Почему-то Маруся представляла себе частного детектива этаким красавчиком, молодым и энергичным. У парня много толковых помощников, и он абсолютно все знает…

Дверь открылась, и на пороге появился… негр. Черный как сажа парень высоченного роста. Маруся даже рот открыла, но негр Сеня не обратил на это никакого внимания, видимо, он уже привык к такой реакции.

– Да, я чернокожий. Родился в Москве, перед Олимпиадой. Зовут меня Семён, Сеня. И я не требую называть меня афроамериканцем, потому что я русский! – рассмеялся Семен.

Марусе снова пришлось рассказать свою историю, но на этот раз ей помогал Руслан.

– В полицию идти бесполезно, – сразу же ответил Семен. – Они даже не поедут на это кладбище, потому что нет достоверных данных, что ваш знакомый поехал именно туда. Это всего лишь ваше предположение. По большому счету он мог пойти куда угодно. Нет, полиция примет заявление через пару дней и вряд ли чем-то поможет. Искать свидетелей во «Вкусно – и точка» тоже гиблое дело. Там же вечная толкотня и голодная толпа. Разве кто-нибудь кого-нибудь запомнит? Да и сами сотрудники за целый день видят перед собой сотни лиц. Нет, «Вкусно – и точка» – это не реально.

– Это точно… – засмеялся Руслан, но осекся, поймав строгий взгляд Маруси. – Вот и Марусю из «Вкусно – и точка» похитили, и никто и не заметил, – добавил Руслан.

– Похитители профессиональные попались, – огрызнулась она.

– И что теперь будем делать? – спросил Руслан.

– Сначала отправимся на кладбище, осмотримся, – сказал Сеня, блеснув белоснежной улыбкой.

– И твоя кошка-мумия, чучело облезлое, тоже пригодится, – отметил Руслан, глядя на Марусю.

– Разыграем сценку. Сможешь? – Сеня внимательно посмотрел на Марусю.

– Почему я? Я не актриса. – Маруся чихнула.

– Будь здорова! – Руслан вздрогнул от неожиданности.

– Хотя тебе и прикидываться не надо. Глаза и так красные и слезятся, скажем, что ты грустишь по своей любимице, – предложил Семен.

– Хороший слезоточивый газ у отца Руслана, – ответила Маруся.

Маруся понимала, что она, несмотря на свой не столь уж молодой возраст и отсутствие склонности к авантюрам, попала в какую-то странную историю. Первым делом ей надо было переодеться. Она теперь должна была выглядеть обеспеченной женщиной.

Юбка из золотистой натуральной кожи прямого классического покроя до середины колена, кружевная стильная блузка с бантом сбоку, светлые колготки и туфли на шпильках – такой она предстала перед мужчинами. На шею и на пальцы она нацепила все золото, что отыскалось в шкатулке.

Волосы она попыталась выпрямить как в салоне красоты и сделала себе, как ей казалось, профессиональный макияж. Маруся не часто ходила такой красоткой, но в данный момент сама себе понравилась. Ей было приятно, что Руслан впервые увидит ее в нормальном прикиде. И он действительно среагировал сразу же – сначала очень долго смотрел на нее, буквально открыв рот. Потом почему-то долго не закрывал дверцу машины и таращился на ее ноги. Потом сел за руль и опять искоса поглядывал на нее.

На заднем сиденье разместился Семен в белоснежном костюме и белом плаще и выглядел весьма экстравагантно. При виде Маруси он тоже одобрительно присвистнул.

– Слушай, друг, может, я за руль сяду? Ты смотришь только на Марусю, а не на дорогу, – сказал Семен Руслану, когда машина тронулась. – Так мы не доедем.

– Да? – вздрогнул Руслан.

– Смотри на дорогу, говорю! С такой женщиной, конечно, в ресторан надо ехать или в театр, а не на кладбище.

– Я просто Марусю ещё такой не видел.

– Шикарная женщина, все путем. Как будем действовать? – наклонился к ней Сеня.

– Сориентируемся на месте, – ответила Маруся.

Сердце у нее колотилось так сильно, что готово было выпрыгнуть из груди. Она заметила, какое впечатление произвела на Руслана. Ей это льстило, очень льстило. Она была просто счастлива.

– Не люблю кладбища! – вздохнула Маруся, поглаживая свою новую сумочку, в которой опять лежало уже немного поистрепавшееся за время ее приключений чучело.

– А кто же их любит? – хмыкнул Семен и закинул ногу на ногу, благо салон автомобиля позволял.

Широкие брюки обнажили его черную лодыжку и дорогие ботинки. От сыщика пахло модным парфюмом, и разговаривал он очень громко. В отличие от Сени, Руслан, казалось, язык проглотил. Он был в черном костюме и черной рубашке, что безумно ему шло и подчеркивало бледность лица. Периодически он бросал на Марусю странные взгляды, от которых у нее по спине пробегал приятный холодок.

– Язык проглотил? – спросил Семен, постучав по спине своего приятеля.

– Я? – вздрогнул Руслан.

– Ага! Как ее увидел, так и задумался!

– А чего мне задумываться? Маруся по документам моя жена, и я считаю, что мне здорово повезло.

Семен на минуту онемел.

– Ты не шутишь? Ребята, так вы женаты? Маруся, он бредит?

– Это правда, – подтвердила она.

– Ого! Ну, ты даешь! Еще говоришь, что я тебе друг! А меня на свадьбу не пригласил!

– Да не было свадьбы, расписались по-тихому, – ответил Руслан, не вдаваясь в подробности.

Маруся тоже не стала рассказывать о том, какими узами Гименея они связаны. Вряд ли этим можно было гордиться.

– Семен, – сказала она, – вы же частный детектив?

– Да! Я такой! И у меня огромный опыт работы, я профессионал. – Сеня самодовольно блеснул белыми зубами.

– А еще ты очень скромный, – поняла Маруся. – Так вот, у меня такой вопрос: мне казалось, что частный детектив в силу своей профессии должен быть человеком незаметным. А ты? Ну, тебя же издалека видно, прямо скажу!

Семен рассмеялся:

– Я понял. Но это взгляд дилетанта Я для всех просто негр. А мне это на руку. А еще ночью удобно вести наблюдение, только вот смеяться нежелательно. Зубы блестят! – отшутился он.

Руслан посмотрел на него в зеркальце заднего вида.

– Он издевается над тобой. У Семена кандидатская степень, он владеет частным сыскным агентством, в подчинении у него куча сотрудников – агентов и детективов. Он мой личный друг, поэтому он с нами.

– Да, это так! – подтвердил Семен. – Кроме того, именно поэтому так ярко и вызывающе я сегодня выгляжу. Имидж у нас сегодня такой – богатые и тупые. Вот! Чем больше мы будем отвлекать внимание на себя, тем лучше. Эх, ребята, не знаю, когда вы успели познакомиться и даже пожениться, но вы явно друг другу подходите! Просто Руслана не узнаю, серьезное лицо стало в кои-то веки! Прямо благодать сошла на него. Я думал, что череда тупых красоток у него никогда не закончится.

