В течение следующих четырех лет Бернис практиковала различные ступени йоги, первой из них была поза йоги, назначение которой в распрямлении спины и придании такой твердости телу во время сидения в медитации, что медитирующий не чувствует его. Потому что дхьяна[55] – медитация – согласно учению йоги представляет собой отрешение. А когда спина пряма, скрученный кундалини[56] (треугольник в основании позвоночника) просыпается и поднимается по сушумне[57], вверх по позвоночнику к семи чакрам, или центрам, сознания и заканчивает свой путь в сахасраре[58] высшей из них, иначе называющейся тысячелепестковый лотос мозга. Когда человек достигает этого высшего состояния сознания, то, по учению йоги, человек приходит к самадхи, или суперсознанию. Но вне зависимости от того, достигает ли сила кундалини того или иного человека этой последней точки, его восприятие обостряется и возвышается до той степени, до которой смогло подняться.

Бернис изучала пранаяму[59] – учение об управлении жизненно важными силами тела; пратьяхару[60] – или практику, посредством которой мысли направляются внутрь; дхарану, или умение сосредотачиваться, дхьяну – медитацию. Она нередко сравнивала свои записи с записями других учеников, посещавших занятия вместе с нею, а это были англичанин и один молодой и очень умный индус и две индуски. Она изучала хатху, раджу, карму, джняна- и бхакти-йогу. Она узнала, что брахман, или реальность, есть божественная сущность. Ее никогда нельзя определить или выразить. В Упанишадах говорится, что брахман есть сущее, знание и благодать, но это не свойства. Нельзя сказать, что брахман существует. Брахман есть существование. Брахман не может быть мудрым или счастливым, брахман есть абсолютное знание, абсолютная радость.

«Бесконечное нельзя разделить на части, бесконечное не может содержаться в конечном.

Вся эта вселенная проникнута мной в моей вечной форме, которую невозможно обнаружить чувствами восприятия. Хотя меня нет в каждом существе, все существа существуют во мне. Я не говорю, что они существуют во мне физически. Это моя божественная тайна. Ты должна пытаться понять ее природу. Мое существование обеспечивает жизнь всех существ и их рождение, но физически не соприкасается с ними.

Но если человек почитает меня, размышляет обо мне своим сосредоточенным на мне разумом, посвящает мне каждый миг своей жизни, то я обеспечу все его потребности и защищу то, чем он владеет, от потери. Даже те, кто почитают других существ и с верой в своих сердцах приносят им жертвы, на самом деле почитают меня, хотя их подход и ошибочен. Потому что я единственный приобретатель радости и единственный бог всех жертв. Тем не менее такие люди должны быть возвращены к жизни на земле, потому что они не признают меня в истинной моей природе.

Те, кто приносит жертвы другим божествам, и пойдут к тем самым божествам. Почитатели предков отправятся к предкам. Те, кто почитает стихии и духов, отправятся к ним. Точно так же, как те, которые чтут меня, придут ко мне».

Как сказал ей в один из дней гуру: «Тот самый воздух, которым мы дышим, каждым своим колебанием скажет нам: „То ты еси!“[61] И вся вселенная с ее мириадами солнц и лун всем, что может говорить, в один голос вскрикнет: „То ты еси!“».

Это напомнило Бернис прекрасное стихотворение Эмили Бронте, которое давно стало одним из самых ее любимых:

Последние строки

В другой раз гуру спросил:

«Где здесь тот, кто не есть ты? Ты – душа вселенной. Если человек появляется у твоей двери, подойди к нему и увидь себя. Потому все есть каждый. Идея отдельного существования есть галлюцинация. Ты ненавидишь. Ты любишь. Ты боишься. Все это галлюцинации, невежество и заблуждение».

«Каждая мысль и слово, которые ослабляют тебя, – единственное зло, существующее в мире».

«Если солнца гаснут, если луны разрушаются в прах, если система за системой превращается в ничто, тебя это не касается. Стой, как скала, ты неуничтожим».

О бессмертии: «Частичка энергии, которая несколько месяцев назад была на солнце, теперь может находиться в человеческом существе.

Нет ничего нового. Один и тот же ряд проявлений по-разному представляет себя, как вращающееся колесо. Все движение в этой вселенной есть форма последовательных взлетов и падений. Система за системой возникает из более мелких форм, они развиваются, увеличиваются в размерах, снова уничтожаются, так сказать, и возвращаются в первопричину. И так со всей жизнью. Каждое проявление жизни возникает, а потом снова возвращается к своему началу. Что возвращается? Форма. В одном смысле даже тело бессмертно. В одном смысле тела и формы вечны. Каким образом? Предположим, мы берем несколько игральных костей и бросаем их. Предположим, кости выпадают вверх такими числами: 5–6–3–4. Мы снова берем кости и бросаем их. Непременно наступит момент, когда снова выпадет та же последовательность цифр, та же комбинация.

