— Манари, вот только ты не заводись. Здесь я на твоей стороне, — и прежде, чем Зак как-то среагировал на это, туманный стал объяснять подруге, как добраться до Брайана. — …Скажешь ему обо мне и Валанди, он должен понять, о какой истории идёт речь. Зак, а ты… — а что ему делать? Вообще, поесть бы не мешало. Вон, страшнее смерти стал. — Подкрепись. Когда Кая придёт в себя, ей неприятно будет тебя таким видеть, — и хоть ляпнул это лишь за тем, чтобы успокоить звёздного, и чтобы тот всё-таки поел, туманный не мог не отметить, что она может действительно рассердиться, видя, в каком состоянии звёздный. Как и Валанди на Гина всегда сердится.

Закнеыл никак видимо не отреагировал. В голове крутилась мысль, чтобы эти туманные уже свалили в… туман, и оставили их с Каей в покое. Он все больше склонялся к мысли, что лучше он приведет ритуал в исполнение, чем будет маяться и мучить Каю ещё день. Однако, на предложение поесть согласился. Силы ему понадобятся.

Гинтар кивнул Заку на его согласие, а сам спрятался в одной из комнат с зачарованными бумагами. Он планировал разослать письма всем своим друзьям и семье с просьбой помочь советом.

***

Нравилось ли Манари делать то, что её попросили? Нет. Да она терпеть не может этих дикарей, а эта сумасшедшая уже чуть не убила разум одного из воинов. Но… если сделает, Гинтар будет рад.

Эльфийка ни на что не надеялась, нет. Она давно свыклась с тем, что чувства не взаимны. Да и он сам ей отказал лично, а не просто передал через родителей. А Сектар ещё и масла подливал, рассказывая, кого предпочёл иметь в своих жёнах Гин.

Но она всё равно любила. Всё равно хотела, чтобы он был рад, пусть не с ней. Но она вложит свой кирпичик в его счастливый дом. И держать этот дом кирпичик туманной будет лучше, чем какой-либо другой!

О, вспомнишь г… солнышко, вот и лучик. Манари вошла в пресловутую лавку Брайана и тут же наткнулась взглядом на Валанди. Туманная на неё посмотрела… да так же, как и когда-то Майнсет. Но сбегать из лавки, как униженная любовница, не собиралась. Вошла и с гордым видом прошла мимо солнечной, зовя хозяина.

Валанди только фыркнула на это демонстративное игнорирование и продолжила изучать свиток, который ей дал Брайан. Она сидела на прилавке, поэтому Манари далеко не ушла.

Хозяин лавки, что-то мыча себе под нос, появился из-за шторки, бегло осмотрел посетительницу, прикинул, что она не из искателей, и состроил кислую мину. Бросив ей «Секундочку», протянул солнечной ещё один свиток с печатью.

— Если надумаешь вернуться к искателям, на сегодняшний день это самый прибыльный заказ.

— Хорошо, я подумаю, — мягко ответила Валанди, принимая бумагу из рук.

— Что желаете? — наконец обратил внимание на туманную Брайан.

— Я являюсь знакомой спутника этой милой эльфийки, — ну, понятно, с каким тоном она это сказала. — Вы уже должны были знать проблемы, которые коснулись их, — с этими словами Манари без пафоса положила мешочек с монетами. — Ангельские слёзы, пожалуйста.

Брайан скосил глаза на Валанди, и только когда она кивнула, ловко подхватил мешочек и быстро пересчитал монетки. Все верно — двести золотых. Широко улыбнувшись покупательнице, он скрылся за шторкой.

С его уходом в просторной, пусть и заваленной всяким хламом, лавке стало тесно. В воздухе повисло какое-то напряжение, а тишина стала давить на уши. Вот Брайан, обычно гремит чем-то в своей подсобке, а тут прям ни звука не издавал.