– Да вот на мне красотки и закончились, – засмеялась Маруся.

На бледной щеке Руслана появилась ямочка – он улыбнулся.

– Я, честно говоря, впервые занят таким глупым делом, – сказал он.

– Глупое, не глупое… Но ведь Никита сегодня не явился ни домой, ни на работу! – напомнила Маруся. – А в полиции заявление пока не принимают.

В машине воцарилась тишина, которую нарушил Руслан:

– Да, это странно. Главное – найти парня! Ради этого и затеяли эту историю. А кладбища бояться не будем. Все-таки там не люди, а животные похоронены.

– Если не брать во внимание, что женщина, похоронившая там свою любимицу, нашла в кошачьей могиле человеческий палец, – произнес Семен, чем опять навеял на них мрачные мысли.

Впереди появился кладбищенский указатель, и они поняли, что уже на месте. Кованый забор окружал высокие деревья, под которыми нашли свой последний приют мурзики и бобики, обожаемые своими хозяевами. Ворота приветливо распахнулись.

– Упс! – не смог не прокомментировать Семен, облизывая губы. – Прямо как в сказке! Словно ждали! Видеокамеры, все по последней моде.

Машина тронулась по широкой аллее. По бокам находились могилки, заваленные засохшими цветами с остатками бумажных венков, памятники разнообразного достоинства, оградки всевозможных видов и даже кресты. Всё это было небольшого размера, поэтому создавалось впечатление, что они попали на игрушечное кладбище.

– Что делается, уму непостижимо! Да, только богатые могут позволить себе такую хрень, извините, роскошь, – продолжал радоваться словоохотливый Семен.

Аллея петляла, гравий шуршал под колесами, Руслан почти совсем сбросил скорость. Мимо изумленной Маруси проплыл памятник в виде огромной собачьей будки, из которой выглядывала гранитная овчарка. Маруся содрогнулась.

– О господи! Бывает же такое!

– Вот и ты войди в образ, сделай вид, что на все готова ради своей кошки, – подсказал ей Сеня, – а Руслан должен продемонстрировать, что готов облегчить свою кредитную карточку.

– Всегда готов, исполню любой каприз, – ответил тот, сворачивая на парковку.

Они вышли из машины и осмотрелись. Неподалеку находился двухэтажный домик с пластиковыми окнами и яркой черепичной крышей.

– Офис? – предположил Руслан и направился к дому.

Маруся с Семеном пошли следом, изображая траурную группу, не хватало только траурного марша и черной вуали на голове у Маруси. На пороге их уже ждала улыбающаяся девушка в белой блузке.

– Здравствуйте, уважаемые. Чем мы заслужили ваше внимание?

– Хотелось бы дорогое нам животное достойно похоронить, – ответил Руслан, печально склонив голову.

Девушка бросила взгляд на молчаливых спутников заказчика, чуть задержала взгляд на Семене, и ее улыбка стала еще шире и приветливее.

– Конечно! Конечно! Будем рады! Я могу представить вам нашего старшего менеджера. Нет! Пожалуй, вашим горем займется наш директор, Илья Григорьевич Ядвигов.

– Вот! Директор – это то, что нам точно нужно. В смысле, он точно сможет нам помочь, – согласился Руслан и помахал перед девушкой купюрой достоинством в пять тысяч рублей.

– Ой, что вы! – притворно воскликнула она, блеснув глазками.

– Это вам за беспокойство. И ещё, дорогая… – он остановил взгляд на бейджике, красовавшемся на ее высокой груди, – Инга…

– Я вся внимание.

– Моя супруга, – указал Руслан рукой на Марусю, – очень опечалена кончиной нашего всеобщего любимца Барсика!

– Я так хорошо ее понимаю. – Инга прикусила нижнюю губку белыми острыми зубками и с некоторым разочарованием посмотрела на ладную фигуру Маруси.

Казалось, что даже ее большая грудь поникла от разочарования, что Руслан пришел с женой.

– Поэтому, Инга, можно побыстрее как-то нас оформить, чтобы ее и дальше не травмировать? – попросил Руслан.

– Конечно!

Инга куда-то понеслась. Застучали ее высокие каблуки, мелькнула очень короткая юбочка, что недопустимо на любом кладбище, даже пусть и зверином. Инга была полновата, но это нисколько ее не портило.

– Сейчас она все устроит. – Руслан посмотрел на своих спутников.

– Сексуальная девка, – совершенно не к месту произнес Семен.

А вот Маруся была настроена не столь оптимистично.

– Вы только не забудьте, зачем мы здесь. А ты, Руслан, всегда так деньгами соришь? Просто сеятелем работаешь или только при виде таких вот сексапильных дамочек позволяешь себе? Да еще в присутствии законной жены, – не удержалась она.

– Марусенька, не ревнуй! Неужели ты думаешь, что я купился на ее кладбищенские прелести? Я показал, что мы платежеспособные, и теперь нам тут везде будет красная ковровая дорожка. Сейчас явится пред нами директор, и мы сможем задать ему любые вопросы, – объяснил Руслан свое поведение.

– Как ты заглядывал ей в вырез, я видела, муженёк. Только, боюсь, нам теперь уходить надо, – сказала Маруся, но ответить на вопрос «почему?» она не успела. Вернулась Инга и привела крупного мужчину с объемистым животом и рыхлым лицом, большеносым и губастым. Дядька приветливо распахнул руки для объятий, словно знал их много лет.

– Здравствуйте! Я Илья Григорьевич, директор этого места упокоения! Прошу ко мне в кабинет, все спокойно обсудим. А Инга принесет нам кофе и чай. И много-много сладостей!

Они поднялись в директорский кабинет, располагающийся на втором этаже. Обстановка радовала глаз. Розовые стены, мебель с яркой велюровой обивкой, кресла в виде сердец, а диван в виде красных женских губ. Стол у директора был почему-то прозрачный, а на стенах теснились бесчисленные фотографии разнообразных представителей животного мира. Кошки, собаки, коровы, лошади, волнистые попугайчики и прочая живность таращилась на Марусю, приводя ее в недоумение.

Директор кладбища перехватил ее взгляд.

– Это чудо – наши клиенты! Но они всегда с нами, в наших умах, в наших душах, в нашей памяти. И я сделаю все, чтобы смягчить ваше горе! Любой каприз клиента – закон для нас!

Пришедшие утонули в мягком диване, а Илья Григорьевич принял позу очень внимательного слушателя.

– Рассказывайте, друзья мои. Что у вас? Кто покинул наш бренный мир?