И вот атомы, из которых состоит вселенная, подобны игральным костям, которые кидают снова и снова. Но непременно наступит время, когда точно та же комбинация выпадет опять, когда ты будешь здесь и эта форма будет здесь, этот предмет будет обсуждаться, и, например, этот кувшин будет здесь. Это случалось бессчетное число раз и будет еще повторено бессчетное число раз.

Мы никогда не рождаемся и никогда не умираем. Каждый атом – живое существо, ведущее свою собственную независимую жизнь. Эти атомы соединяются в группы с некоей целью, и группы демонстрируют групповой интеллект, пока остаются группой, эти группы, в свою очередь, соединяются и образуют тела более сложной природы, эти тела служат проводниками более высоких форм сознания. Когда наступает смерть физического тела, клетки разделяются, разбредаются, наступает то, что мы называем разложением. Сила, которая удерживала клетки вместе, перестает действовать, и клетки обретают свободу двигаться куда угодно и образовывать новые комбинации. Смерть – всего лишь одно из проявлений жизни, а разрушение одной материальной формы есть не что иное, как прелюдия к созданию новой».

И об инволюции[63] он сказал:

«Семя становится растением, песчинка никогда не станет растением. Отец становится ребенком. Комок глины ребенком никогда не станет. Вопрос в том, что становится причиной этой инволюции. Что было семенем? Это происходит так же, как с деревом. Все возможности будущего взрослого содержатся в ребенке. Все возможности любой жизни – в зародыше. И что же это такое? Мы обнаруживаем таким образом, что каждой эволюции предшествует инволюция. Ничто не может эволюционировать, если оно перед этим не инволюционировало. И здесь опять нам на помощь приходит наука. Математическое рассуждение говорит нам, что сумма всей энергии во вселенной всегда неизменна. Ты не можешь уменьшить ее ни на атом вещества, ни на один футо-фунт силы. Эволюция как таковая не происходит из нуля. Тогда из чего же она происходит? Она произошла ранее из инволюции. Ребенок есть инволюция взрослого человека, а взрослый человек есть эволюция ребенка; семя есть инволюция дерева, а дерево – эволюция семени. В зародыше скрыты все возможности жизни. Теперь этот вопрос становится немного яснее. Добавь к ней первую идею продолжения жизни. От самой низкой протоплазмы до самого идеального человеческого существа всего одна жизнь. Конструкция уже заложена в семени до эволюции формы».

Однажды Бернис спросила:

– А что вы скажете о милосердии?

На это гуру ответил:

– Когда ты помогаешь бедным, не гордись своими благодеяниями ни капли. Будь благодарна представившейся тебе возможности давать. Это твоя вера, но никак не причина для гордости. Разве ты не есть вся вселенная? Будь благодарна, что бедняк оказался рядом с тобой, чтобы, одарив его, ты могла помочь себе. Благословен не берущий, а дающий.

А еще она спросила о красоте. Столько людей почитают красоту во всех ее формах, фактически они стали рабами красоты.

На это гуру ответил:

– Даже у самых низких форм влечения есть зародыш Божественной Любви. Одно из имен Бога на санскрите – хари, а это значит, что Он притягивает к себе все сущее. Он же есть единственное влечение, стоящее человеческих сердец. Кто может привлечь душу? Только Он. Когда ты видишь, как человека влечет красивое лицо, ты ведь не думаешь, что на самом деле человека влечет ряд точно расставленных материальных молекул? Нет, конечно! За этими материальными частицами должны быть и есть божественное влияние и божественная любовь. Невежественный человек не знает этого, но все же сознательно или бессознательно его влечет лицо, и только лицо. Так что даже самые низкие формы влечения черпают силу от Самого Бога. Ни одна женщина, о, возлюбленная, не любила мужа из любви к мужу. Жена любит своего мужа из любви к Атману, к Богу, который есть в ее муже. Бог есть великий магнит, а мы подобны металлической стружке; Он постоянно притягивает нас к себе, и все мы хотим прикоснуться к Нему, к лицу брахмана, отраженному во всех формах и видах. Мы считаем, что поклоняемся красоте, на самом же деле мы поклоняемся лицу брахмана, сияющему сквозь нее. Реальность за видимостью.

