали – или, по крайней мере, не стали притворяться, что не слышат. Существа издали шипящий звук, в котором слышалось неподдельное презрение:

– Не предков. Нас самих здесь заперли. Простой трюк, теперь мы это видим… но тогда не увидели. Больше никто не поймает дренгиров так просто.

Но разве идолы не стояли здесь сотни лет? Комак, впрочем, смутно помнил, что некоторые формы растительной жизни могли впадать в анабиоз при неблагоприятных условиях окружающей среды, «спать» многие месяцы и годы или даже еще дольше. Эти дренгиры, очевидно, обладали подобным свойством. В иной ситуации это было бы потрясающе интересно.

– Это потомки тех, кто запер нас здесь, – прорычал один из дренгиров. – Посмотрите на их светящееся оружие. Оно такое же.

Дренгиров заперли здесь джедаи? Но не успел Комак открыть рот, чтобы спросить об этом, как вожак возразил:

– Не такое же. То оружие было красным.

Орла и Комак обменялись быстрыми взглядами. Оба поняли, что это означает.

«Ситхи».

По спине Комака пробежала дрожь. Очевидно, дренгиры сражались с древними ситхами и были взяты ими в плен. Если дренгиры были настолько погружены во тьму, что представляли угрозу для самих ситхов…

Тут вожак дренгиров заявил с широкой ухмылкой:

– Пора поесть.

Комак отреагировал на движение еще до того, как толком его разглядел: молниеносный хлесткий удар на периферии зрения. Клинок меча перерубил нечто вроде колючей плети толщиной с человеческую руку. Отросток упал на пол, но продолжал гнуться, извиваться и чуть ли не ползти.

Но анализировать случившееся было некогда, потому как дренгиры набросились на них.

Обратившись к Силе, Комак предвидел заранее движения противников, что позволяло ему уворачиваться от плетей. Орла же перелетела над ними по широкой дуге и, сделав сальто, приземлилась за спиной у вожака дренгиров. Парные клинки, рассыпая искры, вращательным движением вонзились в ствол существа, оба ярко-белых острия проткнули кору и вышли наружу.

Но вместо того чтобы упасть, дренгир захохотал. Он подался вперед, освободившись от клинков, после чего развернулся к Орле и ударил своей колючей плетью. Комак увидел, что ствол уже начал заживать, отращивая новую ткань взамен утраченной.

«Мать-перемать, – подумал он. – Ну и как убить врага, которого даже ранить нельзя?»

Впрочем, ситуация не была такой уж угрожающей, что стало очевидным в следующее мгновение, когда Комак обрубил нижние щупальца ближайшего дренгира и тот свалился на пол. Он был жив и в сознании, но не мог регенерировать достаточно быстро, чтобы продолжать драку. «Должно быть, эти щупальца критически важны для их равновесия», – решил Комак. По крайней мере, одно уязвимое место, в которое можно бить.

Но даже эти повреждения были временными. А из-за лиан появлялись все новые и новые дренгиры, и стало ясно, что джедаи сражаются не просто с вооруженной группой, а да, с целой армией.

* * *

У Деза звенело в ушах. Голова раскалывалась. То существо, которое стояло перед ним, держало в руке огненный меч, как у него самого, и выкрикивало какие-то слова, которых Дез не понимал. Лишь одно было осмысленным: его имя.

Ему больше не хотелось слышать своего имени. И вообще ничего не хотелось слышать. Дез просто хотел, чтобы это прекратилось. Ему сказали, что если он убьет это существо, то прекратится.

Со всей мочи он обрушил клинок на существо. Мечи столкнулись с такой силой, что руки Деза отозвались вибрацией. Противник отшатнулся. Сквозь рев крови в ушах Дез услышал смех дренгиров. Ему хотелось, чтобы и это прекратилось тоже.

На мгновение он сумел сфокусировать взгляд на противнике – тот выглядел молодым. И смутно знакомым. Голос окликнул:

– Дез, почему ты это делаешь?

Неважно. Противник должен умереть.

* * *

Аффи ползала на животе между рядами ящиков, разыскивая новые шифровки. Она уже засняла достаточно много, но считала, что для доказательства нужно собрать все надписи, какие только найдутся на амаксинской станции.

