О нет, не для меня тот Бог,

Что знает наперёд

Про тех, кого он породил,

Какой удел их ждёт.

Он создал их, но счёл за грех

Живой восторг творца,

И пламенем изгнал их всех

Есть хлеб в поту лица.

Потом, раскаяньем томим,

Бог породил того,

Который смертью на кресте

Загладил грех его.

Плоть Бога в хлебе мы едим,

Кровь Бога пьём в вине —

Мне идол этот чужд, а Бог

Иной потребен мне.

В том, как шумит бескрайний лес,

Как ждёт семян земля,

Как благодатный дождь с небес

Ложится на поля,

Как атомы бурлят внутри

Безжизненной плиты,

И в том, как сок кипит в лозе,

Являешь волю ты.

Пески, под музыку волны

Поюшие вдали,

И дюны совершенных форм,

Что ветры намели,

Блеск солнца и мерцанье звёзд,

Что будут век пленять, —

Ты то, мой Бог, что никогда

Я не смогу понять.

Не знаю, после смерти жизнь

Мне будет ли дана,

Но, тварь твоя, всё, что даёшь,

Я взять спешу сполна.

Тобой живу, тобой дышу

В ничтожестве и дрожи;

Мне Дух твой видим, но не ты,

Непостижимый Боже!