И еще раз:

– Раджа-йог знает, что вся природа существует для того, чтобы душа приобретала опыт, а следствием всего того опыта, что приобретет душа, является осознание ее вечного отделения от природы. Человеческая душа должна понять и осознать, что она на протяжении вечности была духом, а не материей и что это соединение души с материей может иметь и имеет место только на время. Раджа-йог выучивает уроки самоотречения через самое безжалостное из всех самоотречений, потому как он должен понять с самого начала, что вся казавшаяся такой надежной природа есть иллюзия. Он должен понять, что все проявления силы в природе принадлежат душе, а не природе. Он должен с самого начала знать, что все знание и весь опыт находятся в душе, а не в природе, а потому он должен немедленно и одной только силой рационального убеждения оторвать себя от связей с природой.

Но из всех самоотречений самым естественным является таковое в бхакти-йоге. В нем нет никакого насилия, ничего отрывать, так сказать, от себя не нужно, ничего такого, от чего мы должны были бы насильственно отрывать себя. Самоотречение бхакти легкое, ровное, текучее и такое же естественное, как вещи вокруг нас. Человек любит город, в котором живет, потом он начинает любить свою страну, и сила любви к маленькому городу слабеет ровно, естественно. И опять же человек научается любить весь мир, и тогда его любовь к стране, его ревностный, фанатический патриотизм проходит, не причиняя ему никакого вреда и без всяких проявлений насилия. Бескультурный человек очень любит чувственные наслаждения, но, становясь культурным, он начинает любить интеллектуальные наслаждения, теряя интерес к чувственным.

Самоотречения, необходимого для достижения бхакти, невозможно достигнуть, убив что-нибудь, оно приходит естественным образом, точно так же, как в более ярких лучах блекнут более слабые, а потом исчезают вовсе. Так и эта любовь к чувственным наслаждениям и наслаждениям интеллектуальным блекнет, а потом вовсе исчезает в свете любви к Самому Богу. Любовь к Богу растет и принимает форму, которую называют пара-бхакти, или наивысшая преданность. Формы исчезают, ритуалы уносятся, книги отвергаются, изображения, церкви, религии и секты, страны и национальности, все эти ничтожные ограничения и узы спадают сами по себе с того, кто познал эту любовь к Богу. Не остается ничего, что связывало бы его или ограничивало его свободу. Корабль вдруг проходит близ огромной скалы, и все металлические болты и заклепки извлекаются из своих гнезд силой притяжения, доски остаются каждая сама по себе и плавают на поверхности воды. Таким же образом божественная благодать ослабляет болты и заклепки души, освобождая ее. И в этом самоотречении, сопутствующем преданности, нет ни жестокости, ни борьбы, ни подавления, ни угнетения. Бхакти не нужно подавлять какие-либо эмоции, этот йог только усиливает их и направляет на Бога.

Убери этот кажущийся мир иллюзий, и, увидев во всем Бога, сможешь обрести настоящее счастье. Имей, что хочешь, но обожествляй все, что имеешь. Не владей ничем. Люби Бога во всем. Действуя таким образом, ты найдешь путь, который соответствует христианской догме «Ищите же прежде Царства Божия»[64].

Бог живет в сердце каждого существа. Он вращает их всех на колесе своей майя[65]. Находи утешение в Нем одном. Его благодатью обретешь ты высшую степень умиротворения и то состояние, которое недоступно никаким переменам.

В конце временнóго цикла, или кальпы, вселенная уничтожается, она переходит в фазу потенциальности – состояние семени – и в таком виде ждет следующего творения. Фаза выражения Шри Кришной называется «день брахмы», а фаза потенциальности – «ночь брахмы». Подверженные этим циклам существа, обитающие в мире, постоянно рождаются заново и восстанавливаются с каждым последующим космическим днем, с каждой последующей ночью. Это уничтожение не должно, однако, считаться «возвращением к Богу». Существо всего лишь возвращается во власть брахмана, которая его породила, и остается там, никак не проявляя себя, пока не придет время нового проявления.

Индуизм принимает многие инкарнации Бога, включая Кришну, Будду и Иисуса, и предвидит, что будет еще и много других.

А потом в один из дней гуру произнес слова – это были его последние слова, обращенные к Бернис. Потому что, как было известно ему, настало ее время и она вскоре должна была покинуть его.

– И вот я научил тебя той мудрости, которая есть тайна тайн, – сказал он. – Тщательно обдумай ее. А потом действуй так, как ты решила. Потому что брахман учит: тот, кто свободен от заблуждений и знает меня как верховную реальность, знает все, что можно познать. А потому он чтит меня всем своим сердцем.

Это самая священная из всех истин, которым я научил тебя. Тот, кто познал ее, становится воистину мудрецом. Он выполнил свое назначение в жизни.