Валанди это все быстро надоело. Она потянулась и соскочила с прилавка, подходя к доске, где были прибиты листовки с обычными заказами, и, уперев руки в бока, принялась изучать их.

— Одного не могу понять, — вдруг сказала Манари, не оборачиваясь, — Сектар мне все уши прожужжал, что Гинтар водится теперь с принцессой Сильверсана. Неужели тебе было не запросить денег?

И туманная спросила это действительно с непониманием, а не чтобы как-то опустить солнечную в своих глазах. Ну вот не могла этого понять! Она знала, почему Гин этого не делает — ему просто денег не дадут, тем более для оборотня. А эта-то?..

— Я не буду просить денег у сестры. Я не люблю, когда все достается легко, к этому быстро привыкаешь и становишься размякшим. А когда жизнь ударяет по тебе в таком состоянии, что остается? Только брызги на стене, — повернув голову к туманной, высокопарно ответила Валанди. — Я уже нашла, как достать деньги. Да, на это уйдет время, но я сама в состоянии заработать.

Повисла короткая пауза. Валанди задрала носик, довольная своим ответом, но почти сразу повесила его, будто сдалась.

— Сестра мне просто не даёт денег, — призналась она. — Таким образом она надеется, что я сдамся и вернусь домой.

Пока та говорила, туманная уже приготовила настоящую речь о том, какая отвратительная девушка эта солнечная. Неужели так трудно наступить на гордость и попросить денег? Не для себя же! Для спасения жизни, души подруги любимого. И вот Манари уже открыла было рот, но Валанди выдала совершенно другое.

— А я уже хотела было оскорбить тебя, — но есть плюс, Манари хотя бы была честна. — Что ж, тогда не смею упрекать тебя в этом. У Гинтара та же проблема, — вновь повисла эта неприятная пауза, которая, если честно, туманной была не так неприятна, как, например, солнечной. А что? Она чувствовала себя выше других рас, так отчего бы ей чувствовать себя неловко? — Кстати, я поздравляю тебя. И когда столь занимательное событие?

— О чем ты? — не поняла Валанди, о каком событии речь, и с чем это ее поздравляют, да ещё и она.

— О свадьбе, конечно. Или вы ещё не назначили дату? — искренне удивилась (хоть и не показала) Манари.

— Чего? — а вот Валанди ни капли не скрывала своего удивления.

Нет, по замку в Сильверсане уже гуляли подобные слухи, но она благополучно успела о них забыть, а тут снова. Почему все в курсе ее свадьбы, кроме нее самой? Возмущение смешалось со смущением, отчасти из-за того, с кем она об этом говорит.

— Ну, мы это не обсуждали ещё… Всего месяц прошел… — Валанди не знала, куда деть глаза, но с лица не слезала глупая улыбка.

— Всего лишь? — ахнула туманная. — У нас дату свадьбы уже в день самой помолвки оговаривают. Хм… Может, Сектар чего-то не понял? Мне он сказал, что Гин собирается… Ой.

Тут-то до серебряной головы и дошло, что «собирался» — это не значит, что уже сделал. Но Манари стыд не чувствовала. Кто солнечная такая, чтобы заботиться о сюрпризе, приготовленном ей. Да, раз она так удивлена, значит Гинтар действительно готовил сюрприз. Манари хоть и вздохнула с какой-то печалью, на лице её ничего не отразилось. Она предпочла сделать вид, что этого разговора не было.

— Ну и где же эти слёзы? — недовольно постучала она пальчиками по прилавку.

Слух Валанди выхватил имя Сектара: «Так вот кто распространитель сплетен?» Она сразу забыла, кто часом назад старался ей помочь, и с негодованием уставилась на кольцо. Естественно, Гин с ним поделился такой новостью, но зачем разбалтывать другим? И вообще, почему он ей не сказал?

— А вот и я! — запыхавшийся Брайан залетел в лавку со стороны входа, прервав своим эффектным появлением мыслительный процесс Валанди и томительное ожидание Манари.

