Теперь из людей конунга Тидрека вышел вперёд Фасольд Сильный, а против выступил пятый сын конунга Исунга. Этот поединок проходил с величайшей отвагой и неистовством, поскольку оба были очень сильны, и долгое время нельзя было понять, кто одержит верх. Они немедля стали наносить друг другу множество ударов и теснили друг друга, но никто не отступал, и каждый из них получил две весьма большие раны.

Тогда сын конунга нанёс такой сильный удар по шлему Фасольда, что тот тут же упал без сознания. Теперь он, встав над ним, молвил:

— Почему столь великий и учтивый храбрец, как ты, падает от одного удара? Вставай и защищайся, если желаешь.

Тут поднялся Фасольд резво и храбро, и теперь они бились с величайшим упорством и очень долго, ни один из них не жалел своего меча, и это сражение было весьма ожесточённым. Сыну конунга пришло на ум, что будет великим позором, «если я буду продолжать здесь весь день биться против одного человека, тогда как считал, что я один одержу победу над этими тринадцатью, если потребуется».

И вот ударил сын конунга в великом гневе так мощно, что Фасольд упал во второй раз, и расстался с ним не ранее, чем тот был связан, как и другие его товарищи. И на этом самом поле уже стояли воткнутыми пять копий, и к каждому был привязан человек конунга Тидрека. А бертангаманны радовались и думали, что хорошо идут дела у их людей.