– Кот Барсик! – тут же откликнулся Руслан, буквально сорвав у Маруси с языка первую фразу.

– Котик Барсик, – как эхо повторил Илья Григорьевич. – Расскажите о покойном.

«Как же в душу заползает, просто отец родной!» – мелькнула мысль у Маруси, и она не успела сказать ничего вслух, потому что Руслан снова выдал:

– А чего рассказывать? Он вечно с нами. Наше сокровище! Наше солнышко!

– Покажите мне его! Я буду только рад! Я безумно люблю животных и охраняю их покои! – оживился директор.

– Нет! Он у нас дома! – тут же вскрикнула Маруся, испугавшись, что директор не поймет, зачем закапывать чучело.

– Да? Жалко, я хотел бы видеть вашего любимца, чтобы вдохновиться и предложить вам самое лучшее, что мы имеем, – печально вздохнул Илья Григорьевич.

– Как ты забыла? Он же у тебя в сумке! – воскликнул Сеня.

– Нет! – разозлилась Маруся.

– Да точно в сумке! Ты просто от переживаний ничего не помнишь! – уверял ее Семен.

Мало того, он взял с колен у Маруси сумку, достал чучело кошки и положил на стол перед директором.

К чести сказать, директор остался совершенно спокойным. Ни один мускул не дрогнул у него на лице при виде подобной гадости.

Маруся поняла, что драться с ним за это чучело не будет, только и оставалось уповать на его невнимательность.

– Вот он, покойный, – умиленно сложил директор пухлые руки. – Вы сделали сначала чучело, чтобы он все время был с вами? А затем все-таки решили предать тело земле?

– Вот именно! Предать земле! Это именно то, чего мы хотим, – заверил его Руслан.

– Всё будет на высшем уровне. Предпочитаете кремацию или захоронение? – Илья Григорьевич стал доставать какие-то толстые пыльные бархатные альбомы с траурной каймой.

– Захоронение, – пискнула Маруся.

– А может, кремация? – предположил Семен.

– Нет, в землю! – уперлась Маруся.

– Чей котик? – уточнил директор кладбища.

– Мой! – ответила Маруся.

– Ой, дорогие мои. Так это же… – вдруг прервал их спор Илья Григорьевич и взял чучело в руки. – Так это же кошка, девочка. Чего же вы мне про кота говорите, про Барсика? А?

Маруся прожгла тяжелым взглядом растерявшегося Руслана. Загляделся на прелести этой кладбищенской стервочки Инги и ляпнул первое, что пришло на ум, – Барсик! Видимо, почувствовал себя удачливым мартовским котом, увидевшим сметану.

– Упс! – хлопнул в ладоши Семён, и можно было подумать, что он сейчас же добавит: «Антракт! Занавес! Спектакль окончен! Сматываемся, господа!»

– Как это понимать? – спросил Илья Григорьевич.

И тут Маруся встала, стукнув кулачком по стеклянному столу.

– Что вы хотите знать? Почему кот стал кошкой? А для меня нет ничего необычного. Знаете ли, кто перед вами? Руслан Тамерланович Терехов – крупный предприниматель! Он клялся и божился в великой любви! А что я получила взамен? Он пропадает на работе с утра до ночи, порой не находя слов даже для утреннего приветствия. Уходит на работу, когда я еще сплю, а приходит, когда уже сплю. Я не вижу его! С утра до вечера Руслан на работе! Да пропади пропадом такая работа и такие деньги, раз я не могу быть с любимым мужем! – Голос у Маруси сорвался, потому что она слишком разнервничалась. Маруся закашлялась и потом еще и заплакала, совершенно неожиданно даже для себя.

– Не волнуйся, дорогая… – Руслан предпринял попытку успокоить жену, но она получилась у него не очень убедительная.

– А я волнуюсь! Я очень волнуюсь! Когда ты приходишь под утро пьяный и от тебя пахнет духами, я схожу с ума. И только деньги, толстые пачки, которые ты оставляешь мне на тумбочке, немного успокаивают меня.

У Семена даже рот открылся от удивления, а Руслан молитвенно сложил руки:

– Дорогая, не кипятись! Все не так, как ты думаешь! Я с тобой.

– Со мной?! – взвилась она. – Я даже не родила, потому что тебя никогда нет дома! Я полгода пыталась достучаться до твоей души, я изнывала от скуки и одиночества, а ты подарил мне котенка! И эта кошечка заболела и умерла через три года. Я все эти три года только и жила этим существом, потому что только она была со мной рядом, все чувствовала, сидела у меня на коленках, ласкалась. Я только ею и жила и постоянно рассказывала тебе о ней. Теперь я понимаю, как ты внимательно слушал меня! Ты даже не запомнил пол животного!

– Я…

– Барсик! Что за имя? Это у твоей любовницы кот Барсик? Ага, покраснел! Давай, колись! Мою кошечку звали Жюли!

Руслан пошел красными пятнами.

– Дорогая, извини, пожалуйста! Я не подумал… то есть… забыл, запутался, заработался. Конечно, Жюли! Откуда я только взял этого Барсика? Какая любовница? О чем ты? Это у меня сработала генетическая память! – выкрутился он.

– Какая еще память?! – зашипела Маруся и, схватив чучело кошки со стола директора, угрожающе стала надвигаться на Руслана.

– Так у меня в детстве был котик Барсик, я его любил. Вот меня где-то и переклинило! Не ругайся! Конечно, я замотался, столько разных дел… Ну, назвал я эту чертову кошку котом! Ну и что?! Какая разница? Кошка – она и есть кошка!

– Друзья, может, не надо ссориться? – подал робкий голос Илья Григорьевич, видя такой накал страстей.

– А мы не ссоримся. Я наконец могу поговорить со своим мужем. Что делать, если я его нечасто вижу.

– Родная моя, успокойся! Я же согласился на любую сумму, чтобы ты захоронила своего кошака! Уймись, мы не дома, – продолжал гнуть свою линию Руслан.

– Ах, так дело в деньгах?! – не на шутку завелась Маруся. – Интересно, а когда я умру, что напишут на памятнике? Спи спокойно, Семен Семенович! Или Юрий Андреевич!

– Да ты что, дорогая?! Одно дело кошка, а совсем другое – ты!

– То есть ты такой возможности в принципе не отрицаешь? Ты даже не поинтересовался, почему я вообще заговорила о смерти? – В голосе Маруси явственно слышались истерические нотки, и тут, совершенно неожиданно в первую очередь для себя, она все-таки залепила чучелом кошки Руслану по лицу.

Тот не ожидал такого и не увернулся от удара. Удар был таким сильным, что Руслан свалился с дивана на пол, стукнувшись головой.

– Да что вы делаете?! Господа, прекратите! – бросился к нему директор кладбища, пытаясь поднять денежного клиента на ноги и с укоризной поглядывая на его истеричную жену.