— Брайан, тролль тебя утопи! — прикрикнула на него солнечная, опять напугавшись. А он только посмеялся над ней.

— Ваши Ангельские слезы, госпожа, — старик протянул флакон с прозрачной жидкостью туманной.

— Давно пора. Столь дорогие вещи хоть и должны быть спрятаны, но не так, чтобы за ними к троллям бегать, — фыркнула Манари и, взяв флакон, поставила его перед носом Валанди. — Считай моим свадебным подарком.

И с этими словами Манари хотела удалиться. Она могла бы и сама передать это Гину, но нет смысла. Зелье куплено, и это главное. Да и… не хотелось с ним видеться после этого разговора. Во-первых, это больно. А во-вторых, если солнечная разболтает о том, что узнала, Гинтар Манари убьёт. Ну или по крайней мере хорошим их разговор не назовешь. Да и вообще, задержалась Манари в этом городе.

— Спасибо, — сказала ей вслед Валанди. Она задержалась, чтобы переговорить с Брайаном об одном из заказов, и подхватив флакон, как самую большую драгоценность, помчалась к друзьям.

В доме каким-то образом она оказалась раньше Манари. Парней обнаружила вместе на кухне, уплетающими мясо. Ну, ел только Зак, а Гинтар просто ковырялся в тарелке. Потупив глаза, Валанди тихо присела на стул между ними и поставила зелье на стол.

— От Манари.

— Я в ней не сомневался, — улыбнулся Гинтар, но… вскакивать и бежать, чтобы влить Кае в рот не торопился. Он искренне страшился, что оборотень просто почувствует силу и нападёт на «Ливафейн» и «Калантара». — И… что мы будем делать? — глупый вопрос. У каждого было свое мнение, но нужно прийти к единому. А вообще, бросив косой взгляд на Закнеыла, туманный подумал, что как-то слишком всё быстро. Он правда хотел дать ему отдохнуть, а уже потом заняться умственной деятельностью. А сам бы пока с Валанди разобрался, но… — Надо что-то решать.

Все уставились на маленький флакон. Валанди думала, что решать надо Заку, но произнести вслух это не решалась. Со стороны выглядело бы, как будто она перекладывает ответственность. Зак слишком устал, чтобы что-то решать. И его все ещё съедало беспокойство. А что, если она обратится и сбежит, получив свою силу обратно? В таком виде он ее не нагонит. Да что обманываться, он и в обычном будет не в состоянии ее догнать.

— Ты Силейз написал? — вдруг спросила Валанди у Гинтара. Он же собирался письма отправлять, может, стоит подождать ответов на них? Хотя тогда может быть уже поздно. — Забудь. Давайте просто сделаем это.

— Кого только вспомнил — всем написал, — устало ответил Гинтар. Он и сам как-то вымотался со всеми этими делами. — В первую очередь Секу. Надеюсь, от него будет самый точный ответ. Хотя и от Силейз могут прийти приятные ответы. Но их остаётся только ждать.

Через какое-то время вся тройка услышала грохот сверху. Разумеется все они повскакивали со своих мест, но один из воинов, проходящий мимо столовой, успокоил их:

— Не беспокойтесь. Она уже давно там буянит — выбраться пытается.

— Окно?.. — в первую очередь спросил Гин.

— Мы всё запечатали, не выберется своими силами.

Ну хоть на этом спасибо. Гинтару, конечно, как и Заку, не хотелось лишний раз вырубать её, но и сердце разрывалось от того, как она там с ума сходила. Можно спросить, а почему её не усыпить заклинанием? Гинтар же проделывал это с солнечными стражниками. Ну, пытался. С Каей не мог. Может, та же проблема, что и у Сека — зверь не давал?

— Так, хорошо, — начал он. — А если её вырубить, связать, напоить, пока она спит, и ждать? Хотя нет… Верёвки порвёт, если начнет обращаться, а цепями себе кости сломает. И Валанди правильно сказала, надо её ещё заставить это выпить.

