Кая молчала всю дорогу, лишь изредка осматривала прилавки, чувствуя, как в душе её постепенно наступает покой. В центре ещё можно было найти что-то для других рас, но чем ближе они двигались к окраине, тем больше было торговцев именно гномьими одеждами, изделиями. Зато славились они своей причудливостью: что одежды, что разные игры для разных утех, что оружие. Кая осматривала всё это, иногда спрашивала, что это такое, у Закнеыла, когда видела диковинную штуку. Уже через те же полчаса она и забыла, что хотела побегать, ей и прогулка эта очень нравилась.

— Смотри, какое чудно́е платье, — указал Зак на витрину одного из магазинов. — Ты когда-нибудь видела гномок в бальных нарядах? Вообще, хотел бы я посмотреть, как у них проходят балы. Вряд ли как у солнечных.

Он тоже порядком оживился во время прогулки. Наконец-то они с Каей смогли спокойно поговорить, без вспышек необоснованной агрессии со стороны оборотня.

— Вот мы и пришли, — Закнеыл остановился у ворот и взглянул на Каю, затем обнял ее и прошептал: — Прошу, будь осторожна.

— Будто на войну меня провожаешь, — не могла не позабавиться этим лунная, но обняла его в ответ. — На охоту провожал, и ничего страшного не было.

— Ты мне очень дорога, и я не хочу, чтобы с тобой что-то случилось, — он ещё крепче прижал ее к себе и через секунду отстранился. Рукой приподнял её лицо за подбородок и проговорил: — Ты у меня красавица, что так, что пантерка. Поскорее возвращайся в таверну, тебя будет ждать сюрприз, — и состроил такую загадочную мину, будто что-то задумал. А он задумал: хочет порадовать ее чем-нибудь новеньким и необычным.

— Заинтриговал, — улыбнулась ему Кая и поднялась на носочки, чтобы поцеловать его. — Выпущу пар, и тут же вернусь, обещаю.

Получив от него прикосновение губ, Кая повернулась и быстрым шагом пошла искать место, где могла переодеться, но через несколько шагов обернулась и от всего сердца поблагодарила Закнеыла. Он даже не представлял, как для неё важны эти «выпускания пара».

Раздевшись у одного валуна, Кая обратилась и просто побежала, куда глядят глаза. Вечерело, луна уже показалась из-за горизонта, но она не была полной. Однако зов был, слабый такой, но он призывал зверя действовать в угоду себе, дать выплеснуть всё, что накопилось у него за всё это время, за сдерживания в медитациях.

Кая помнила, как она ставила себе цель добежать до горизонта, вымотать себя. А потом ещё, ещё… Горизонт не кончался, но весь негатив уходил с каждым шагом. Кто такая Валанди? Никто, и беды её уже не касаются Каю. Ну попала в передрягу, ну с кем не бывает? Вон, сама лунная тоже попадала, только вот, разозлившись, забыла об этом, как доставляла проблемы всем. А сколько она Гину проблем за их совместное путешествие доставила! Так что, ладно уж с этой Валанди. Вся злость на неё быстро уносилась вместе с чувством свободы, которое так отличалось от того, когда Кае было надо добраться до города. Но сейчас не то. Сейчас она бегала для себя.

Впереди были какие-то фигуры: гномы, ушедшие на охоту, но остановившиеся передохнуть. Кая больше не могла контролировать своего собрата внутри, и даже смутно стала запоминать то, что произошло. Помнила, что зверь принял их за добычу, но хотел не более, чем просто поиграть с ними. Гномы закричали, схватили топоры, но зверь остановился перед ними, стал бегать вокруг, рыча и пугая больше, вознося себя перед ними. Он — охотник, а они добыча, и находятся в его власти. Зверь решает, что ему можно, а что нельзя; кто будет жить, а кто нет.

Это было слишком далеко от города — никто не слышал криков гномов, никто не видел, как зверь нападает на них, валит на спины, но тут же отпрыгивает. Как не хватало этого самоутверждения за счет других. А то вечно зверя все пытаются сдержать, все пытаются запереть. Нельзя так! Это не домашний питомец — это такой же хозяин тела; у него тоже есть права на это тело. Сиди, сиди, эльфийка, глубоко в голове, не мешай играться с добычей. Ничего им не сделается, а за запугивание ещё никого не казнили. Дай напиться их криками, дай побегать так, чтобы лапы заболели, дай обострённому чутью уловить все запахи мира. Дай, дай, дай, хватит отбирать!

Кая же спала там, где когда-то Валанди видела барьер, за которым одиноко расхаживал зверь.

========== 40. Что в сердце твоём? ==========

И всё-таки, судя по времени, прошли далеко не полчаса. Кая спешила по городу в таверну, попутно высматривая хоть какого-нибудь торговца, чтобы купить задабривающий подарок для Закнеыла. Беспокоился, небось. Более того, после такого опоздания он уже не разрешит ей так легко уходить. Да ещё и сюрприз его накрылся… Лунная подозревала, что это может быть, и честно, когда раздевалась, рассчитывала на это, но, когда одевалась, понимала, что на неё как минимум обидятся. И правильно сделают. Но как ему объяснить, что она была не виновата! Ну… так получилось.

