А в Вероне нас обокрали! Наш «казначей» вечером взял из сейфа гостиницы, где хранил всю сумму на концерты, 10 тысяч долларов к себе в номер, чтобы утром выплатить суточные артистам на несколько дней.

Утром мы встречаемся на завтраке, а Нелли рассказывает: «Представляешь, какая история. Открываю ночью глаза, а на меня смотрит какой-то мужик бородатый. Иосиф хватает ботинок и бросает в него. Он тут же убежал». И тут наш «казначей» стал себя по груди бить, побледнел, вскочил и побежал в номер. Приходит оттуда через какое-то время и говорит: «У меня украли деньги и паспорт из пиджака». Мы все в трауре. Но нам повезло, что, когда полицейские пришли, паспорт нашли в мусорном ящике. Уже легче стало. Потом по описанию Иосифа, у него память фотографическая, нашли-таки вора. Оказалось, что он еще в несколько номеров залезал. Успел потратить лишь часть наших денег.

В общем, мы триумфально закончили эти гастроли. А на следующий год нас пригласили в Грецию. Но мы уже без Иосифа ездить не могли. У нас сложился крепкий союз — и творческий, и человеческий. И сложилась одна традиция. Он мне через день, а то и каждый день звонил в семь утра и говорил: «Не спишь?» — «Сплю!» — «Я не сплю, и ты не спи». И рассказывал очередной анекдот, потом обсуждали разные проекты по работе.

В Греции была тоже история интересная. Мы там песни на греческом пели, сиртаки танцевали. А Иосиф спел там Ave Maria. Принималась на ура. В общем, нам осталось концертов пять дать. И тут представитель организаторов Мария подходит и говорит: «Иосиф, эту песню больше не пойте». Он удивился: «Как — „не пойте“?» Вы знаете характер Иосифа: когда ему что-то нравится, а ему запрещают, он еще чаще нарушает все запреты. Он выдвинул ультиматум: «Я тогда уеду в Москву». Пошел в номер. Она испугалась, вдруг и правда уедет? А на нем была треть всей программы. Но Иосиф действительно стал собираться, укладывать вещи в чемодан. Все сложил и лег на кровать. Мария мне: «Только ты можешь спасти ситуацию, поговори с Иосифом». Что ему сказать? Я захожу в номер. Он лежит, у него глаза, полные слез. «Что случилось?» — «Все, уезжаю, не хочу я здесь работать, я не понимаю их политики». Наговорил кучу слов всяких. И вдруг я нашел нужные слова: «Иосиф, а как же ты коллектив бросишь? Я все понимаю. Ты уедешь, себя удовлетворишь, а как коллектив бросишь? Мария же не совсем запретила». Короче говоря, уговорил его. Но он не пел уже эту песню. Но концерты отработали. В последний раз пригласили нас на радио. Стали задавать вопросы. И вдруг один из слушателей спрашивает: «А почему ваш великий певец поет на концерте песню Ave Maria? Ведь ее любили фашисты, пели все время на застольях?» Я говорю: «Мы выбираем произведения не потому, что кто-то их любил или пел, а по их художественному достоинству». И тогда мы поняли, что наша Мария была антифашистка, поэтому для нее так важно было отношение к этому произведению….

Когда Кобзонн уже болел, его пригласил через меня на гастроли Ким Чен Ир, руководитель Северной Кореи. А я не знал, как передать приглашение, ведь тяжело лететь и выступать. Когда ему сделали операцию в Германии, то приехал худой, как тростинка. Но говорю: «Иосиф, такая ситуация. Тебя великий полководец приглашает». — «Я поеду». Он взял Нелли в охапку, и мы полетели. Ким прислал за нами хороший самолет, Ил-96. Кобзона заинтересовала эта страна: обычаи, устои и т. д. Дали первый концерт. Он посмотрел на публику — и его прорвало. Он произнес речь. Говорил добрые слова и народу, и в адрес руководства. В конце вступления зал стал скандировать: «Кобзон, Кобзон!» Как говорят, публика его приветствовала в едином порыве.

А в Корее культура стоит на очень почетном месте. Детьми начинают заниматься с 3 лет, обращая внимание на их способности. В зависимости от талантов отправляют их в своеобразный селектор. Однажды нас пригласили в Дом пионеров. Мы зашли в зал. Там сидели порядка 150 ребятишек-аккордеонистов. Они здорово играли, причем русские мелодии. Иосиф спрашивает: «А на баяне вы играете?» И они пожимают плечами: «Мы не знаем, что это за инструмент». Ким Чен Ир, как обещал, заплатил хороший гонорар. Иосиф приезжает домой, и что вы думаете — на все эти деньги закупает 50 баянов и все отправляет в Корею!

На следующий год мы приезжаем в Корею. Он уже полон сил, знает эту страну. И нас опять ведут в Дом пионеров. К нашему приезду выставляют оркестр из 50 музыкантов. И дети нам виртуозно играют на баянах. Это был подарок Иосифу.