Маруся стояла над мужем как ангел возмездия и держала за хвост бедную Жюли, видимо ассоциируя ее с пращой.

А к Марусе кинулся Семен, пытаясь выдернуть кошку из ее рук.

Директор кладбища склонился над Русланом.

– Он не шевелится! Господи, он без сознания! – запаниковал Илья Григорьевич, который явно не хотел, чтобы в его кабинете кроме трупа кошки появился труп человека. Теперь ему уже было совершенно все равно, кошечка это или котик.

– Врача! Позовите врача! – завопил Семен. Директор вылетел из кабинета.

Семён тут же заметался по кабинету, трогая полки, низ прозрачного стола, компьютер и поверхности шкафов.

– Что ты делаешь? – спросила Маруся, разом утратившая всю свою воинственность.

– Я цепляю «жучки». Чего непонятного? Воспользовался моментом! Классно вы разыграли! Главное, что он кабинет покинул, – похвалил Семен, довольно потирая руки.

Маруся перевела взгляд на неподвижно лежащего Руслана.

– Что с ним, Сеня? Я убила его? – закрыла она рот ладонью. – Он не шевелится! Ой, мама дорогая…

Семен на мгновение замер, кинулся к Руслану и принялся трясти его.

– Господи! Руслан, если ты слышишь, подай знак! Да что же это такое?! Ужас какой! Не прикидывайся!

Семен вцепился в своего друга, словно клещ, и умолял его открыть глаза.

В кабинет вернулись встревоженный Илья Григорьевич и Инга с подносом, на котором стояли чашки и чайник.

– Ну, как он? – спросил директор.

– Плохо, – ответил Руслан, застонав и открывая глаза. – Ой, ребята, в глазах всё крутится и плывет.

– Мы здесь! Мы с тобой! Слава богу, он пришел в себя! – обрадовался Семен, подхватив друга под мышки и помогая ему встать на ноги. – А вы «скорую» вызвали?

– Не надо никаких «скорых»! Я никуда не поеду, и со мной все в порядке! – сразу же сказал Руслан. – Что со мной было? Мне это привиделось? По-моему, на меня напала дикая кошка! – Он глянул на Марусю.

– Я так рада, что ты жив, дорогой. – Марусю на самом деле трясло от ужаса.

– Вот и славно! Что все живы и здоровы! На этом давайте прекратим все ссоры и разногласия и обсудим захоронение бедного животного! – обрадовался Илья Григорьевич, который еще не получил свой куш и надеялся не упустить выгоду. – Я «скорую» не вызвал, потому что Ингу привел, она в прошлом медсестра. Здесь у клиентов и сердечные приступы случались, и гипертонические кризы, пока они гробик выбирали, и Инга всем помогала!

Инга, колыхнув внушительным бюстом, склонилась над Русланом, пытавшимся встать. На белоснежном костюме Семена красовалось огромное кровавое пятно. Он с удивлением рассматривал свои ладони. На них была кровь.

– Так, не двигайтесь! – первой в себя пришла бывшая медсестра. – Все-таки вы рассекли затылок. Я сейчас лед принесу, – и она упорхнула, быстро-быстро застучав высоченными каблучками.

Руслану помогли сесть в кресло.

– Да в порядке я, в порядке. Голова немного кружится, но уже меньше! – успокаивал всех Руслан, пока директор прикладывал ему к затылку бумажное полотенце. Инга достаточно быстро вернулась со льдом в целлофановом пакете и приложила холод к голове Руслана. Маруся смотрела на ее колышущиеся прелести, и ей даже казалось, что разрез на груди чудеснейшим образом углубился на одну пуговицу.

– Все будет хорошо! У нас полно льда! Ой, чуть не сказала, что на всех хватит! – засмеялась девица. – Мы во льду сохраняем трупики животных, пока хозяева не определились со способом погребения, пока домашние любимцы ожидают своего часа! А чего вы так на меня смотрите? Нет, нет, нет… Лед очень чистый, он не с трупов, он новый, он из холодильника! – успокоила она Руслана.

– Хорошая ты девушка, Инга, но вот лучше бы тебе помолчать, – уронил Илья Григорьевич.

– Да я что? Я ничего. – Она отняла руку со льдом от головы Руслана, но, спохватившись, резким движением вернула лед на место.

Руслан поморщился:

– Я в порядке.

– Жалко рубашку и костюм, они в крови, – сказала Инга. – Одежде уже вряд ли удастся вернуть первоначальный вид.

– А мой костюм, значит, не жалко? – спросил Семен, выглядевший в своем окровавленном белом одеянии словно мясник.

– Да уж! Ваш костюм точно можно отнести на помойку! – Инга по-дурацки захихикала.

– Давайте уже похороним с миром Барсика. – Руслан решил вернуться к теме разговора.

– Опять Барсика?! Вы действительно себя хорошо чувствуете? Бедняжка Жюли! Хотя какая уж разница! Давайте выбирайте цвет гроба, обивки… Кстати, где животное? – оглянулся директор.

Маруся подняла чучело с пола, поглаживая его по головке, но стараясь к себе сильно не прижимать.

– Хорошенькая моя, тоже в крови, тоже пострадала моя радость от своего непутевого хозяина, который умеет выводить меня из себя… – проговорила она.

– Вот каталог гробиков. Вы же хотели захоронить в земле? – засуетился Илья Григорьевич.

Маруся поняла, что каталог огромный и если изучать его подробно, то они могут здесь и заночевать. Конечно, они явились сюда не за тем, чтобы предавать чучело земле, но, посмотрев на кошку в своей руке, Семена в окровавленном костюме и Руслана, прижимающего лед к голове, она решила, что сейчас их группа напоминает театр абсурда.

– Где здесь можно умыться? Сполоснуться? – спросил Семен, перехватив ее взгляд и что-то почувствовав.

– Да, конечно, пойдемте, я вас провожу, – пригласила Инга, приветливо улыбаясь.

– А мне бы уединиться в тишине, чтобы внимательно разглядеть все, что вы предлагаете, – сказала Маруся.

– А вас я могу провести в наш зимний сад. Там посидите, выпьете кофе. Шум фонтана вас не будет смущать?

– Нет, вода успокаивает, – отозвалась Маруся. – Дорогой, ты сам себе лед подержишь?

– Конечно, милая, – улыбнулся Руслан.

– И Жюли я тебе оставлю на сохранение?

– Конечно, я люблю и тебя, и Бар… твою Жюли! Видишь, я уже исправляюсь? – ответил Руслан и поморщился.

Маруся с директором вышли из кабинета, спустились на улицу и завернули за угол. Зимний сад представлял собой застекленную террасу, цветы и деревья в кадках росли здесь особенно буйно, словно им давали анаболики или облучали рентгеновскими лучами.

