Данте шел к дому, снова и снова повторяя про себя следующие слова: «Я был на Северо-Западе. Я один из тех, кого ты публично унизила». Олив пришлось пойти в ванную, и она взяла с собой свою сумку. Он умылся в гостевой ванной, надел джинсы и рубашку, прежде чем отправиться в гостиную, чтобы дождаться ее.

Данте поднял руки к голове, а потом понял, что совсем забыл, какие у него теперь короткие волосы. Он мельком увидел себя в зеркале в коридоре и понял, что, если бы он так выглядел в университете, Олив обращалась бы с ним иначе.

Он наклонился и посмотрел себе в глаза. Они выглядели так же, как всегда, хотя на душе у него было неспокойно. Ему не следует винить себя за то, что он снова переспал с Олив и ни в чем ей не признался. Он знал, что поступил несправедливо, и загонял себя в угол собственным молчанием.

Выругавшись себе под нос, он отвернулся от зеркала и пошел на кухню. Он налил стакан холодной воды, когда звякнул его телефон. Данте посмотрел на экран и увидел оповещение о новостях. Кики настроила уведомления для компании, поэтому он ожидал, что речь пойдет о пивном фестивале. Он нахмурился, читая о том, что местная наследница компании по производству средств для мытья посуды арестована за вторжение.

Разве это не подружка Олив?

Данте вышел в коридор и постучал в дверь ванной.

— Да?

— По-моему, твоя подруга попала в беду, — сказал он.

Дверь ванной открылась. Судя по всему, Олив плакала. Данте стало не по себе.

— Которая из двоих?

— Наследница империи средств для мытья посуды, — произнес он.

— Делани. Можно посмотреть новость?

Данте протянул ей телефон, и она быстро прочла заметку. Потом вернулась в ванную.

— Тебе помочь? — спросил он.

— Еще не знаю, — сказала она.

Он сжал рукой ее плечо.

Олив взяла свою сумку и пошла на кухню, набирая сообщение на телефоне.

Пока она ждала, он наблюдал за ней. Она надела повязку на голову и, если не считать красных глаз, выглядела нормально. Но у него было достаточно женщин, чтобы понять, что на этот раз он облажался. Он мог бы выбрать более подходящее время для разговора, но молчание раздражало его.

— Пейсли тоже не знает, что происходит, а Делани не отвечает. Надо поискать ее с помощью нашего группового приложения, — сказала Оливия.

— Я отвезу тебя, куда тебе нужно, — предложил он.

— Не надо. Я вызову такси.

— Я должен это сделать. Я не шутил, когда сказал, что ты мне нравишься, Олив. Я не оставлю тебя одну.

Она смотрела на него широко раскрытыми серьезными карими глазами, и он знал, что должен сказать ей правду. Но не сейчас.

— Спасибо. Делани мне как сестра. Я очень беспокоюсь о ней. Я не знаю, почему ее арестовали. В прошлый раз она была под кайфом и въехала на машине в магазин «Луи Виттон» на Мичиган-авеню.

Данте видел, как Олив расстроена и волнуется за свою подругу. Подойдя к ней, он обнял ее и прижал к себе.

— Мы разберемся с этим вместе.

— Вместе? — спросила она.

— Если ты хочешь, чтобы я был рядом с тобой, я буду рядом, — сказал он.

Она кивнула:

— Наш разговор можно отложить?

— Да. Не думай об этом.

У нее зазвонил телефон.

— Это Пейсли.

— Поговори с ней. Я скоро вернусь, и мы сразу поедем, если понадобится, — сказал Данте.

Он слышал голос Олив, взбегая по лестнице в свою спальню, где обулся, схватил кошелек и ключи от машины.

Он снова мельком увидел себя в зеркале. Сейчас он играет роль героя, которым всегда хотел быть, но ему все равно придется причинить боль Олив. По странному стечению обстоятельств за прошедшие недели он поменялся с ней ролями. Теперь он играет с людьми, которые рядом с ним.

И что это говорит о нем?

Ничего хорошего.

Данте спустился по лестнице. Олив по-прежнему разговаривала по телефону, и он решил не мешать ей.

Она не подозревала, что все так радикально изменится менее чем за час. Она избавилась от чувства влюбленности и думала, что, наверное, склонила чашу весов в свою пользу. Но отчасти она сомневалась, что сделала достаточно, чтобы заслужить прощение.

Данте не торопился от нее избавиться. Однако прямо сейчас ей нужно сосредоточиться на Делани. Пейсли тоже не понимала, что произошло, когда позвонила ей.

