Мужчина совершенно серьезно, тоже без тени улыбки посмотрел на нее.

— Если честно, думаю, нет.

— Вот и я уверена! Поэтому — вы! Вся надежда на вас. Вы — местный, сможете прорваться на встречу с хозяином поместья или узнать, что делать? Вам быстрее поверят, чем мне. Или я выставлю вас в не лучшем свете. Вам решать.

— Не беспокойтесь, Лидия. Вы доверили мне свою проблему, и я обязательно что-нибудь придумаю.

— Спасибо вам, Фил. Ой, мне пора!

— Вы уходите с праздника? Будут артисты, фейерверк. Позвольте, я вас угощу или куплю, что захотите.

— Нет-нет, что вы… У меня есть деньги. Я могу позволить себе купить, что захочу. Да и так ни в чем не нуждаюсь. Остались деньги с продажи квартиры в России, дочь дает, да и…

— Зарабатываете на поле? — улыбнулся Филипп, смотря на нее своими обволакивающими, темными глазами.

— И это тоже. Мне нравится хоть что-то делать, не сидеть без дела. И заработок честный. Чего лучше желать? Кругом цветы, чистый воздух… Еще и денежка капает. Удивительная здесь атмосфера. Люди настолько доверяют друг другу. И никто не обманывает. Если бы не этот, случайно подслушанный, жуткий разговор, я бы подумала, что в раю.

— Лидия, вы замужем? Простите за бестактность!..

— Давно в разводе, — ответила она. — А вы?

— Я вдовец.

— Сочувствую…

— А кем вы работали в России? — продолжал интересоваться Филипп.

— Да ничего особенного. Рутина. Всю жизнь — бухгалтером. Ну, и подрабатывала уборщицей. Девочек надо было поднимать.

— А бывший супруг не принимал участия? — удивился мужчина.

— У нас так бывает. Пил, мало зарабатывал… Да и без него легче было. Извините, я все-таки пойду.

Съежившись, Лидия вскочила с лавочки и стремительно побежала в сторону своего дома. Почему-то ее очень волновала близость этого мужчины. Да и немного расстроилась она, вспомнив свое безрадостное, тусклое существование и то, что она ничего-то в жизни толком и не видела. Одна была у нее радость — дочери…

Дома была Вера.

— Мам, ты с праздника? — спросила она.

— Да… Но до конца не осталась. А ты почему не пошла?

— Я что-то чувствую себя не очень. Ничего страшного. Спать хочу. Пьер пошел один. Хочет купить там какое-то необыкновенное ежевичное варенье и, как он выразился, самый вкусный сливовый компот на свете.

— Заварить чай? — спросила Лидия.

— Спасибо, мам. Можно.

Только они сели чаевничать, как вернулся Пьер и, действительно, с большой банкой компота и поменьше — варенья.

— О, как раз к чаю! Садись с нами! — обрадовалась Вера.

Они живо стали общаться с мужем на французском, и Вера удивленно посмотрела на маму.

— Что? — спросила она.

— Пьер очень удивлен, что ты знакома с самым богатым здесь человеком. Он обычно не балует никого своим вниманием. Ведет замкнутый образ жизни, но очень активно занимается благотворительностью. Он и местным всегда помогает, но все просьбы через секретаря. А Пьер идет и смотрит, как его любимая теща спокойно болтает с самим Филиппом Лимбманом. Так, и откуда ты его знаешь? Пьер хотел тебя догнать, но ты слишком быстро удалилась, и с тяжелыми банками он тебя не догнал.

Лидия оторопела.

— Хозяин поместья это и есть Филипп?

— Ну да…

— Господи, я не знала! Просто подошел, когда я работала в поле! Получается, на его поле… Ну, и вот на празднике поздоровался. Я же ему такого наговорила!

Лидия была в шоке.

— Да ладно, мам, не бери в голову! Ты же иностранка! Он подумает, что просто не так что-то понял.

Ночью Лидия долго не могла заснуть, все думала, думала: «Эта молодая девушка приехала к Филиппу в качестве невесты. Он переписывался с ней, она ему понравилась… А я наговорила ему про любимого человека, что она хочет остаться вдовой в ближайшем будущем. Какой кошмар! Конечно же, он поверит любимой женщине! Что он вообще обо мне подумал? Сумасшедшая… Как же неудобно! Но моя-то совесть чиста. Я все правильно поняла и ни одного слова не приврала…»

В общем, Лидия перестала ждать встречи с Филиппом. Наоборот, она уже боялась случайно наткнуться на него. Не хотела и сама выглядеть дурочкой, да и его неискренностью была поражена.

Встреча случилась, как всегда, внезапно. Лидия шла из местной пекарни с багетом и круассанами, которые своим ароматом сводили с ума. А Филипп подлетел к ней на красивом породистом скакуне.

— Лидия, добрый день! — Он соскочил с коня и подошел к ней. — Наконец-то я вас увидел. Раньше каждый день видел вас в поле, а теперь… Вот уже который день прихожу, а вас нет… А вы… Думаю, обиделись, что я не сказал вам, кто я есть на самом деле.

