Москва давно планировала подчинить себе Великий Новгород. Еще в 1456 году Василий II Темный разгромил новгородское ополчение, заставив жителей присягнуть, что Новгород будет ему послушен и не будет принимать никого из враждебных ему князей. Стремясь противостоять Москве, новгородцы пытались найти союзников в Литве, но литовские князья сами стремились захватить Новгород. В результате горожане пришли к убеждению, что они не в силах самостоятельно сохранить свою независимость и необходимо искать союз с кем-то из соседей. Одна партия (преимущественно простонародье) стояла за союз с Москвой, вторая (бояре) – за соглашение с Литвой. В 1471 году бояре во главе с семьей Борецких заключили союз с литовским князем и королем Польши Казимиром IV, который обещал защищать Новгород от Москвы, дать своего наместника в обмен на соблюдение новгородских вольностей и старинных обычаев.

Узнав об этом, великий князь Иван III расценил данный союз как измену вере и потребовал от новгородцев «отстать» от Литвы и короля-католика. После отказа князь стал готовиться к походу на Новгород: он собрал большой совет, чтобы решить, начать ли войну немедленно или подождать зимы, когда замерзнут реки, озера и болота. Решили воевать немедля. Как «Дмитрий Донской вооружился на безбожного Мамая», так, по словам летописца, «благоверный великий князь Иван III пошел на отступников от православия к латинству». Один московский отряд разбил новгородцев на южных берегах озера Ильмень, а решающее поражение было нанесено в новой битве на Шелони. Посадник Борецкий попал в плен и был казнен. Литва на помощь не пришла, и новгородцам пришлось просить пощады. Отказавшись от всяких сношений с Литвой, они были вынуждены заплатить огромный выкуп в 15 с половиной тысяч рублей. Но внутренние смуты в городе продолжались, и Ивану III пришлось в 1475 году лично явиться в Новгород для суда над остававшимися среди бояр сторонниками Литвы и Польши. А еще через два года он совершил военный поход, в результате которого Новгородская республика перестала существовать: вечевой колокол был вывезен в Москву. Туда же отправили семью бояр Борецких во главе с вдовой посадника Марфой. Когда же в конце 1479 года новгородская знать еще раз попробовала восстать, над нею была учинена крутая расправа: многие бояре были казнены, остальные переселены на восток, в московские земли. Прежняя знать перестала существовать, а с нею исчезла и память о новгородской вольности.

Но битва на Шелони не привела к немедленному присоединению Новгорода к Московскому государству. Это случилось лишь семь лет спустя. Однако именно эта битва надломила волю той части новгородцев, которая не хотела подчиниться диктату Ивана III. Несколько уроков «московского боя», преподанных Холмским, жестокая расправа над пленными – их ослепление – убедили самых рьяных новгородцев в бесполезности вооруженного сопротивления. Потери новгородцев в сражении на реке Шелонь, по сведениям летописей, были ужасающие. Полегло 12 тысяч пеших и конных ратников. Пленено московитами 2 тысячи. Неудача сломила желание к сопротивлению Новгородской республики. Вече умоляло Ивана III о пощаде и каялось в своей ошибке – вступлении в войну. Епископ Феофан, в качестве представителя Новгорода, заключил с Иваном III в устье Шелони соглашение о подчинении Москве. После дипломатических переговоров московиты вернулись в пределы своих областей, так и не разорив Великого Новгорода.

В то время, когда будущий Иван III был маленьким мальчиком, в далекой Флоренции произошел Собор, где под давлением обстоятельств и решений византийского императора православный мир попытался воссоединится с католиками. Попытка провалилась, но она стала и как формальным, так и неформальным основанием для Москвы заявить о своей автокефалии от Константинополя. Таким образом, Москва выпала из православного мира и поэтому не должна была никак поминаться в храмах. А остальной мир для Москвы окрасился во флорентийские цвета и испоганился.

В Кремле постепенно начинает зреть имперская мысль о своем государстве – как особом и единственном в своем роде защитнике православия в окружающем «дьявольском и исказившемся мире». Потом эта идея оформится в знаменитую формулу «Москва – третий Рим». Эта ситуация поставила вопрос перед новгородским владыкой: с кем он? С православием вселенским или с его последним защитником? И по ряду причин как идеологического, так и экономико-политического характера новгородцы решили остаться с вселенским православием и переметнуться под Литву. По ряду причин Литва манила новгородскую элиту, но она ни в коем случае не собиралась конфликтовать с Москвой из-за Новгорода. Фактически Литва выступила подстрекателем и не поддержала доверившихся ей новгородцев. Сдала их! На то были причины. А Иван III не мог позволить в рамках борьбы за признание автокефалии новгородцам отколоться. Таким образом, формальной причиной конфликта стало нежелание новгородцев согласовать с Москвой, как принято по старинке, кандидатуру нового епископа. В Библии Соломон или Давид ослепляют отошедших от веры. Иван III проделал то же самое с пленными, намекая на отход Литвы от веры и переход ее под католичество. Он, таким образом, заявлял себя новым Давидом и Соломоном и начинал строительство государства.

* * *

Старший сын великого князя Московского Василия III и Елены Глинской стал Иваном IV Грозным[15]. По отцовской линии он происходил из московской ветви династии Рюриковичей, по материнской – от хана Мамая, считавшегося родоначальником литовских князей Глинских. Бабушка по отцу, София Палеолог была из рода византийских императоров.

Номинально Иван стал правителем в три года. После бунта 1547 года в Москве правил с участием круга приближенных лиц – «Избранной Рады»[16]. Формирование вокруг царя избранного круга лиц происходит после московских событий лета 1547 года – пожара и последовавшего за ним бунта. Согласно версии Курбского, во время этих событий к царю явился протопоп Сильвестр и «страшным заклятием из Священного Писания угрозил царю, <…> чтобы <…> пресечь его буйства и умерить неистовый нрав». Состав «Избранной Рады» является предметом дискуссий. Однозначно в «Раде» участвовали священник Благовещенского собора Кремля, духовник царя Сильвестр и молодой деятель из не слишком знатного рода Алексей Адашев.

Елена Глинская

При Иване Грозном начался созыв Земских соборов, составлен Судебник 1550 года. Проведены реформы военной службы, судебной системы и государственного управления, в том числе внедрены элементы самоуправления на местном уровне. Были покорены Казанское и Астраханское ханства, присоединены Западная Сибирь, область войска Донского, Башкирия, земли Ногайской Орды. Таким образом, при Иване IV прирост территории Московии составил почти 100 %, а к завершению его царствования Московское государство стало размером больше всей остальной Европы.

В 1560 году «Избранная рада» была упразднена, ее главные деятели попали в опалу, и началось полностью самостоятельное правление царя. Вторая половина правления Ивана Грозного была отмечена полосой неудач в Ливонской войне и учреждением опричнины, в ходе которой был нанесен удар старой родовой аристократии и укреплены позиции поместного дворянства. Формально Иван IV правил дольше любого из государей – 50 лет и 105 дней.