И пока бежала, глаза зацепились за витрину, за которой горели свечи. Быть может, открыта? И так она влетела в бок уж больно высокого для гнома мужчины. Но не он упал, а она.

— Смотри, куда летишь, лунная, — огрызнулся знакомый голос.

— Боги, Сектар, ты-то что тут делаешь? — она и не рассчитывала, что ей подадут руку, но требовательно взглянула на туманного и… поднялась сама, в застывшем удивлении уставившись на него. — Что с тобой?

А выглядел он постаревшим. Было, конечно, не так плохо, как когда его видела и слышала Валанди. Лет на сорок постарел точно, да и синяки под глазами говорили, что это он будто бегал пару часов в поле, а не Кая.

— Ничего, — отмахнулся туманный на её вопрос, но Кая заметила в его руке горстку каких-то украшений: не то кольца, не то браслеты, а вроде и всё вместе.

— Амулеты готовишь? Я думала, ты пошутил.

— Я никогда о таком не шучу. А ты что тут делаешь в такой поздний час? Тебе мало того, что с Валанди случилось? Тоже хочешь всем проблем доставить?

Лунная виновато опустила перед ним голову и прошла мимо туманного, чтобы наконец-то добраться до таверны, но этого времени туманному хватило, чтобы залезть ей в голову.

— Всё продолжаешь губить свои отношения?

— Да это случайность! — вырвалось у неё так, словно она перед Закнеылом отчитывалась. — Я его предупреждала, что могу задержаться, но… Моя вторая ипостась не хотела возвращаться. И… я… Вот так вот…

— Скажи, такому взрослому эльфу нужен такой ребёнок? Вон от тебя как Гинтар отмахнулся.

Эти слова ударили очень больно. И хоть в голове были сотни ответов на все вопросы; она столько раз могла всё сваливать на свою природу, но… Ребёнок, ребёнок… Её часто так называли. И, наверное, только сейчас до головы ребёнка дошло, что, может быть, так оно и есть? И дело даже не в контроле своей ипостаси. Хотя, и это тоже.

— Думаешь, он тоже может от меня отмахнуться? — грустно пробубнила лунная.

— А почему бы и нет? Сейчас вот он, например, будет так зол на тебя, а ведь звёздный дал тебе самую простую задачу — вернуться вовремя. Сколько прошло времени?

— Два часа…

Кажется, Сектар что-то ещё говорил, но Кая уже не слушала. Она просто стояла и размышляла над тем, как действительно сейчас переживал Закнеыл. А она, вместо того, чтобы бежать, тёрлась языком с братом Гина. Но вновь не успела и шагу сделать, как Сектар ткнул в неё пальцем, привлекая внимание, после чего указал взглядом на одну открытую лавку для тех… кто ещё не спит.

— Пошли, помогу тебе выбрать для него наряд.

— Ты всерьёз считаешь, что у меня теперь, да и после твоих слов, есть на это время?

— Я уложусь за одну минуту, и эта одна минута сгладит острый край, уж поверь мне, как мужчине.

***

Кая вернулась. Она на цыпочках, будто в каждом лице видела озлобленный оскал Зака, пробежала по главному залу таверны, держа в руках небольшой свёрток. После чего прошлась по лестнице и встала напротив двери в их комнату. Входить было, честно говоря, страшно, а самое главное — стыдно. Но, кажется, за дверью было тихо, и лунная решила войти, чуть-чуть совсем приоткрыв дверь.

***

Он знал, что Кая не послушается и будет бегать гораздо дольше, но все равно отпустил и теперь сидел один в комнате и места себе не находил. Вот вечно он потакает ее прихотям, но спорить с ней иногда (всегда) бесполезно. Честно говоря, начинало раздражать, что она отказывается слушать разумные доводы. Она уже дважды чуть не умерла, и Зак дважды внутренне умирал вместе с ней, но упрямая девица продолжала испытывать судьбу не хуже Валанди. Если Кая опять вляпается во что-то опасное, он ее накажет: свяжет и никуда отпускать больше не будет, сколько бы ни просила.

Так прошел час, потом ещё один, и Закнеыл окончательно вышел из себя. Он расхаживал по комнате из угла в угол и придумывал, как будет отчитывать задержавшуюся подругу. «Хотел ей сделать приятный сюрприз? Теперь обойдется! Ладно полчаса, час… Но два?! Это перебор уже». Зак очень терпелив по отношению к оборотню, но и у его терпения есть предел. «Отругать ее? Отшлепать? Оставить без секса на неделю? Нет, он сам столько не продержится», — с такими думами звёздный уселся на подоконник и уставился в окно. Для начала нужно дождаться возвращения Каи, живой и здоровой.

Закнеыл услышал Каю за дверью, но не обернулся, когда она ее приоткрыла. Он сделал глубокий вдох, выдох, повторил эту процедуру ещё дважды.