Лидия с восторгом маленькой девочки смотрела на коня, словно вообще их никогда не видела. Она даже забыла, что хотела злиться на Филиппа.

— Вы весьма проницательный, — ответила она, все еще не сводя глаз со скакуна. — Можно, я пойду?

— Я благодарен вам и обязан за спасение жизни. Я вам поверил, Лида. У меня есть люди в определенных структурах, я просто попросил их проверить женщину, которая приехала ко мне. Ее зовут Светлана Носова. За двое суток я получил полные сведения… Она в международном розыске. На ее счету уже двое мужчин — один из Англии, второй из Франции, с кем она заключила брак и кто умер от сердечного приступа с интервалом от четырех месяцев до года. Помогало ей местное брачное агентство, которым тоже заинтересовались, потому что после смерти мужей она перечисляла им очень большие деньги. Всеми этими людьми занялись очень серьезные структуры. Девушка только паспортов имела аж пять — на разные имена.

Лидия постаралась выдавить из себя подобие улыбки.

— Сочувствую вам…

— В чем? — не понял он.

— Ну, как же… Потеряли невесту, переживаете.

— Лидия, я не расстроен. Да, я списался с девушкой. Внешне понравилась, переписка была ничего… Она сама себя назначила моей невестой. Настаивала на личной встрече. Приехала и подтвердила мое предположение, что между нами вряд ли что получится. Но я не мог ее выгнать, она у меня гостила. Я тогда впервые увидел вас, и вы мне очень понравились. Это был словно знак судьбы… Вы тоже русская и совсем другая. Я наблюдал за вами и ждал, чтобы эта самопровозглашенная невеста съехала. Ну, чтобы продолжить знакомство с вами, чтобы не поставить вас, Лидия, в двусмысленное положение. Я хочу быть честен с самого начала.

Он смотрел на нее красивыми, темными глазами.

Лидии внезапно стало не хватать воздуха.

— Я понимаю, что вы мне сказали. И в то же время не очень понимаю. Можно, я пойду?

— Я форсирую события? Давлю на вас? Чем-то обидел? Мы познакомились и сразу же какая-то криминальная история. Но даже если бы она не случилась, я бы никогда не женился на Светлане.

— Нет, вы можете жениться… Или не жениться… Это ваше дело. Я не хочу быть человеком, перед которым вы будете отчитываться за это. Я уже очень давно одна. И даже мысли не допускала, что у меня будет личное счастье. Этого просто не может быть! Да и не хочу этого. Я сюда приехала из-за дочери, которая нашла тут свое счастье. А так я сюда не стремилась. Само как-то получилось… И я буду помогать ей и второй своей дочери, которая еще не нашла себя. А это труднее сделать не на родном языке, в другой стране… Согласитесь!.. Мое предназначение в этом. А вы меня не смущайте. Переключите свое внимание на сайт знакомств, на брачное агентство или еще куда… Не знаю. На другую… Не Светлана, так найдутся ведь еще многие… Уверена!.. Я не ищу этого и не хочу. А то, что вы хотите снова устроить свою жизнь, это очень похвально. Я рада за вас. Думаю, что вам повезет, не все же кругом мошенницы.

Лидия повернулась и поспешила к своему дому.

— Лидия, постойте! Пожалуйста! Вы все говорите, это не может быть правдой! Это очень грустно!..

Но она бежала, да, она бежала не от него, а от себя и от любви…

Женщина замолчала, о чем-то задумавшись.

Маша смотрела на нее широко открытыми глазами. Она забыла о том, что сидит в кафе, забыла о своих проблемах — так была поглощена этой потрясающей историей.

— И это всё? — расстроенно спросила Маша наконец. — Так вот упустила свое счастье? Богатый, порядочный мужчина! Это же, фактически, принц на коне! Он и был на коне! Как же так?…

Женщина рассмеялась.

— Это был бы конец истории, если бы не принц, если бы не Филипп. Лидия была, конечно, сломленной жизнью женщиной. Какое там личное, только для нее счастье!.. Не верила она в это. И тогда чуть не совершила самую страшную, тотальную ошибку в своей, прямо скажем, нелегкой жизни. Никогда нельзя терять веру в себя, хоронить себя заживо! Из-за каких-то неудач опускать руки, терять веру. Ведь жизнь всегда открывает для кого дверь, для кого даже форточку. Надо видеть это и идти… Ничего не бояться!..

Филипп просто атаковал Лидию — женщину, которая ему очень понравилась, — атаковал своим вниманием, ухаживанием. Он не собирался сдаваться. Как ни странно, он тоже пребывал в унынии, спокойная, понятная, налаженная семейная жизнь со смертью жены, можно сказать, пошла под откос, и он, по сути, оказался у разбитого корыта. Но он, в отличие от Лидии, не сдался.