Маруся давно заметила, что комнатные растения отлично растут именно там, где нет чересчур старательных хозяек. Это офисы, поликлиники, магазины, больницы. Они разрастаются там до невероятных размеров! Видимо, понимают, что здесь с ними никто возиться не будет. Максимум, на что растения могут рассчитывать, так это что хоть пару раз в неделю их не забудут полить простой, не отстоянной водой с едким запахом хлорки. И уж точно никто не будет сюсюкать, внимательно рассматривать ствол и проверять каждый листочек на наличие желтизны. Поэтому или живи, или сдохни… И горшочек некрасивый, уж какой есть, цепляйся корнями за жизнь и расти! Именно среди таких растений Маруся и села в плетеное кресло. Директор кладбища домашних животных нагрузил ее двумя толстыми каталогами для выбора гробов и обивки и откланялся.

– Я оставлю вас?

– Конечно. Я хочу выбрать самое лучшее для своего чуда, а здесь просто прелестно.

– А я вернусь к раненому в свой кабинет, а то, не ровен час, еще потеряет сознание, – сказал Илья Григорьевич.

– Да, конечно! Присмотрите за ним! – отозвалась Маруся, оставаясь в гордом одиночестве и погружаясь в рассматривание каталогов, словно это было для нее много важнее, чем состояние здоровья чуть не убитого ею же мужа.

Дождавшись, когда стихнут шаги директора, Маруся встала, выглянула в коридор и решила осмотреть помещение подвала, потому что прямо перед ней была лестница, ведущая вниз. Ей всегда казалось, что если что-то и происходило, то именно в подвале, потому что это самое зловещее место любого дома.

Она на цыпочках спустилась по ступенькам в подвал. В подвале было холодно. Каменные серые стены, низкий потолок и почему-то все время мигающие каким-то тусклым светом лампочки, издававшие раздражающий треск, действующий на нервы. Словно это сигнализация и были включены тревожные огни. «Господи, что я делаю? Куда мне идти?!»

Маруся увидела железную дверь и толкнула ее, но та оказалась заперта. Она пошла дальше, завернула за угол, понимая, что чем дальше она уйдет, тем труднее ей будет объяснить своё присутствие в этом подвале, если ее здесь обнаружат.

Она приблизилась к еще одной двери, когда услышала за спиной какие-то звуки. Спина ее похолодела, а в глазах потемнело, и, наверное, разорвалось бы сердце, если бы эта дверь не открылась. Маруся успела юркнуть за спасительную дверь и прислонилась спиной к ней, пытаясь не дышать. Рукой она нащупала выключатель и щелкнула им. Помещение осветилось тусклой лампочкой, еле-еле разогнавшей мрак. Маруся увидела белые кафельные стены и большие холодильные установки, в центре металлический стол на колесиках, на котором обычно или препарируют, или оперируют. Он был застлан белой простыней до самого пола. Маруся нырнула под стол, и вовремя, так как в комнату кто-то вошел. Она увидела женские ноги в туфлях на шпильках и мужские в черных ботинках.

– Странно, свет горит… – произнес мужчина. – Забыли выключить, что ли? Инга, когда мы уже уединимся?

– Я сейчас занята! Там каких-то чудиков принесло, – ответила Инга.

– Каких таких чудиков? – переспросил мужчина, и его ботинки придвинулись к женским туфелькам.

– Да ты бы видел их! Баба – королева безвкусицы. Вся в золотых украшениях, причем в старомодных, в золотой юбке и стоптанных туфлях. С ней два мужика, один – негр в белом костюме! Это умора! Правда, второй парень просто красавец.

– Красивее, чем я? – с придыханием спросил мужчина, и до Маруси донеслись звуки, очень похожие на страстные поцелуи.

Но Инга явно не была расположена целоваться.

– Да ты тоже ничего, ты же знаешь. Но этот очень хорош! Губы, глаза – шик! Абсолютно мой формат, переспать с таким – мечта.

– Инга! Не заводи меня!

– Я так люблю, когда ты ревнуешь! Ты становишься, Игорек, страстным, нетерпеливым. О господи! Что ты делаешь? – засмеялась она.

Ее ноги в туфельках исчезли из поля зрения Маруси, и та поняла, что Игорёк взгромоздил даму на железный столик. На ее лбу мгновенно выступили капли пота. Но Инга не успокаивалась и продолжала рассуждать.

– Ты не представляешь, эта чумовая тетка жена этого красавчика, и еще жалуется, что он мало бывает дома и не уделяет ей внимания! Еще бы! Да она с ума сошла! Чтобы такой породистый жеребец принадлежал ей одной. Радовалась бы, что вообще домой возвращается и не забывает, где живет. Да ещё деньги ей дает на всякие глупости. Принесла хоронить кошку. Я не могу! А этот красавец всё – Барсик, Барсик! Умора! Она ему залепила по балде трупом кошки, он грохнулся и разбил голову. Ой, Игорь, уймись! Что? Прямо сейчас и прямо здесь? Здесь же…

– Да, я хочу тебя здесь и сейчас! Ты раззадорила меня этим красавцем! Докажу, что я не хуже.

– Я ему оказывала первую медицинскую помощь! Гладила его шелковистые тёмные волосы и прикладывала лед к затылку. Я ощущала его дорогой парфюм…

– Вот так вот?! Вот так вот?! – запыхтел мужчина.

А дальше пошли такие звуки, что Маруся сжалась в комочек и замерла ни жива ни мертва. Мало того, столик-то был на колесиках, и при определенных поступательных движениях стал отъезжать в сторону, оставляя Марусю без прикрытия, словно черепаху без панциря.

Маруся представила себе картину, которая развернулась бы перед глазами человека, который сейчас может случайно войти в эту комнату. Мало того что он сконфузил бы людей на этой каталке, так еще бы сразу заметил притаившуюся Марусю. Он подумал бы, что она маньячка! Вот бы человек удивился!

Маруся отползала и отползала вслед за движением столика на колесиках, стараясь двигаться бесшумно, хотя любовники сами издавали такие звуки, что вряд ли ее услышали бы. Марусю бросило в жар. И тут в помещение кто-то вошел, словно прочитав Марусины мысли.

– Вы чего творите?! – рявкнул мужчина, и Маруся сразу узнала голос директора кладбища. – Инга, твою мать! Нашла время! Игорь! Опять?!

– Извини, босс, возбудились, – ответил Игорь, задыхаясь.

«Ничего себе возбудились, – подумала Маруся, которую спасла только сползшая со стола простыня. Она чуть отодвинула ее, чтобы наблюдать за происходящим. – Ведут себя как животные. Не зря с ними имеют дело!»

– У нас проблема! А ты, Игорь, – начальник службы безопасности. И вместо того, чтобы быть, так сказать, на посту, ты тут кувыркаешься с Ингой! – продолжал кричать Илья Григорьевич.

Наверху стола продолжалась возня, по всей видимости, парочка натягивала на себя одежду.