А может – а вдруг! – удастся раскопать что-то еще о родителях… или даже что-то, написанное ими самими…

Девушка вздрогнула, услышав внизу какие-то звуки. Это не было похоже на недавний громкий скрежет – звуки были далеко не такими гулкими, – но могло сойти, по выражению Лиокса, за «тарарам». Грохот падения чего-то или кого-то, гудение световых мечей и почему-то непрерывный шелест растений…

Аффи схватила комлинк:

– Лиокс, прием.

– Что-то стряслось, Кроха?

Сейчас были заботы поважнее, чем огрызаться на глупое прозвище.

– Джедаи подняли страшный шум в центре станции. Понятия не имею почему, но вот так. И если я их слышу аж отсюда, то гарантирую, что Нэн и Хейг слышат тоже.

– Погоди секунду, я кое-что проверю… – Лиокс замолчал, потом тихо пробормотал одно слово, которое никогда рядом с ней не произносил. – Точно, нигилы в курсе, что они не одни.

Ладонь Аффи крепче стиснула комлинк:

– Откуда ты знаешь?

– Знаю, потому что они больше не вращаются вокруг станции. Их корабль завис на месте. И поэтому нам тоже надо перестать вращаться, иначе они нас увидят через… примерно две минуты.

– Убирайтесь оттуда, – сказала Аффи. Возможно, это было неправильно – принимать подобное решение без мнения джедаев, но времени не было, да к тому же джедаи и устроили эту заваруху. – Ты и Жеод. Просто берите и улетайте. Спасайтесь сами.

– Успокойся. Нам достаточно просто ударить по тормозам. Может, мы даже пристанем к одному из шлюзов, будем готовы помочь вам, если ситуация ухудшится.

– Хорошо, – проговорила Аффи. Грохот и крики, которые доносились снизу, сделались еще громче. – Потому что я практически уверена, что ухудшится.

* * *

Уроки поединков на световых мечах считались в храме самыми клевыми (Рит предпочитал древнюю историю, но здесь он представлял минимальное меньшинство). Все это увлечение поединками скрывало нехитрую правду: джедаю за всю жизнь практически не светило оказаться в такой ситуации. Световые мечи носили только джедаи, а они не сражались друг с другом ни в войнах, ни вообще нигде, если на то пошло. Следовательно, дуэлирование было фактически бессмысленным занятием и годилось разве что как спорт.

Так утверждал Рит, и он по-прежнему был уверен в своей правоте. В данный момент, однако, лишь благодаря дуэльным навыкам он все еще был жив.

Дез Райден с безумным взором снова и снова бросался на него как заведенный. Несмотря на очевидные раны, сил у него нисколько не убавилось; более того, Дез прямо озверел от адреналина и фактически не мог рационально мыслить. Это было все равно что пытаться приблизиться к раненому животному: ты пытаешься ему помочь, а оно лишь кусается и царапается.

«Отбить. Вторая позиция. Выкрутить и отбить. Верхний блок, нижний блок, четвертая позиция». – Тело Рита знало все стойки и движения так хорошо, что он мог защищаться бессознательно. Но это было все, что он мог делать: защищаться и затягивать бой.

Единственным иным выходом было покалечить или убить Деза Райдена.

– Заруби его горящим клинком, – прорычал один из наблюдавших дренгиров, которых это действо явно забавляло. – Поджарь для нас мясо.

Рит не был уверен, к кому из них дренгир обращался, но указание ему не нравилось в любом случае.

«Надо разбудить Деза, – подумал он. – Сделать так, чтобы он меня услышал, если только он на это способен. Ну как же мне до него достучаться?»

В этот момент юноша вспомнил другой голос, ответивший на его жалобы по поводу отправки на фронтир: «Ну как же мне до тебя достучаться?»

– Мастер Джора, – сказал Рит. – Помнишь ее? Нашего учителя?

Дез едва ли вообще понимал, что он говорит. Так что Рит открылся Силе, наполнив разум воспоминаниями о теплой улыбке Джоры Малли, о ее удивительно низком смехе, о ее ненасытном увлечении билбринджийской едой…

А потом осознанием того, что она погибла, умерла где-то далеко и больше они ее не увидят…

Риту удалось установить контакт с Дезом как раз в тот момент, когда его накрыла волна горя и боли. Дез отступил на шаг и занес меч для нового удара. Рит знал, что рано или поздно Дез рубанет с такой силой, что он не сумеет парировать.

