Усиление религиозного влияния Рима на Киев нужно отнести к концу XI века, времени окончательного раздела церквей. До этого особых различий между обрядами Киева и Запада не ощущается, это видно на примере венчания Анны Ярославны. Нигде не зафиксирован переход ее в католичество, что было обязательно, если бы существовали различия в конфессиях. Об этом свидетельствует и тон писем к ней Папы Николая II в 1058 году, так что те схоластические тонкости, приведшие христианскую церковь к расколу, детально не были известны широким слоям населения, включая правящую верхушку. Новое серьезное обострение борьбы между церковными деятелями в первой половине ХI века было вызвано активным реформистским движением за обновление Западной церкви, возглавленное монахом Гильдебрандтом, ставшим Папой Григорием VII. И только вступление в 1049 году на папский престол представителя реформисткой партии Льва IХ ознаменовало неотвратимость окончательного раскола.

Нужно отметить, что католические костелы в нашем городе появились после утверждения раздела Вселенской церкви на Западную и Восточную. Историки католической церкви сообщают, что при великом князе киевском Владимире Рюриковиче в 1233 году был основан доминиканский монастырь во имя Св. Марии. Он находился в предместьях Подола, ближе к Оболони. Основателем его был св. Яцек (Одровонж). Современник (Окольский) пишет, якобы грамота на открытие монастыря Св. Яцека, написанная золотыми буквами, какое-то время хранилась в Чернигове. Но подлинных грамот, безусловно, не сохранилось, поэтому даже в привилегиях, данных этому монастырю, возобновленному после монгольского нашествия уже под именем доминиканского Николаевского, говорилось о его преемственности.

Святой Яцек (Одровонж) спасает статую Богородицы

Грамота 1649 года дана Яном-Казимиром монастырю в подтверждение прав и привилегий, жалованных оному. Ее с пергаментного подлинника списал выдающийся ученый митрополит Киевский Евгений (Болховитинов). Он вместе с Иринеем Фальковским собирал сведения о католическом влиянии на наш край. По легенде, св. Яцек оставил в монастыре приором брата Година и отправился на восток обращать половцев. Все предыдущие документы погибли в 1240 году вместе с разорением монастыря, когда два старших брата Альберт и Доминик были пленены, а большинство монахов (существует цифра 90) умерщвлены. Только настоятель св. Яцек смог унести с собой статую Пресвятой Богородицы, которую еще долго показывали в Львове. В противовес этим данным Ян Длугош говорит, что тот же князь Владимир Рюрикович в 1233 году сам выгнал Мартина Сандомирского, приора этого монастыря со всей братией, из-за их активной деятельности по склонению жителей в католичество. Тогда же Папа учредил в Галиче архиепископию, на которую высвятил монаха-доминиканца Бернарда. Его вскоре убили монголы. Это выглядит как-то странно, почему ханы, всегда опасавшиеся трогать чужие вероисповедания, так жестоко отнеслись к католикам? Не навет ли это православных иерархов, боявшихся конкуренции? Кто знает… Короли охотно потом подтверждали различным монашеским орденам и монастырям их права на землю и проповедование в Украине, ссылаясь на св. Владимира. В этих грамотах они называли Крестителя Руси «дражайшим своим отцом (Pater noster carissimus»), уверяя всех, что он был покровителем доминиканцев. Но это явная фальсификация, хотя не исключено, что кто-то из князей Владимиров и дал эти привилегии. Скорее всего, это был Владимир Ольгердович. Более достоверно, что с 1321 года великий князь литовский Гедимин, овладевший Киевским княжеством, платившим дань Золотой Орде, восстановил там «римо-латинскую» веру.