– А что случилось-то? – Голос у Игоря был злой, он запыхался и явно был недоволен, что его оторвали от такого важного дела, которое он явно не закончил.

– Ты должен смотреть в камеры наблюдения. В моем кабинете негр установил «жучки»! Это подстава!

– Ничего себе… – присвистнула Инга, застегивая пуговки.

– Серьезно? – Игорь застегнул молнию на брюках. – И какие указания?

– Я уже вырубил одного, того, что с пробитой головой. Может, даже убил. Я ему сказал, что лед поменяю, а ударил по тому же месту кубком. Он даже не вскрикнул, а просто упал, его связали, в себя так и не пришел. А вот с негром пришлось повозиться, но ребята его уже скрутили, пока ты тут прохлаждался. Эх, не будь ты моим другом, давно бы вылетел с работы. И тебя бы, и эту шалаву…

– Не сердись, Илюша! У меня и для тебя любви хватит! – засмеялась Инга, засовывая ноги в туфли.

– С тебя станется, шлюшка, – чуть подобрел голос директора.

– Сначала со мной закончишь, – напомнил ей начальник охраны.

– Не ссорьтесь, мальчики, всем достанется, – засмеялась Инга. – А вот красавчика зря убили, уж больно хорош. Или сначала сделали бы подарок своей девочке, то есть мне, я же ублажаю вас много лет. Я бы с ним порезвилась, а уж потом бы грохнули! А кстати, где его женушка?

– Так вот в том-то и дело! Ребята, не до любви сейчас! Я отвел эту тетку в зимний сад, выбирать гробики. Хотя знал уже, что они разыгрывают спектакль, но надо было их разъединить, чтобы взять по отдельности. Я оставил ее одну совсем ненадолго, а когда вернулся – ее уже не было! Альбомы лежат, а кулёмы нет.

– Как так? И что? – спросила Инга.

– Так ребята ищут по всему дому! И вам советую присоединиться, – грозно приказал Илья Григорьевич.

– А этих куда? Ну, кого взяли уже, – спросил Игорь.

– Труп принесем сюда, а негра помучаем. На куски порежем, пока не скажет, зачем они здесь и что им надо. Но сейчас главное тетку изловить. Она точно еще здесь, из дома не выходила. Так что вперед! Каждый уголок и каждый шкаф просмотреть!

Дверь снова открылась, и Маруся, которая и так была почти в обмороке от ужаса, закрыла рот руками, чтобы не закричать. Двое мужчин волокли тело Руслана, а на полу оставался кровавый след. Лица не было видно, потому что голова безвольно свисала и лицо было закрыто волосами, влажными от крови.

– Куда его? – грубо спросил один из мужиков. – Тяжелый, гад.

– Куда всегда! В ящик со льдом! – скомандовал директор.

Мужики проволокли Руслана ещё несколько метров, и звякнула крышка.

– Ох, похоже, еще живой, – предупредил один из парней.

– Так там и помрёт окончательно, чего уж. Минус сто восемьдесят, небось не протухнет. Ему повезло, умрет не больно, а вот из двух оставшихся сначала душу вытрясем, а уж потом отправим на тот свет. Конец у ребят будет один всё равно. И, если что, Игорь, – тревога по схеме номер пять. Все собрано, нас здесь не будет через тридцать минут.

– Ну что же, идем искать тетку, а вы негра тащите в подвал и выбивайте из него все, что он знает. Смотрите, не перестарайтесь! Чтобы не умер до того, как мы что-то узнаем! – дал последние распоряжения директор.

Хлопнула дверь, помещение опустело. А она все продолжала сидеть под столом, словно не веря, что это происходило наяву. А ведь ждать дальше было нечего. Её могли найти, Семена уже начали резать на кусочки, и единственным человеком, который хоть что-то мог изменить в этой ситуации, была она сама. Но Марусе было безумно страшно, просто отнимались ноги и холодели руки. Но остаться здесь навсегда было страшнее, чем на улице, она на четвереньках вылезла из-под стола и осмотрелась. «Куда они дели Руслана? В какой ящик?»

Маруся отследила путь Руслана по кровавому следу, ведущему к большому белому ящику, похожему на лежащий на боку холодильник. Он был закрыт на трудно открывающийся рычаг.

Маруся приложила максимум сил, чтобы откинуть крышку, чуть не задохнулась сразу от вырвавшегося из холодильника морозного воздуха, такого густого, обжигающего белого тумана. Она не знала, сколько там градусов, да и знать не хотела. Холод обжигал. Маруся засунула внутрь руки и наткнулась на сухой лед, температуру которого она тоже не могла почувствовать, потому что было слишком холодно. Она нащупала что-то, похожее на одежду, и потянула на себя, кусая губы и стараясь не думать о том, что у нее ничего не получится.

– Господи, Руслан! Руслан, открой глаза! Руслан, ты жив?! Помоги мне! Ты такой тяжелый! Какой же ты холодный! Не бросай меня! Надо спасаться!

Собрав все силы, Маруся рванула на себя тело, и Руслан вывалился из холодильника. Маруся еле успела отскочить в сторону. Пары холодного воздуха рассеялись, и Маруся закричала. На нее смотрели замерзшие глаза с характерным стеклянным блеском и сине-белое лицо Никиты Рыжова. Не надо было иметь не то чтобы медицинское, но и вообще образование, чтобы понять, что перед ней труп, ледяной, замороженный, а не живой человек! Ни убавить, ни прибавить.

Марусе перестало хватать воздуха, в глазах у нее потемнело, к горлу подступила тошнота. Она только успела отвернуться, и ее вырвало, именно это и не дало потерять ей сознание. Маруся поползла в сторону в каком-то бессознательном состоянии, поэтому, когда до нее дотронулись чьи-то руки, она решила, что это конец, и от ужаса прилипла к полу.

– Маруся, жив я.

Она обернулась и увидела Руслана. Лицо у него было в крови, а волосы и длинные темные ресницы в инее. Похоже, что он сам выбрался из своего плена.

– Руслан! Жив! – кинулась к нему на шею Маруся, чуть не сбив с ног.

– Маруся, я ничего не понимаю. Удар по голове, боль, и потом темнота и жуткий холод. От него я и очнулся… Холодильник… – Он пытался сосредоточиться.

– Руслан, не время все объяснять! Это настоящая банда! Я думала, что тебя убили. Я открыла холодильник и вытащила из него Никиту. Они все-таки убили его, я была права! Он без меня поехал сюда, на кладбище. Мы нашли его, но опоздали! Он мертв!

Руслан, держась за стенку, обернулся и посмотрел на труп Никиты.

– Это тот парень, которого ты искала? Точно? – уточнил он.

– Именно! Бедный Никита! Нам надо уходить. Они ищут меня! Нас всех убьют!

– Где Семён? – спросил Руслан.