На середине замаха Дез остановился, застыл как вкопанный. Глаза его оставались остекленевшими, но во взгляде были видны некие признаки того, что он хотя бы пытается взять в толк слова Рита.

Кожа Рита лоснилась от пота. Воздух был насыщен влагой и запахами земли, смолы и плесени. Юноша стоял в защитной стойке, глядя Дезу в глаза и гадая, как долго продлится эта передышка.

Он попытался использовать Силу, связаться с Дезом таким путем, но тут же одумался. Разум Деза был совершенно расстроен – доведен до неистовства. Даже если удастся установить контакт сквозь этот хаос, это может с равной вероятностью как стабилизировать Деза, так и разбалансировать самого Рита. Риск был слишком велик.

Надо искать другой способ достучаться.

Юноша осторожно произнес:

– Подумай о мастере Джоре. Просто представь ее голос. Знаю, ты можешь услышать его у себя в голове, если прислушаешься. Она скажет, чтобы ты перестал сражаться и позволил мне отвезти тебя домой.

Поначалу казалось, что Дез его даже не расслышал. Однако затем он опустил клинок: всего на несколько сантиметров, но этого хватило, чтобы у Рита появился шанс.

Атаковать прекратившего бой противника считалось бесчестным. Как правило. Сейчас было одно из исключений. Рит резко ударил клинком вверх, так что тот столкнулся с оружием Деза почти у самого основания. Оглушенный и ошеломленный, Дез не удержал меча. Тот отлетел вверх, и Рит поймал его свободной рукой.

Он расположился между Дезом и дренгирами, скрестив клинки перед собой. Даже против солнца было видно, как их физиономии перекосило от злости.

Дезу он сказал просто:

– Иди сюда. Поехали домой.

* * *

– Подумать только, – пропыхтела Орла, – некоторые… говорят… что садоводство… это… расслабляющее хобби!

Комак не засмеялся над шуткой. Он вообще редко смеялся. И несомненно, сейчас был слишком занят, пытаясь не дать дренгирам отхватить ему голову своими колючими плетями.

Одна из этих плетей успела оцарапать щиколотку Орлы. Удар был скользящий, но нога уже ныла от пальцев до бедра. Лодыжка распухла и онемела, и отек подбирался к колену. Ядовитые шипы, не иначе.

Какой-то дренгир бросился на нее, но Орла сделала обратное сальто – то ли прыгнув, то ли взлетев – и оказалась вне досягаемости. Она, конечно, не собиралась надолго оставлять Комака одного, но для того, чтобы лучше сражаться в паре, следовало оценить, с чем они имеют дело.

Во время спуска больная нога наткнулась не на пол, а на что-то круглое и подвижное. Орла приземлилась на четвереньки и сердито оглянулась на 8-T, которому хватило наглости оказаться у нее на пути. Дроид не обратил на нее внимания и просто продолжил подрезать ветки.

Подрезать!

Ножницами, специально предназначенными для того, чтобы резать растения.

У Орлы закружилась голова от потенциальных возможностей. «Эти дроиды атакуют все, что воспринимают как угрозу флоре. Сейчас они никого не атакуют, а значит, они не относят дренгиров к растениям, которые находятся под их опекой. Следовательно, должен быть какой-то способ натравить 8-T на дренгиров».

Она повернулась и стукнула 8-T по куполу; дроид недоуменно свистнул, но продолжал трудиться. Никакого интерфейса не было заметно. Итак, чтобы использовать дроидов, придется работать с действующей программой.

Орла вскарабкалась на ноги, проигнорировав укол боли в щиколотке. С этой точки было видно, что Комака прижали к одной из центральных арок. Вверху висела одна из округлых корзин, настолько густо заплетенная лианами, что металл почти не проглядывал.

Это был один из тех редких случаев, когда бластер оказался бы полезнее меча. Орла сделала себе пометку на будущее: носить бластер, а затем, собравшись с силами, прыгнула еще выше, снова наполовину левитируя, и оказалась на уровне корзины. В верхней точке траектории она взмахнула мечом, перерубив крепление, на котором корзина держалась под потолком. Когда металлическая конструкция накренилась и начала падать, Орла крикнула:

– Эй, сверху!