— Явилась? — всё-таки удостоил он ее своим вниманием, поворачиваясь. — Я, конечно, так и думал, что ты задержишься, но два часа? За это время могло произойти что угодно.

Он быстро подошёл к ней и проверил, все ли в порядке. Убедившись, что она цела, наконец смог расслабиться. Но даже расслабленным она видела, как он был напряжен, как гуляли его жилки под кожей, как холоден был его взгляд.

— Только не молчи… — пропищала лунная, прижимая к себе свёрток. — Кричи, бей посуду… Только не молчи, — ещё с Гинтаром она не привыкла, когда гнев выражают тишиной. Это было намного страшнее всех криков. — Закнаал, я знаю, виновата. Но… Я честно себя не контролировала. Когда я смогла овладеть собой, луна была уже высоко, и я тут же помчалась домой, правда! — лунная низко-низко опустила голову, становясь перед ними ещё меньше.

— А разве ты послушаешь, что я буду говорить? — сорвался всё-таки Зак. — Здесь тебе не лес. На пустоши тебя хорошо видно, а с другой стороны горы. А что, если звёздные опять покажутся? Ты в курсе, что они и с гномами периодически устраивают разборки? А если уж они пересекли равнину, чтобы добраться до меня, то в горах их встретить шанс в разы больше.

Он опять принялся расхаживать по комнате, пока отчитывал оборотня. Но чем больше он говорил, тем спокойнее становился, будто со словами уходило и все его напряжение. В конце своей тирады он остановился и посмотрел на Каю самым строгим взглядом.

— Я столько ужасов передумал, пока ждал тебя, — его взгляд стал озабоченным, и Зак подскочил к лунной, обнимая ее. — Я так беспокоился. Тебе никто не попадался? Все прошло гладко?

С первых его слов лунная вжала голову в плечи и просто слушала. Честно слушала. И в любое другое бы время она подумала, что Зак преувеличивает по поводу звёздных, но сейчас, впитывая в себя именно испуг эльфа, с каким чувством, пусть и гневом, он говорил всё это, начинала невольно верить.

Но почувствовав на себе его объятия, ей и самой стало легче. Повезло, что он более отходчивый, чем Гинтар. Бросив свёрток на пол, она обняла его в ответ, утыкаясь в грудь, мысленно ненавидя это пророчество ещё больше. Неужели обычные пробежки должны заканчиваться теперь вот такими скандалами? Пусть и короткими.

— Всё было хорошо, честно. Я жива, здорова, — отпустив его, она показала руки и покрутилась два раза, — на мне нет никаких татуировок, до меня никто не касался. Всё очень хорошо. И мне самой стало легче после беготни.

Видя, как быстро успокоился звёздный, лунная мысленно отметила, что всё прошло даже лучше, чем она ожидала. Полминутный крик? И всё? Нет, это, конечно, не значило, что она постоянно теперь будет его ослушиваться, но… Так и уроки забываются быстро.

Она посмотрела с каким-то лукавством на лицо звёздного и, потянула его за волосы, чтобы тот опустился и поцеловал.

Но поцелуй продлился недолго. Вспомнив, что хотел наказать, Закнеыл оторвался от Каи.

— Нет-нет, ты провинилась, и я должен… — он нагнулся, чтобы ещё раз поцеловать ее. — Я должен наказать тебя. Больше никаких нежностей, — но вновь не удержался и коснулся ее губ. — Все, вот теперь точно наказана.

Зак выпрямился и не намерен был больше идти на поводу своих желаний и желаний этой женщины. Правда, надолго ли?

И она приметила, что нет в нём всё-таки перед ней стержня. Особенно он это показывал всю неделю. Она подёргала его за волосы, но… Всё-таки Закнеыл больше не опускался.

— А сюрприз? — молчание и строгий взгляд. Кая наигранно тяжело вздохнула и подняла свой свёрток. — Какая досада. Тогда… не мог бы ты мне принести немного попить? Я так набегалась, а когда возвращалась, не подумала о этом. К тебе бежала.

Закнеыл на неё очень выразительно посмотрел, мол, она смеет что-то ещё просить после всего? Но сжалился при виде ее надутых губок и вышел, мысленно обзывая себя подкаблучником.

Стоило двери закрыться, как лунная тут же разорвала свёрток и быстро переоделась, благо мешковатую одежду было снять легко, а вот разобраться во всех этих шелковистых лентах и в этих… тесёмочках… «Ну, Сектар, если ты мне сделал подлянку, или меня сейчас примут за дуру — я вырву тебе хребет».

Когда она услышала Зака снаружи, легла на кровать на бок, подперев голову рукой, и будто ничего не произошло, встретила Закнеыла милой улыбкой и в одежде… которая была точь-в-точь как в видении, которое показал Закнеылу Сектар на испытаниях. Ну цвет другой только — фиолетовый, и добавление в виде двух шелковых лент на бёдрах, но в остальном почти всё идентично.

Закнеыл закрыл дверь за собой, повернулся и… уронил стакан с водой. Он что-то говорил о том, что не притронется к ней? Красный огонек в глазах говорил об обратном.