Первым епископом считают доминиканского монаха Генриха, умершего где-то в 1350-м, ненадолго прибывшего в Киев из Авиньона, где находилась папская резиденция. В грамоте, списанной митрополитом Евгением, читаем: «В лето 1433-е в Киеве первый костел римский создан и первый бискуп поставлен был». Это время правления Свидригайло, когда появился постоянный епископ и первый в Киеве парафиальный костел. Уже с того времени следы католического пребывания сохранились в названиях: Бискупщина(местность за «каналом»), теперь ул. Нижний Вал до Щекавицы, которую в 1604 году повелением короля Сигизмунда III взял в свое владение представитель Рима – бискуп. Там им был построен кафедральный костел и дворец. И Приорка упоминается с 1654 года, когда эти земли освоил доминиканский монастырь и его настоятель – приор, основал тут поселение. Косвенным свидетельством служат и Совки, которые впервые упоминаются как «Сувки» – владение доминиканского монастыря, проданные в 1612 году шляхтичу Ярошу Покаловичу. Костелов в Киево-Подоле было несколько. Боплан: «Латиняне имеют… четыре храма», но это не значит, что они преобладали над православными церквями. Согласно ревизии 1543 года в «Литовском замке», стоявшем на горе Киселевка, было три православные церкви и лишь одна католическая каплица. А воевода Адам Кисель был православным, как и большинство населения Киева. Были случаи, когда католические епископы, пользуясь отдаленностью от папского престола, вели свою независимую политику. Так Николай Пац, занимая киевскую кафедру с 1562-го по 1580 год, заскучал и… стал склоняться к лютеранству.

О киевском бискупе и сенаторе Иосифе Верещинском вспоминают мало. Впервые этот выдающийся деятель попытался разработать концепцию развития Украины в составе Польского государства с собственными независимыми источниками финансирования. Об этом красноречиво говорят его произведения «Как основать рыцарскую школу на Украине» (1594) и о развитии Киева как исторического и политического центра украинского края «Способ ограждения нового Киева и обороны бывшей столицы Киевского княжества» (1595). Непосредственным создателем Бискупщины как поселения стал в 1599–1618 годах преемник Верещинского епископ Христофор Казимирский. В отличие от предшественника, который хотел разместить Бискупщину на нагорной части, чтобы иметь перспективы для дальнейшего развития, Казимирский расположил свою резиденцию в низине. Окруженная холмами, Бискупщина не имела шансов на расширение и дальнейшее развитие как обособленного района города.

Вообще план Верещинского с XVIII века был успешно выполнен российским правительством, правда, с некоторыми изменениями. В пределах Бискупщины находился дворец епископа и рынок на месте нынешней Житнеторжской площади и части прилегающих улиц. От мещанской части Подола Бискупщину отделяли канава и валы. Центральная улица называлась Бискупской и проходила приблизительно вдоль первых номеров современной улицы Ярославской. Сообщение с Подолом происходило через ров, который со стороны местечка охраняла отдельная башня, к ней и вела Бискупская улица. С магистратской стороны въезд на Киево-Подол защищала Малая Мещанская башня. Кафедральный костел, который начали строить на Бискупщине при Казимирском, завершили в 1633 году при его преемнике Богуславе Бокше-Радошевском. Позднее к Бискупщине был присоединен участок земли на север до самой Иорданской, или Кирилловской Оболони, а также земли вплоть до подножья горы Кудрявец и урочищ Гончары, Кожемяки. Источники свидетельствуют, что бискупы, кроме многих привилегий, имели исключительное право продажи в границах своей юрисдикции водки и мёда. Память об этом долго сохранялась на фасаде одного шинка на Житнем базаре. Вместо традиционной нумерации питейное заведение имело на вывеске название «Бискупский». Разгромленный казаками в 1649 году епископский городок прекратил свое существование.

Михаил Максимович в альманахе «Киевлянин» за 1841 год пишет, что под горой Уздыхальницей находилась иезуитская школа, где, как и в Киевской Академии, обучение происходило, как и было принято в те времена, на латыни. Нужно отметить, что отцы-иезуиты особенно отличались на поприще просвещения. Богдан Хмельницкий и еще добрая сотня православных иерархов и военных – гетманов и полковников – получили образование в их школах. Впервые об открытии в Киеве иезуитского коллегиума говорилось еще 1608 году, когда воевода Станислав Жолкевский вел переговоры об организации специальной иезуитской миссии. Но иезуиты прибыли лишь через 30 лет. С присущей им хитростью в 1633 году иезуиты распустили слух, что в Академии учащихся обращают в «латинство». Будущий митрополит Киевский Сильвестр Косов в то время был преподавателем языков в Академии и написал целый трактат, из которого хочу привести цитату: «Какие перуны, какие громы разразились над нами!… То было такое время, что мы приготовясь к смерти исповедью, с часу на час ожидали, как князья станут начинять нами днепровских осетров, или одного огнем, другого мечом отправят на тот свет…».