Она знала: ее другу этого хватит, чтобы понять замысел.

Орла как могла контролировала свое падение, но даже от мягкой посадки ногу снова пронзила боль. Яд продолжал распространяться. «Противоядие, – подумала она. – Как можно скорее. Но не сейчас».

Корзина, вся опутанная лианами, падала рывками: каждый стебель распутывался лишь до определенной степени, и железяка останавливалась, пока собственный вес не принуждал ее двигаться дальше. Она раскачивалась из стороны в сторону, что привлекло внимание 8-T. Орла, прихрамывая, вернулась в гущу боя. Как она и предвидела, Комак разгадал ее план; он начал пятиться назад, пока не убрался с того места, куда должна была упасть корзина. Дренгиры, решив, что враги отступают, переместились как раз в нужную точку. Орла снова придвинулась к Комаку, их мечи в вихрях света парировали удары плетей. При каждом взмахе вокруг разлетались кончики шипов, словно смертоносные отравленные дротики.

Наконец корзина с глухим стуком свалилась на пол. Она сшибла одного дренгира, но это был всего лишь бонус. Дренгиров накрыло лианами и спутало так крепко, будто они угодили в сеть. Конечно, ненадолго: рано или поздно они, безусловно, выберутся. Орла и хотела, чтобы они выбрались – точнее, попытались это сделать.

– Режьте лианы! – заорал вожак. Одна из его шипастых рук разрубила лозу, брызнул фонтанчик сока. Остальные дренгиры последовали его примеру и принялись колошматить лианы во всю мощь.

И вот тогда-то вмешались 8-T.

Они окружили дренгиров. Сперва их было всего несколько, потом десяток, но со всей станции съезжались все новые дроиды, они катились по полу и по стенам, щелкая своими секаторами. Вскоре дренгиры протестующее взвыли: секаторы добрались до своих целей. Было ясно, что дренгиры, освободившись, без труда разделаются с 8-T, но случится это не скоро.

– Отличная идея, – сказал Комак. – Вот наш шанс.

– Не могу не согласиться.

Орла выбросила бой из памяти, заставила напряжение покинуть тело. Она сделала глубокий вдох, оставшись лишь в этом мгновении. Из глубины сознания она воззвала к Силе.

Расширив восприятие еще дальше, она ярче почувствовала стоявшего рядом Комака, который делал то же самое. Его отвага придала ей сил. С удвоенной решимостью Орла очертила контур тьмы, придала ему форму сферы, почувствовала, как Комак повторяет ее усилия. Затем она собрала эту энергию внутри идолов, замкнула кольцо…

На мгновение вся станция озарилась вспышкой ослепительного зеленоватого света. Орла было подумала, что с освещением что-то стряслось или, хуже того, начали взрываться внутренние системы. Затем она сообразила, что вспышка была иллюзией: ее сознание пыталось осмыслить чистую энергию Силы.

В то же мгновение бой между дренгирами и 8-T прекратился. Дренгиры снова растворились в сумраке джунглей. Орла почти что потеряла их из виду. Какую-то секунду дроиды растерянно кружились на месте, а потом вернулись к важным садоводческим делам.

Удержит ли это дренгиров?

– Печать, – немного ошарашенно проговорила Орла. – Она их заперла.

– Надеюсь, навсегда, но как минимум на какое-то время. – Комак уже полностью пришел в себя и снова натянул капюшон, готовясь отправляться. – Это даст нам время, чтобы уйти отсюда и встретиться с Ритом. Надеюсь, Аффи уже закончила с шифровками.

– Если нет, мы скажем Лиоксу и Жеоду, чтобы вызвали ее. – Орла расправила рукава своего безукоризненно белого плаща. – Пошли.

Они поспешили к двери, которая вела к кольцу шлюзов. Почувствовав их приближение, дверь открылась в темный коридор. Посреди коридора стояла какая-то худощавая, сгорбленная фигура. Когда глаза Орлы приспособились к полумраку, она узнала, кто перед ними.

– Боюсь, придется попросить вас остаться, – сказал Хейг, наводя на джедаев бластерную винтовку.