– Его схватили и пытают, – всхлипнула Маруся.

– Где?!

– Я не знаю. Они сказали, что в подвале! Я так боюсь! Руслан, мы не уйдем отсюда живыми! – Маруся колотилась в истерике.

– Надо спасти Сеню.

– Их много! Что мы можем? Нам самим отсюда не выбраться. Надо вызвать полицию! Я услышала, что всех нас все равно убьют! Я не знаю, что здесь происходит, но ты видишь, что они сделали с Никитой! Им терять-то на самом деле нечего. Руслан, мне страшно! – Она снова вцепилась в него. – Какой ты холодный… Я чувствовала, что ты жив, я не верила, что тебя убили, я не хотела в это верить.

– Успокойся, все хорошо! – обнял ее Руслан. – Маруся, ты должна мне помочь.

– Что? Что я должна сделать? – Маруся смотрела на него с готовностью преданной собачки.

– Там, откуда я вылез, есть дверь, ведущая в соседнюю комнату, где находится что-то типа шкафа-витрины с какими-то лекарствами. Найди мне бинт и нашатырь.

– Сейчас! – Маруся метнулась в соседнее помещение, размазывая по щекам тушь и слезы.

Там находился такой же холодильник, его крышку Маруся тут же захлопнула, чтобы не шёл из него ледяной дым. И тоже стояли стол и стеклянные стеллажи с лекарствами. Была кушетка. Маруся зажгла свет. Войти и выйти можно было только через помещение, в котором находились сейчас Руслан и мертвый Никита. Вернулась она быстро, неся в подоле юбки все, что посчитала нужным взять.

– Вот, – высыпала свою ношу перед Русланом Маруся и с опаской покосилась на дверь.

– Я закрыл, – сказал Руслан, – но если у них есть ключ, они войдут.

Сам он сидел на полу, прислонившись спиной к стене, и тяжело дышал.

– Где Никита? – пролепетала Маруся, оглядываясь.

– Я положил его обратно. Не стоит этому парню валяться на полу. Мы обязательно выйдем отсюда, сообщим в полицию, и негодяи ответят за убийство. Парня похороним по-человечески. – Руслан посмотрел на то, что ему принесла Маруся, и вдруг взглянул на нее. – Слушай, мне страшно…

– Руслан… – не поняла она.

– Я боюсь, что как мужчина подведу тебя, не выведу отсюда. Мне очень плохо, меня шатает и трясет. Нет, я не слабый малый и постоять за себя могу, и не только за себя, просто мне совсем плохо. Я подвести боюсь вас с Сеней.

– Руслан, не думай об этом. Ты сильно замерз. Здесь есть медицинский спирт, я разотру тебя.

Маруся что сказала, то и сделала. Она стянула с него рубашку и, вылив на него спирт из баночки, принялась энергично растирать его торс. Даже в такой ситуации она не могла на секунду не подумать о том, какое у него красивое тело и как ей приятно до него дотрагиваться.

– Вот так, вот… Я разотру… Я сделаю все, что от меня зависит!

Она увидела, как с головы по шее течет тонкой струйкой кровь, словно она только что разморозилась.

– Я бинты не нашла, есть только эластичный. Не знаю, можно ли его использовать?

– Завяжи чем угодно, просто не сильно, он же стягивает, но голова не шея, немного можно и подсобрать мысли-то, – пожал плечами Руслан, и Маруся обмотала ему голову.

– Помоги подняться, – попросил Руслан и, опираясь на нее, встал на ноги. – Поднимись на первый этаж, вылезай через окно и беги куда глаза глядят. Спасайся! Приведешь помощь!

– А ты? – растерялась Маруся.

– А я найду Семена, я без него не уйду, это исключено.

– Глупо! Ты сейчас не в состоянии противостоять никому! Мы вместе приведем помощь и спасем его. Мы должны уйти вместе. Иначе и ты глупо погибнешь, – постаралась убедить Руслана Маруся.

– Я никогда друзей в беде не бросаю. И не надо тратить время на нелепые споры, – ответил Руслан.

Именно в этот момент дернулась ручка двери и грубый мужской голос чертыхнулся.

– Черт! Дверь захлопнулась, что ли? Эй, у тебя есть ключи? Кинь мне!

Что-то звякнуло. Маруся оцепенела, но Руслан схватил ее за руки и уволок в соседнее помещение, шепнув на ухо:

– Раздевайся и ложись на кушетку.

Сам он встал за дверь, тяжело дыша.

Охранник по имени Дмитрий схватил на лету брошенную ему связку ключей и открыл дверь. Он вошел, захлопнул за собой дверь и сразу же увидел воду на полу, кровавые разводы и разбросанные лекарства.

– Это что такое? Откуда? – Он достал из внутреннего кармана пистолет и заглянул в соседнее помещение. Его взгляд тут же остановился на Марусе, сидящей на кушетке и раздетой по пояс. Она стыдливо прикрывала грудь. – Ого! – остановился парень, и его рука с пистолетом пошла вниз. – Ничего себе… Красивая какая… Не ожидал! Чего тут тоскуешь в одиночестве? Тебя все ищут, а ты тут… Ну что ж, птичка, раз я тебя нашел первым, покажи мне грудь, и я подумаю, что могу сделать для тебя. Ну, киска, давай! – двинулся к обнаженному женскому телу охранник, позабыв обо всем на свете.

Руку с пистолетом ему через секунду заломили назад и с характерным хрустом сломали. От дикой боли Дима потерялся во времени и пространстве, и Руслан добил его сзади двумя мощными ударами. Охранник обмяк и упал на пол. Маруся забыла, что обнажена, и снова руками прикрыла рот. Руслан опустился на колени, держась за голову.

– Что? – кинулась к нему Маруся.

– Ничего, кружится сильно, сейчас пройдёт. Ты оденься, пожалуйста, – обратился он к ней, – выглядишь очень беззащитно, нельзя их провоцировать, пока мне это не надо.

– Извини. – Маруся отвернулась и засуетилась, закопалась в своей одежде.

Руки ее тряслись, и она сразу поняла, что ей сейчас не справиться ни с кружевом, ни с застежкой. Поэтому Маруся кое-как оделась и засунула бюстгальтер в карман. Руслан уже поднялся на ноги, и они вдвоем запихнули обездвиженного бандита в холодильник, лед в котором был залит кровью Руслана, и задвинули засов.

– Пусть охладится паренек, – хитро посмотрел на нее Руслан.

– Ты еще шутить можешь? – удивилась она.

Прежде чем убрать тело охранника, он забрал у него пистолет. По тому, как он его проверил и перезарядил, Марусе стало ясно, что с оружием ее новоиспеченный муж обращаться умеет. Она же подобрала выпавшие из кармана бандита наручники.

– Сейчас не до эротических игр, – отметил Руслан.