Каждый день к Лидии в дом приносили огромные букеты роз и букетики нежных фиалок, большие коробки с кондитерскими изделиями необыкновенной вкусноты. Потом в ход пошли билеты в театр…

Лидия, по вине которой дом дочери превратился в оранжерею, не знала, что ей делать. Пока уже обе дочери хором не возмутились:

— Мама, да ты что?! Конечно, ты должна согласиться и пойти с ним на свидание! Тебе так повезло! Пьер сказал, что никто о Филиппе и слова дурного сказать не может. Красивый, богатый и… умный. Раз он заметил, какая ты красивая и какой ты хороший человек! Ты же еще молодая. Мы же совсем не против, если у тебя что-то сложится. Мы только рады будем. Наконец-то тебе повезло! А что, если это твоя судьба? И похоже, он сдаваться не собирается!.. А мы скоро превратимся в толстушек, если каждый день будем есть такие вкусности!..

Под давлением дочерей Лида согласилась пойти на свидание с Филиппом, сначала на одно, потом на другое…

Она познакомилась с главными достопримечательностями Парижа, обошла вокруг сгоревшего собора Нотр-Дам, перешла по мосту на другой берег до знаменитой крепости Консьержери, где томилась и провела последние часы несчастная Мария-Антуанетта, прогулялась по улочкам Латинского квартала с его очаровательными магазинчиками и недорогими бистро. Узкая улочка Рю-дю-Шаки-Пеш ее очаровала. Она так узка, что по ней может пройти только один человек. Лидия раскинула руки и дотронулась до стен противоположных домов. Они посидели в скверике около Сорбонны и по-студенчески попили кофе из высоких бумажных стаканов, прогулялись около Пантеона. Филипп пояснил, что с 1791 года Пантеон — усыпальница выдающихся людей Франции. Надпись на нем гласит: «Великим людям — благодарное Отечество». Они побывали в Лувре, прошлись по саду Тюильри и Елисейским Полям, постояли на знаменитом мосту Александра III, откуда открывается чудесный вид на архитектурный ансамбль Дома Инвалидов, где в часовне святого Иеронима в шести гробах: жестяном, из красного дерева, двух цинковых, из черного дерева и дубовом покоится прах Наполеона. Они посидели на скамеечках Марсова поля и полюбовались на Эйфелеву башню, прогулялись по Монмартру и полюбовались на один из главных храмов Франции — храм Святого сердца Христова — Сакре Кёр.

Конечно, на это ушел не один день. Для Парижа и года было бы мало.

Филипп отвез ее на свою небольшую парфюмерную фабрику, где восторженная Лидия с непосредственностью маленькой девочки попыталась даже сделать свой аромат. Он научил ее печь хлеб в пекарне и ездить верхом. Они посетили театр и даже последний ряд «для поцелуев» в русском кинотеатре, Лидия заметила, что он больше смотрит на нее, чем следит за сюжетом, и сдалась, повернулась к нему со счастливой улыбкой… В общем, места на последнем ряду оправдали свое название — реально для поцелуев.

И в итоге Лидия сама призналась ему:

— Ты ворвался в мое сердце и раскрасил мою жизнь самыми яркими красками. Сделал меня счастливой. Даже не знаю, что я буду делать, если вдруг ты исчезнешь из моей жизни…

Филипп обнял ее и признался в любви.

— Уверен, тебя сам бог привел ко мне, и, слава ему, что я не оказался слеп. Я сразу понял, что ты — моя долгожданная судьба. Хочу засыпать с тобой и просыпаться с тобой столько, сколько мне еще отмерено. Мы с тобой еще зажжем, вот увидишь! Стань моей женой, Лидия!

Он встал на колени и преподнес обручальное кольцо из платины с огромным бриллиантом.

Лидия уже знала, что не откажет, уже было не выкинуть из сердца счастливые моменты рядом с этим потрясающим мужчиной.

— Была свадьба? — ахнула Маша, скрестив пальцы, словно это что-то могло изменить в уже случившейся истории.

— Была… Еще какая! Первая свадьба Лидии в совдеповском загсе прошла быстро, скомкано, блекло. Ни красивого платья, ничего… А тут эта женщина попала в сказку. Белое платье за бешеные деньги известного модного бренда. Кружево ручной работы, бриллианты… Охапка белых роз, в которых утопала церковь, куда для венчания после официальной церемонии прибыли Фил и Лидия. Присутствовали ее дочери и сын жениха, который буквально на один день прилетел из Америки. Очень культурный, красивый молодой человек. Он совершенно сердечно принял Лидию и был рад за отца, что он наконец-то не один и так влюблен.

Жизнь Лидии очень изменилась. Она заново начала учиться спать не одна, чувствовать себя совсем по-другому. Она стала хозяйкой огромного поместья. У нее появился автомобиль с личным водителем. Лидия часто ездила в Париж и гуляла по его улицам, посещала музеи, сидела в кафе, пила ароматный кофе. Муж не отказывал ей ни в чем. Но в модные бутики с одеждой Лидия не рискнула зайти одна. Он вместе со стилистом подобрал ей целый гардероб, включая аксессуары и подарки ее дочерям. Они часто приходили к маме в гости, и все вместе сидели на большой веранде с видом на цветочное поле, пили чай, разговаривали, пели русские песни. Кстати, они всегда любили попеть хором.