— Я пытаюсь все выяснить. Наш адвокат уже в здании суда, но за нее еще не внесли залог. Ее арестовали за вторжение в дом Малкольма. Я узнала об этом от дежурного сержанта. — Пейсли выдохнула. — А у Венд-Зи появились фотографии, на которых Делани надевают наручники и вытаскивают из дома Малкольма, который стоит там со скрещенными на груди руками и смотрит ей вслед.

— Я ненавижу этого ублюдка. Ладно, где она? Мы с Данте поедем туда и подождем, пока ее освободят, — сказала Олив.

Пейсли назвала адрес полицейского участка, в котором сидела Делани. Это было недалеко от дома Данте.

— Почему она была у Малкольма?

— Я не знаю. Сегодня она приходила на работу, и все было в порядке.

— Я тоже так думала. Я прочла его заявление о том, что он неоднократно говорил ей: между ними все кончено, но она не соглашалась, поэтому он приказал ее арестовать ради ее же блага. Но он никогда ничего не делал ради Делани!

— Точно. Слушай, мне пора идти, — сказала Пейсли. — Адвокат только что написал, что в этом замешана семья Делани. Ей точно это не понравится.

— Я постараюсь увидеться с ней. Напиши мне. — Олив взяла свою сумку, обернулась и увидела Данте, стоящего в коридоре на почтительном расстоянии от нее. Она улыбнулась ему, и он улыбнулся в ответ, когда она подошла к нему. — Пока, Пейсли! — Олив закончила разговор, но продолжала держать телефон в руке.

— Куда мы едем?

Она назвала ему адрес участка.

— Отсюда не далеко, верно?

— Да, — ответил Данте.

— К аресту Делани причастна ее семья, и я не знаю, как она к этому отнесется. Ее папа очень милый и любит ее, но, когда он вмешивается, всем лучше затаить дыхание.

— Он такой властный?

— Ну да. У него обостренное чувство справедливости, и поэтому, если Делани не права, он позаботится о том, чтобы она за это заплатила. Но если Малкольм затевает что-то сомнительное, мистер Александер уничтожит его. — Олив поняла, что многому научилась у семьи Делани, когда меняла свою жизнь. Она наблюдала за тем, как они использовали свои деньги во благо.

— Я люблю таких мужчин, — сказал Данте.

— Ты ему понравишься. Он очень уважает людей, которые много работают, — произнесла Олив.

— Значит, причина не только в богатстве?

— Нет. Их семья всегда была богата, но каждое новое поколение должно самостоятельно зарабатывать себе на жизнь.

— Даже Делани?

— Да, даже она. Ей не нравится изображать из себя постоянно работающую, но она действительно отличный сотрудник, — сказала Олив. Как бы они с Пейсли ни шутили, что Делани является в компанию, когда захочет, она много работала и привлекала высокооплачиваемых клиентов.

В гараже Данте стояло шесть машин.

— У тебя есть минивэн! — воскликнула Олив, разглядывая спортивный автомобиль, старый внедорожник, грузовик, электромобиль и другие машины.

Он пожал плечами:

— У моего лучшего друга и его жены недавно родился ребенок, и они разрешают мне кататься с моей крестницей только на надежной машине, поэтому я купил эту штуку. Рози родилась раньше срока и три недели лежала в инкубаторе. Вот я и купил минивэн, чтобы повеселить ее родителей.

Вот таким был Данте Руссо. Он использовал свое богатство не для того, чтобы отгородиться от других людей, а чтобы помочь им. Думая об этом, она влюбилась в него чуть-чуть сильнее. Ей следовало волноваться по поводу предстоящего разговора с Данте, но она была спокойна. В ее душе цвела надежда на то, что она наконец заслужила такого идеального мужчину.

— Ты хороший человек, — мягко сказала она.

— Хм.

— Не спорь. Я права. И ты все так же сексуален. — Олив подмигнула ему. Она знала, что мужчины не хотят, чтобы их положительные качества выдвигались на первый план. Такое ощущение, что хороший характер делает их несексуальными.

Они поехали в полицейский участок. Данте высадил Олив у подъезда; по-прежнему шел дождь.

Она глубоко вздохнула, войдя внутрь. Она попала в полицейский участок во второй раз и поняла, что ей там не нравится.

Подойдя к дежурному полицейскому, Олив спросила, можно ли ей увидеться с Делани.

Данте сидел в машине, не совсем уверенный, что хочет пойти в полицейский участок и поговорить с Олив. Она назвала его хорошим человеком, а он чувствовал себя совсем иначе.

Он позвонил Максу.

— Привет, Данте! — вместо мужа ответила Мия.

— Мия, привет! Как дела?

— Хорошо. Макс купает Рози, — сказала она. — Давненько мы с тобой не разговаривали, поэтому я взяла трубку.

— Ты права. — Он любил Мию как сестру, но сомневался в том, что она сейчас ему поможет.

— Значит, Олив Хейз… — начала Мия.

— Макс рассказал тебе. Она совсем не такая, как раньше, — сказал он.

— Я знаю. Я не говорила тебе, что она приходила на встречу выпускников несколько лет назад и извинилась перед всеми девочками. Мы мило поболтали. Что-то заставило ее измениться, — тихо произнесла Мия.

— Да, я тоже это понял. На самом деле женщина, которой она является сегодня, сильно отличается от той, какой была в универе.

Мия рассмеялась:

— На что ты намекаешь?

— Мне нужно поговорить с Максом.

— Мужские секретики?

— Нет, это касается Олив. Макс сказал тебе, что она не узнала меня?

— Да. А также о том, что ты решил переспать с ней, а потом бросить. И я спросила у него, с каких пор Данте стал таким дебилом?

Он делано рассмеялся:

— Почему дебилом?

— Ты никогда не будешь равнодушно относиться к Олив. Ты ни за что не переспал бы с ней только для того, чтобы обидеть. Ты был с ней? — спросила Мия.

— Да. Макс тебе не сообщил?

— Нет. Но, честно говоря, мы были очень заняты. Он рассказал мне о твоем предложении работать с ним, и я решила, что он должен согласиться, — сказала Мия. — В последнее время он сам не свой. Он считает, что это из-за работы, но я думаю, что отцовство немного утомило его.

— Нет, это из-за работы. Слушай, давай я посижу с Рози в этот уик-энд, а вы с Максом съездите на озеро. Только вы двое. Вы можете уехать в субботу утром. В пятницу у меня ужин Ассоциации пивоваров.

— Я не знаю. Мы ни разу не оставляли Рози с…

— Я ее крестный отец и хорошая няня. Ты сама так сказала. Разреши мне порадовать вас с Максом.

— Ладно. Пришел Макс. Я передаю ему телефон.

— Привет, Данте! Что случилось?

Данте подумал о том, не слишком ли сильно он докучает этой семейной паре.

— Все в порядке. Я просто хотел узнать, говорил ли ты с Мией о работе, и она сказала мне, что согласна.

— Да. Еще раз спасибо. Мы будем работать вместе.

— Я рад. Кроме того, я предложил Мие отдохнуть вместе с тобой на озере в этот уик-энд.

— Что-что?

— Вам надо побыть наедине, — сказал Данте. — Не спрашивай, откуда я знаю.

— Спасибо, приятель.

— Не за что. Ты сделаешь то же самое для меня, — произнес Данте. — Мне пора идти. Поговорим завтра.

— Еще раз спасибо. Люблю тебя, приятель.

— Я тоже тебя люблю.

Данте вышел из машины. Он так долго пытался выяснить, готов ли использовать Олив, что позволил себе забыть о том, каким всегда был. Он скажет Олив правду, а потом извинится и узнает, как сохранить ее в своей жизни. Он хотел создать с ней семью и был почти уверен, что они сумеют быть счастливы вместе. Ему просто нужно избавиться от прошлого, раз и навсегда.

Данте положил ключи в карман и подошел к двери полицейского участка, наклонив голову против ветра. Он услышал шаги у себя за спиной и, заметив, что идет женщина, придержал для нее дверь.

Она бросилась к дежурному полицейскому, и Данте, оглядевшись, наконец заметил Олив на одной из скамеек сбоку. Он поспешил к ней и сел рядом.

— Ты что-нибудь узнала?

— Мне пока не разрешают с ней увидеться. Надо подождать и узнать сумму залога.

— Значит, просто ждем.

— Да, — сказала Олив. — А ждать я ненавижу.

— Я тоже, — произнес Данте. — Какие у тебя планы на уик-энд?

— Только ужин Ассоциации пивоваров с тобой, — сказала она.

— Отлично. В этот уик-энд я сижу со своей крестницей. Хочешь мне помочь?

От удивления она открыла рот:

— Ты нянчишься с детьми?

— Почему каждая женщина сомневается в моих способностях? — проворчал он. — В прошлый раз мне помогала моя мать.

Олив рассмеялась и кивнула:

— Я приду, если не понадоблюсь Делани.

— Олив, как хорошо, что ты здесь! — сказала женщина.

Данте обернулся и увидел перед собой Пейсли Кэмпбелл, которая училась в том же университете, что и он с Олив. Узнает ли она его?

— Пейсли, это Данте Руссо. Тебе не удалось по-настоящему познакомиться с ним в ту ночь, когда он подвозил меня домой.

Он встал и протянул ей руку:

— Приятно познакомиться.

— Дэнни? А ты сильно изменился после универа.

Сердце Данте ушло в пятки. Он оглянулся на Олив и понял, что она тоже его узнала.