– А мне как-то легче дышать стало, когда у нас появилось оружие, – ответила Маруся. – Честное слово.

– А я настаиваю, чтобы ты убиралась через окно, а я тут сам разберусь.

– Нет, я одна никуда не пойду! – сразу же заявила Маруся.

– Димон, ты здесь? Зачем закрылся? – неожиданно прервал их перепалку мужской голос.

Постучали в дверь, и Маруся снова чуть не подпрыгнула на месте.

– Может, всех поймаем на твои прелести? – предложил Руслан, взвел спуск и открыл дверь.

Маруся даже испугаться не успела. А ввалившийся парень не успел ничего сделать, закричать или достать оружие. Он сразу же наткнулся на дуло пистолета.

– Молчать! Крикнешь – пристрелю! Быстро зашел и повернулся мордой к стенке, – скомандовал Руслан, и парень подчинился.

Руслан долго ждать не стал, а сразу резко и сильно огрел его сзади по шее рукояткой пистолета, Маруся такое видела только в кино. Парень рухнул, даже не вскрикнув.

– Этого куда? – услужливо спросила Маруся, готовая на все ради любимого мужчины.

– Отдай мне свой лифчик, я видел, что ты его в карман положила, – сказал Руслан.

Маруся отдала ему свой кружевной аксессуар, и Руслан крепко связал бандиту руки за спиной.

– Все. Готово! Надеюсь, что выдержит.

– Что ты ещё видел? – внезапно спросила его Маруся.

– Что надо, то и видел, – усмехнулся он.

– И как?

– Маруся, не дразни меня! Сейчас, солнце мое, совсем не время! – Руслан выглянул в коридор и махнул ей рукой. – Следуй за мной.

– Прямо Джеймс Бонд.

– Я Сеню не брошу. Нам главное найти его. Да и дверь за собой на ключ закрой, чтобы этот красавец не выполз.

Они двинулись по коридору.

– Руслан, сколько у нас патронов? – спросила Маруся.

И тут тишину подвала взорвал резкий нечеловеческий крик.

Маруся остановилась, чувствуя, как у нее на голове зашевелились волосы, а Руслан, наоборот, побежал вперед.

– Это Сеня! – крикнул он.

– Что? Кто? – Она поспешила следом.

Когда Маруся заглянула из-за широкой спины Руслана в открытую комнату, то содрогнулась. На стуле сидел Семен. По всей видимости, он был сильно избит, но Семену повезло, что он родился негром и на нем синяки были не так видны. Но зато вот костюм он надел, не догадываясь, что его будут избивать, пиджак и брюки уже были не белые, а серо-красные. Над ним навис директор кладбища, бил его начальник охраны, а Инга стояла рядом и смеялась.

– Руки вверх! Не двигаться! Пристрелю! – крикнул Руслан. – Все отошли к стене! – Было видно, что он нервничает и теряет самообладание, рука, сжимавшая пистолет, заметно подрагивала.

– Опа! – в недоумении посмотрел на него Игорь. – Голубчики. Нарисовались. Вы это откуда?

– Руслан, ребята, – простонал Семен, и из его рта потекла кровь. – Ох, лихо мне, ох, лихо. Звери, сволочи… убивают.

– Держись, друг! Мы тебя спасем, мы тебя вытащим отсюда! – пообещал Руслан.

Но в этот раз у него прошло все не так гладко. Двое мужчин сделали вид, что пошли к стене, но в последний момент начальник охраны, видимо, вспомнил, что он отвечает за безопасность, да еще и не захотев опозориться перед дамой сердца, кинулся на Руслана. Директор тоже решил, что вдвоем им удастся справиться с Русланом, и тоже изменил траекторию и бросился на него.

Руслан успел выстрелить один раз и сразу попал Илье Григорьевичу в живот. Тот рухнул на пол, изрыгая нецензурные проклятия. А вот с Игорем Руслан был вынужден схватиться врукопашную. Маруся хотела хоть чем-то ему помочь, но не могла придумать, как подступиться. Но пока она размышляла, ее сбила с ног Инга и, повалив на спину, принялась душить, впившись ногтями в ее тонкую шею. Лицо грудастой красотки покраснело и скривилось от ненависти.

– Задушу, сучка! Врешь, не возьмешь! Убью, гадина! Что удумали? Вы на кого подняли руку?

У Маруси потемнело в глазах. Она поняла, что задыхается. Из последних сил подняла руку с наручниками, зажатыми в кулак, и ударила Ингу в лицо наотмашь. Удар получился очень сильным, потому что Марусе очень хотелось жить.

От безжалостного удара Инга мгновенно ослабила хватку, вскрикнула, отлетела в сторону, словно кегля, и затихла. Маруся, кашляя, поднялась с пола и посмотрела на Руслана – она была готова помочь ему. Но тот уже справился сам, он превратил Игоря в отбивную котлету. Шатаясь, поднялся на ноги и оттолкнул начальника охраны ногой, бросив напоследок уничтожающий взгляд.

– Подонок… Маруся, ты как?

– В норме.

– О, я пропустил женскую драку? Жаль. Похоже, моя амазонка сильно попортила личико этой шалаве? Ну, ничего, в тех местах, где она скоро окажется, ей красивая внешность не пригодится. Валенки-то валять всё равно с каким носом, – покосился он на Марусину соперницу.

Руслан, несмотря на то что находился явно не в лучшей форме, помог Марусе встать и подошел к Сене. У того руки были связаны за спиной, да еще и вывернуты за спинку стула. Руслан опустился на колени и принялся распутывать веревку, обращаясь к Марусе:

– Найди у кого-нибудь в кармане мой телефон. Вызови «скорую», полицию, то есть всех… И еще наберешь телефончик один. Дядька мой знакомый, записан как «ПП».

– ПП? – переспросила Маруся, поднимая телефон, вылетевший у кого-то из кармана. Он был какой-то склизкий и мокрый, явно в крови, поэтому держать его в руках было очень неприятно.

Вообще крови здесь было больше чем достаточно.

– ПП – это Петр Петров или полковник полиции, расшифровывай как хочешь, все будет правдой! И еще он мой друг, у меня много хороших и нужных друзей. Звони, Маруся, он нам поможет.

– А сейчас я твой друг, помоги мне, Руслан, я тоже еще пригожусь, – закряхтел Семен. – Они мне зубы выбили.

– Ничего, новые вставим, – пообещал Руслан.

– Таких белых, как у негров, в ваших стоматологических клиниках нет в наличии, – еще пытался шутить Сеня.

– Ничего, галстук коричневый наденешь, и на его фоне зубы будут белыми казаться, – в его же манере ответил Руслан.

А Маруся уже не слушала их, ей надо было сделать много звонков, и еще она боялась, что кто-нибудь ворвется в подвал, а у Руслана уже точно не хватит сил одолеть еще одного противника.