21-летняя Алевтина Дмитриева была очаровательной и амбициозной девушкой, закончившей балетную школу и отчаянно пытавшейся стать примой-балериной, но раз за разом ей не везло с коллективом. Ее недолюбливали в школе, а потом и в казанском театре.

В 1963-м выяснилось, что друг семьи, известный художник, собирается по рабочей надобности переехать в Оренбург и может похлопотать там за девушку. Алевтина согласилась и вскоре отправилась туда вместе с этими друзьями семьи. Художнику выделили квартиру, и тот вплотную занялся работой над предстоящей постановкой. Алевтину взяли на должность балерины, но танцевать практически не давали. Девушка с презрением смотрела на дрязги в здешнем заштатном театре, а труппа с презрением смотрела на нее. Вскоре девушка сцепилась с одной из прим и тут же нажила себе страшного врага в театре. Прима начала устраивать сцены и требовать, чтобы Дмитриеву немедленно уволили.

«Сразу было видно, что между ними пробежала искра, как говорится. Володя и без того застенчивый был, а в ее присутствии и вовсе замолкал и просто смотрел, любовался. Роковая страсть, что тут скажешь»

Все это привело девушку к грани нервного срыва. Ей приходилось на птичьих правах жить с этими друзьями семьи, так как комнату в общежитии давать никто не собирался, в труппе ее ненавидели, танцевать не давали, а прима ежедневно доводила девушку.

Несколько раз худой темноволосый парень, живущий по соседству, пытался успокоить девушку, но та шмыгала носом, благодарила и старалась побыстрее уйти, чтобы никого не отвлекать своими слезами. Парень однажды пригласил девушку в кино, но та только отмахнулась. Ей было не до того, да и милый с виду сосед был женат, да еще и с ребенком. В конце концов, спустя пару месяцев Алевтину уволили из театра с рекомендацией пойти поучиться танцевать получше.

– Слушай, я правда хочу помочь. Поехали в Иваново, у меня там приятель может тебя в Большой театр устроить, – предложил девушке Владимир, которому правда очень хотелось хоть как-то обратить на себя внимание балерины.

– А тебе зачем туда ехать? – не поняла девушка.

– По заданию. Я агент КГБ… – ответил Владимир.

Сегодня такой разговор звучит диковато, но для тех времен история про агента на задании выглядела намного правдоподобнее. Во время чемпионата мира по футболу в 2018-м все парни, желавшие с кем-то познакомиться, упорно изображали максимально иностранный акцент, в 2000-х – представлялись продюсерами, а в 1960-х – агентами КГБ. Кто-то из девушек верил в такие легенды, но чаще – просто делали вид. Как говорится, если вы хотите понравиться человеку, просто не мешайте ему врать. Алевтине было все равно, агент Ионесян или нет, женат – или под прикрытием, главное, что он мог помочь ей с карьерой, а сцена для нее была на первом месте.

Девушка подозревала, что парень признается в том, что он никакой не агент уже в поезде, но Владимир просто не знал, как сказать правду. Ведь, если он признается, она уйдет, а он этого совершенно точно не смог бы пережить. Владимир – тонкий, истеричный человек из актерской среды умел повышать градус драмы, как никто.