— Я могу попробовать ее уговорить, — вызвался Зак. — Один раз она меня уже послушала, может, выйдет снова. Но мы должны быть готовы к худшему.

— Начнем с веревки… Надеюсь, нам не понадобятся более серьезные меры, — Валанди заламывала пальцы от нервов.

Гинтару ничего не осталось, кроме как просто кивнуть всем, и пододвинул пузырёк звёздному.

— Хорошо. Но, Зак, сначала отдохни. И ты, Валанди, — с этими словами он накрыл ладонью девичьи руки, чтобы она прекратила так делать — Тебе тоже надо отдохнуть.

— Только недолго, — сдался звёздный. Он и сам ощущал, что вот-вот свалится без чувств. — Разбудите меня через час.

Валанди кивнула ему в ответ, и Зак скрылся в комнате Мору. Солнечная и туманный остались наедине. Только в этот раз ей было неуютно. Она не вырывала руки из ладоней Гинтара, но почему-то чувствовала себя странно. Может, все дело в их небольшой ссоре? Или это так слова Манари повлияли?

«Ага, через час, как же», — Гину было не жалко, но он честно переживал за звёздного, даже несмотря на то, что их отношения немного подпортились.

— Пойдём, родная, — Гинтар сжал её ручки, хотел было встать, но тут заметил её выражение лица, после чего немедленно опустился на стул обратно. — Это ты из-за моих слов, да? Прости, но назови мне хоть одну мою причину беспокойства напрасной.

— Нет, ты во всем прав, это я глупая и бесполезная, — Валанди отвернулась. На самом деле она ещё злилась на то, что у нее не было денег в такой ответственный момент. Нет, ну точно залезет в логово какого-нибудь чудища, выгребет оттуда все драгоценности, а после обязательно вернёт те двести золотых Манари. И озвучила эти планы Гинтару.

— Мне кажется, или я слышу в твоём голосе сарказм? — невесело спросил он, отпуская ручки солнечной. — Ну давай выговорись, милая. Не будем друг на друга злиться, чтобы хуже не было.

— Да не злюсь я, не на тебя во всяком случае, — она сложила руки на груди и закинула ногу на ногу. — Мне не нравится вся эта ситуация. Не нравится, в каком состоянии Кая, и что мы ничего не можем с этим поделать; не нравится, что мы сидим в доме предателя в окружении туманных, которые ни во что меня не ставят; не нравится, что мы застряли в Тиросе, где каждый десятый — искатель сокровищ, который точит на меня зуб.

Валанди поднялась с места и заходила по комнате. Она нервничала, с момента, как попала в голову Каи, места себе не находила. Гинтар следила за ней молча, давая полностью выговориться, и, честно, он даже подумать не мог, что столько переживаний томятся в этом маленьком тельце. Когда дело, как ему показалось, доходило до истерики, он поднялся и остановил ее, хватая за плечи.

— Милая, милая, успокойся! — четко, но негромко начал он. — Насчет туманных… Хватит! Просто игнорируй это. Мы такие, с моей расой ничего не поделаешь, как бы ты ни добивалась их расположения. Те, кто живут на острове — они признают лишь туманных. Хватит это принимать на свой счёт. Ты с этим ничего поделать не сможешь.

И на этих словах он обнял солнечную. Конечно, она не только о его сородичах говорила, но лишь на это он мог ответить. Что с Каей? Он и сам переживал, ему не нравилось, что подруга в таком состоянии, что ему даже не обнять её и не поговорить. И дом этот он тоже ненавидел — Валанди не знала, но Гинтар, когда они вернулись сюда, попросил туманных убрать всё портреты Мору и его подруги, коих тут было пять штук в разных местах. А вот про искателей он не знал и обеспокоенно посмотрел в лицо солнечной: