Подняв на Вайса замутненный взгляд, Фрея облизала свои губы, чтобы почувствовать его вкус на них.

— Как насчёт сделки? Я расскажу все, а ты забудешь упомянуть мое имя в отчётах. — Она готова уже была рассказать ему все, лишь бы эта сладкая мука прекратилась, но до последнего пыталась спасти себя. Облизав губы ещё раз, она потянулась к нему, но сейчас каждое движение остро чувствовалось, и она закусила губу, почуяв, как внизу все заныло. — А потом развяжи меня, и мы продолжим.

— Я что, настолько довёл тебя, что ты забыла…

«О свадьбе?» — хотел продолжить он, но тогда все его старания псу под хвост! Он вовремя прикусил язычок, который, чего греха таить, тоже не желал в собственном рту оставаться.

— Сначала слова, лиса, только потом действия.

Хотя его действия противоречили словам. Но Вайс, не вынимая руку, прекратил любые действия. Он стал слушать, с неохотой вспомнив, что он всё это делал по делу. И Фрея рассказала. Рассказала всё, что знала. Вайс поверил ей, что она не знала причин, но она подтвердила всё: Император повинен в смерти Амстронга, и он дал команду шпионке убить Лестата. С каждым словом Вайс мрачнел. Он должен был радоваться, но, наверное, он до последнего надеялся, что в советниках короля не будет таких крыс, как Император.

Стоило Фрее ответить на последний вопрос о причинах «Я не знаю, клянусь», Вайс, уставший терпеть, впился в её измученный ротик снова. Пальцы с двойной силой заработали внутри неё, при этом большой палец упирался к клитор.

Стоны Фреи в его рту сводили его с ума, а когда бедняжка получила желаемое, Вайс вновь оторвался, чтобы она передохнула, справилась с дыханием, вытерпела всю ту мощь, что вырвалась из неё. И хоть наблюдать было за этим так сладко, он оторвался, чтобы расстегнуть наручники.

Зачарованный металл упал на пол, а сам Вайс сел на кровать напротив своей добычи. Сидел и ждал с наглой ухмылкой, расставив ноги так, чтобы Фрея видела, что творилось с ним там; до чего она его довела.

А что ей нужно было делать? Здесь Вайс предоставлял выбрать самой.

Стоило ей почувствовать, что волна прошла, а по венам снова потекла магия, она тут же набросилась на него. Запрыгнув сверху, она заставила его упасть на кровать и разодрала одежду на нем, царапая ноготками грудь до крови. Фрея хотела сделать ему больно за то, что он сотворил с ней, на что толкнул. Она просто убьет его. Убьет! Но вместо этого её губы накрыли его в страстном, требовательном поцелуе, будто она хотела показать ему, кто тут на самом деле главный; что он ее не сломил.

Но он сломил… Стоило в ее голове промелькнуть здравой мысли и напомнить об Анградэ, как Фрея сильно схватила Вайса за горло и отстранилась. Но одного его взгляда блестящих, полных животного желания глаз хватало, чтобы заставить ее рычать и снова впиваться в его губы до болезненных укусов.

Она не поняла, когда ее вторая рука оказалась на его стволе и заходила по нему. Когда его руки снова коснулись ее кожи. Это все сводило ее с ума. Она не помнила, чтобы даже с Анградэ её захватывала такая безумная страсть. Словно Вайс разбудил в ней какие-то дикие, примитивные инстинкты.

Хотя на секунду Вайсу показалось, что она действительно собиралась его убить. Он уже пытался вспомнить заклинания, но вот её губы вновь на его устах, и страх проходит. Только желание отомстить за каждую царапинку. Но вот она уже заглаживает свою вину, и Вайс зарычал от удовольствия. Это стоило тех мук, что он с ней творил. Горячая ладонь так приятно легла на член, но как она это делала! Практики у его лисички было навалом.

Вайс сильно устал за время «пыток», он был не против, что она всё делала сама, но вот только мужскую гордость это не устраивало. Ему не составило труда приподняться с Фреей на теле и разодрать всю её одежду к чертям собачьим! И пусть то и без его рук было лишь тряпками — красивыми, но настолько откровенные наряды он никогда не называл одеждой.

Схватив Фрею и опрокинув, подминая под себя, Вайс помог ей спустить свои штаны, после чего, не долго думая, он вошел в неё рывком одновременно с жарким поцелуем, во время которого он неустанно терзал и кусал её губы. За всё это время, казалось, сколько можно? Но было мало! Она уже полностью пропиталась его телом, его прикосновениями и даже вкусом, но Вайс находил сантиметры, которых он еще не касался. А может, он хотел так думать.

Слишком долго ждал и слишком долго она истязала его воображение — Вайс быстро забылся в ней резкими рваными толчками, не просто доставая до конца, но и сотрясая внутри неё всё.

Хорошо, что комната была заглушена заклинанием, потому что замок Тени ещё никогда не сотрясался от таких стонов. Фрея давно потеряла способность мыслить, лишь отдалась во власть сильного мужчины. Когда сильнейший оргазм накрыл её, она с силой вжалась в него, впиваясь ногтями в спину. Наверняка и ее разодрала в добавок к груди, но это только радовало ещё сильнее.

Фрея даже не поняла, когда все закончилось, но этот быстрый и определенно самый яркий секс в её жизни ей ещё аукнется. Дыхание постепенно приходило в норму вместе с мозгами, а за компанию с ними внутри поселилось гадкое чувство стыда. Она оказалась предательницей до мозга костей.

— Я убью тебя. Ходи теперь и оборачивайся, — тихо сказала Фрея, не поворачиваясь к Вайсу. Не хотелось видеть его довольную рожу.

— Убьешь, убьешь, — закивал Вайс, приводя себя в порядок, сидя спиной к Фрее. Для него самого это тоже был насыщенный секс. Он не мог ничего подобного вспомнить. И обидно, что та, которая подарила ему это, ненавидела себя сейчас. Он повернулся к Фрее, но без улыбки, как она думала. Опустился на кровать и коснулся её виска. — За что ты на меня злишься? Я говорил, чтобы ты рассказала правду с самого начала? Ты видела, что я иду к цели и уже дошёл до неё. Ты же знала, что я добьюсь своего.

Винить его одного во всем было несправедливо, Фрея это понимала. Но ей это было нужно, по крайней мере, сейчас, чтобы не сойти с ума. Надо было просто свалить и забыть обо всем, но словно что-то приковало ее к постели. Фрея списывала это на сильную усталость и дрожь в ногах. Даже пальцами пошевелить было трудно. Но где-то далеко внутри спрятались благодарность за принесенное удовольствие и тайное желание повторить. Повернувшись к нему всё-таки, она фыркнула:

— Ты для всех такие пытки устраиваешь?

— Ты первая, — честно ответил Вайс, видя, что его не собираются бить, переместил ладонь уже на голову, но что бы гладить. Просто успокаивающее поглаживать. Он понимал, как её измучил. — Ты меня подстегнула на эту идею своим поведением и видом. Я понимаю, что это был лишь флирт, но я ведь не железный. А тут повод такой… Кто ж знал, что настолько действенный.

— Тоже мне способ придумал… — проворчала Фрея и хлопнула ладонью ему по груди. Хотела сделать это ещё раз и сильнее, затем избить его вовсе, но так и оставила ладонь, проводя пальцами по царапинам. Извиняться за них она не будет. — Это не должно повториться.

Когда кровь перестала бить по ушам наравне с адреналином, Вайс понял, насколько была исполосована его грудь и спина. Он даже не смог сдержаться, когда она ударила по нему и даже просто пальцем водила — морщился и шипел, но слова Фреи заставили улыбнуться.

Опустив лицо к Фрее и положив ладонь на её грудь, сжимая её так, как на стуле — мягко и нежно, он, не обращая внимания на протесты, поцеловал ее. Кажется, он был категорически не согласен с её словами:

— А оно не повторится?

— Не должно, — тихо повторила она, но уверенности в голосе и во взгляде не было, скорее походило на мольбу. Однако, она убрала его руку и отстранилась. Она и так поступила недостойно, у нее был шанс остановиться, но она позволила зайти этому так далеко.

Поднявшись с кровати, Фрея завертела вокруг себя тени, чтобы создать иллюзию одежды, и заходила вокруг, подбирая разорванные тряпки. Наткнувшись на кольцо, которое не носила, но всегда держала при себе, она упала на колени и зажала его в руке. Ей хотелось кричать и плакать, обвинять кого-то… Но дело в том, что виновата во всем была она сама. Она предала Анградэ.

Вайс молча наблюдал за всей этой картиной, но никак не верил её словам. Он привык, что если любишь по-настоящему — то даже кокетничать с другими мужчинами не посмеешь. Вместо громких криков или попыток кусаться, чем унижаться, она приняла всё это.

— Ты же понимаешь, что у тебя с ним нет будущего. Император преступник. Дай мне время, чтобы его засадить. Анградэ вполне может пойти за ним как соучастник.

— Я тоже преступница, и меня за ними отправишь? — Она резко к нему повернулась, а в глазах стояли слезы, которые были готовы вот-вот вырваться. Но она не хотела плакать при нем, поэтому держалась. — Это мы, я и Анградэ, делали всю грязную работу! Это у меня руки в крови! Это моя голова окажется под топором палача, если все откроется. А если не палач, то Император до меня доберется за это предательство.

Понимая, что заводится, что страх начинает пробираться под кожу, Фрея захлопнула рот. Она и так много наговорила, чего не стоило. И что ей делать дальше, она не знала. С появлением Лестата все в её жизни слишком запуталось, теперь ещё и Вайс… А ведь Анградэ старался ради них, пытался решить проблемы. Она должна рассказать ему все, чтобы он больше не нарушал правила ради нее.

— Ранее так оно и было, — спокойно среагировал Вайс на её слова о грязной работе. В общем-то, он так и думал. Ведь Фрея полезла «искать точки Амстронга», после чего убила. То же самое собиралась сделать и с Лестатом. — Но ты теперь герцогиня из дома Лионкур. Тем более у нас был уговор — твоё имя нигде не всплывёт.

Он встал с кровати и прошел мимо Фреи к дверям, у которых остановился совсем не надолго, чтобы взглянуть на Фрею. Чем быстрее она примет новую судьбу герцогини, тем для неё будет лучше, а пока…

— Можешь покойно поплакать, я не буду убирать полог тишины.

Сказав это, Вайс вышел.

========== 17. И пусть весь мир подождет ==========

— Фрея убила Амстронга и пыталась удить вас. Всё это по приказу Императора.

С такими словами Вайс ввалился в кабинет Лестата и сел напротив его стола в кресло. Он чувствовал, что на этом разговор не будет окончен.

Глаза Лестата сверкнули красным, когда он почувствовал запах крови. А ещё он отчётливо уловил запах Фреи, и он походил на тот, что витал вокруг нее, когда здесь был Анградэ. Сложив логическую цепочку в голове, Лестат улыбнулся.

— Интересный способ ты выбрал, — протянул он и отложил бумаги, чтобы полностью уделить внимание разговору. — Значит, это всё-таки было по приказу Императора. Я знал, что он как-то связан с убийством Амстронга, но доказательств у меня не было. Что ещё она рассказала? И как нам это поможет?

— Я дал обет, что её имя нигде не всплывёт, так что притащить её к королю как свидетеля не получится. Но нам это даёт тот факт, что именно Император наслал на вас это проклятие. Если бы не совпадение в виде Фреи — вы бы давно были мертвы. Фрея промахнулась, и это была его вторая попытка для убийства. И учитывая, что именно в эту ночь пропала ваша жена — она точно у него. Но Император может её хорошо прятать. Наша цель — искать тщательнее.

Вайсу, что для него было странным, не понравилось, что его раскусили с методом пытки. Наверное, сам он не особо воспринимал как метод? Может, он просто искал повод?

Вайс не гордый — он мог себе признаться и в этом.

— Зачем она ему понадобилась? Они даже не были знакомы, они никогда не виделись! Если только… — Догадка пришла к нему сразу, как только он начал вспоминать. — Амелия играла на балу в честь моего назначения, тогда они и могли пересечься! Но я всё равно не понимаю, зачем ему ее похищать. Если он хотел меня убить, нужно было забрать отсюда Фрею.

— Неужели всего один раз пересекались? — А вот это рушило все догадки Вайса. Бывали больные люди на его практике, которые, видя человека лишь секунду, думали, что это любовь. Но Вайс так же не мог поверить, что герцогиня не могла ни разу пересечься с герцогом. Балы, улицы, богатые магазины… — Тогда это не то, о чем я думал. — Промычав и приложив палец к подбородку, Вайс закрыл глаза, пытаясь себе представить разные варианты событий. — Может, она стала свидетельницей, как он колдует? И потому пришлось её забрать? А так как ему велит его особая «честь», женщину убивать не стал… Тогда не знаю.

— Возможно, есть ещё какие-то причины, о которых мы не знаем. Мы так и не поняли, как работает проклятие, Амелия может быть ключом к исцелению, например, — предположил Лестат, но сразу засмеялся на свои слова. Это было несбыточной мечтой, чтобы все так совпало, и вернув Амелию, он избавился бы от проклятия. — Пока я буду отвлекать Императора на совете, переверните его замок вверх дном, но найдите мою жену!

— Как прикажите, милорд. А там ваша леди даст все показания против Императора. — Вайс встал и учтиво поклонился Лестату. Он пошел к выходу — нужно было отобрать новых людей. Тех, кто уже не был лучшим из лучших. Лучшие пали в прошлую вылазку.

***

Фрее чудом удалось уговорить Лестата, чтобы он отпустил ее на эту операцию. И только потому, что Императора не будет в замке в это время, он согласился. Но на самом собрании его ждал сюрприз: вместо Императора прибыл Анградэ, рассказав какую-то сказку, что директор Огня был вынужден отправиться в свои родные земли по семейным обстоятельствам, а потому не мог присутствовать. Все время собрания Лестат нервно теребил свой браслет для связи. И даже когда разразились ярые споры после его заявления об уходе в отставку, его мысли пребывали далеко от королевского дворца.

***

— Плевать, что Император не явился на собрание, мы уже не можем повернуть назад, — говорила Фрея, прячась под стенами замка Огня. Все пошло не по плану, и она злилась.

— Фрея, если ты сейчас не замолчишь, я задушу тебя! — шикнул Вайс. Ему было труднее всех, ведь он не обладал магией тени, и пусть он был искусным шпионом, сейчас в таком охраняемом замке и с шипящей женщиной под боком ему было трудно. Да и сравнивая его с воинами Тени — он казался сопляком. — Будем надеяться, что он не явился именно из-за дяди, а не от того, что он решил посидеть дома. Веди в ближайший потайной ход!