В 1640 году Стефан Аксак стал инициатором строительства Николаевского костела, и, по преданию, для строительства его был разобран Вышгородский Борисоглебский храм 1075 года. Костел был готической архитектуры, трехапсидный, с вытянутым гранчатым алтарем. У него был очень характерный западный фасад с глубокими круглыми окнами. Тот же учредитель построил рядом каменные строения конвента (монастыря). Построили многочисленные вспомогательные строения, колодец, и для обилия воды устроили специальный водопровод с Замковой горы. Монастырь находился там, где сегодня казармы Национальной гвардии. Сохранились просторные подвальные помещения, которые я запомнил, когда сорок лет тому проходил армейскую службу. Нас туда загоняли во время учебных тревог. Они имеют характерные своды и находятся как раз под улицей. Дежурная, глупая шутка горе-экскурсоводов про подземный ход из мужского в женский монастырь тут имеет место быть – это было вызвано необходимостью обороны.

Во время строительства служба проходила в небольшом деревянном костеле, который впоследствии переправили на левый берег Днепра. Этот монастырь стал оплотом одного из воинствующих орденов – доминиканского. Монах Доминик(1170–1221), после смерти канонизированный Римом, получил исключительные полномочия в борьбе ересью и создал в 1215 году специальный орден, утвержденный Папой Гонорием III. Доминиканцы гордились своей угодливостью и верностью папскому престолу и, используя созвучие слов, называли себя «псами Господними» (Domini canes). Из недр этого ордена вышло много руководителей католической церкви и даже несколько пап. Через доминиканцев Рим держал под неослабевающим контролем самые отдаленные страны, включая Монголию и Китай. Орден, занимающийся миссионерством, считался нищенствующим, однако борьба за прибыль и подношения была поставлена там на широкую ногу. В 1645 году воевода Януш Тышкевич приобрел и передал иезуитам местность «между бернардинцами и Днепром». Тогда из Кракова прибыло двое отцов – Станислав Сметка и Николай Циховский. Их с большим уважением приняли братья-доминиканцы. Иезуиты, восхитившись таким приемом, пользовались доминиканским костелом Св. Николая для исповедания, особенно во время Святого Поста. Стоящие на то время постоем три роты огрубевших в постоянных боях воинов решились раскрыть свои души, каясь в своих грехах и злодеяниях. «Кто отошел от ереси, кто от схизмы, то есть православия», – сообщили они в Рим.

Строительство для них Николаевского монастыря было закончено в 1646 году, и тогда генерал-викарий доминиканцев Иероним Грабов-Гроховский открыл здесь свой капитул, забрав значительную часть Подола. Здесь расчетливые отцы понастроили домики и сдавали их внаем мещанам. Возле церкви рождества Христова была у них и типография. В Кожемяках, используя запасы глины и обилие воды, был построен кирпичный завод. Но этого не хватало, поэтому большую часть доходов получали с Житнего рынка. Доминиканцы собирали мыто и «померное» с привозимого в город зерна. С большого судна они брали по копе грошей литовских, со среднего – полкопы, а с лодки – четверть. Это были очень большие деньги. Магистрат старался уменьшить алчность «святых отцов», но не тут-то было. Польский король всегда был на защите католического меньшинства. Суд был на их стороне, от них страдали православные, армяне и даже иудеи, которых в Киево-Подол не пускали, ну разве с «торговой надобностью». Большие доходы шли на монастырь от продажи алкоголя, особенно со знаменитого «Бенедиктина». Доминиканцы имели на Подоле четыре кабака, прибыль с которых шла лично приору. Киевляне пожаловались, и в 1560-м у «слуг господних» были отобраны шинки. Но Сигизмунд Август, издавший указ, приказал киевским воеводам вносить ежегодно компенсацию по 8 коп грошей в пользу доминиканцев. Следующий король, Стефан Баторий, вернул монастырю право приготовления алкогольных напитков.

Эту веселую, опьяняющую песнь доминиканцев прекратил Богдан Хмельницкий, люто ненавидевший все, что было связано с Римом, хотя проходил обучение у иезуитов.