Пиво — оно и в Годхавне пиво. Утро встретило по старинной поговорке — «Головка бо-бо, денежки тю-тю, во рту кака». И если с денежкой она немножко промахнулась, то со всем остальным попала в самую точку. Я кое-как выполз во двор и с наслаждением окунулся в бочку у входа. Голову немного отпустило. На краю бочки висел ковшик, наверное, для таких страдальцев вроде меня. Схватив его, я жадно напился. Сухость во рту тоже отступила.

— Медвежонок, иди поешь, пока горячее, из дома раздался голос Сигмара.

— Уже иду.

На столе стояли кружки с элем, подносы с рыбой разного способа приготовления, блюдо с лепешками и блюдо с овощами. Насытившись я поблагодарил хозяина и отправился на берег моря на рыбалку.

На удивление после сытного завтрака чувство похмелья меня покинуло, чему я был несказанно рад. Вот такой весь радостный я шел по улице и никого не трогал, правда шел я не из бани, и морда у меня была не красная. Вдруг благостное настроение было самым беспардонным образом испорчено остервенелым собачьим лаем. Повернув за угол увидел следующую картину — с пяток собак разного размера и объема нападали на серого щенка, который практически не отвечал на их лай, а только утробно рычал и периодически клацал зубами, остужая порыв самых прытких. В принципе есть у меня пунктик по поводу нападений стай собак, поэтому я недолго думая выдернул и ближайшего плетня дрын и огрел ближайшую собаку по хребту. В какофонию лая влился пронзительный скулеж. Ее товарки резко переключили внимание на меня, но еще один удар, по еще одной спине и грозный рык «А ну пошли прочь!», приправленный замахом и топаньем ногой сместили вектор интереса стаи куда-то в другое направление. Миг и вся эта свора ретировалась в неизвестном направлении.

Я повернулся к щенку — «Ты как живой?». К моему удивлению он подошел ко мне и ткнулся носом в живот. И это я стоял. А щенок то крупноват. Была у меня собака, в холке достигала сантиметров пятьдесят пять, и чтобы почесать ее за ухом мне приходилось наклоняться. А тут я даже руку не полностью в локте разогнул, и вот она радостно скалящаяся морда и внимательный взгляд смотрящий прямо в душу. Выходит, сантиметров восемьдесят в холке.

— Ты чей будешь, а? — на мой вопрос пес состроил уморительно серьезную морду. Закрыл пасть и наклонил голову, как будто пытаясь понять, что я его спрашиваю.

— Хозяин у тебя есть?

— Да нет у него хозяина, — от внезапно раздавшегося женского голоса за спиной я чуть не вздрогнул. Пес, почувствовав мое напряжение снова глухо зарычал.

— Ну ка тихо, — я прижал одной рукой морду пса к поясу, а другой прижал его за шею к ноге и медленно повернулся. За спиной оказалась женщина средних лет, похоже пес ее знал, потому что снова радостно завилял хвостом.

— Он от купца сбежал с острова Лангей, тот на него за что-то накричал. А потом купец уплыл, а он остался.

— Значит ничей.

Я отпустил пса и присел перед ним на корточки, чтобы мое лицо оказалось на уровне его морды. — Ну что и как тебя назвать?

— Вообще-то он ласкушка, но никого близко не подпускал, только тебя.

— Ну значит буду звать тебя Свасуд. Давно в юности читал произведения Марии Семеновой, там так пса звали, тоже ласковый был.

Пес улыбнулся вовсю пасть, вывесил розовый язык и снова завилял хвостом, поднимая пыль.

— Пошли, я вообще на рыбалку шел, хотя с тобой можно и на охоту попробовать. Пес резко метнулся в угол, в котором отбивался от собак и вернулся с зажатым в зубах мослом. Ну теперь понятно из-за чего драка намечалась. Вместе с псом мы добрались до порта. Я конечно часто видел в прошлой жизни мужиков с удочками на набережной, да и сам в Варкрафте в Даларане в фонтане монетки ловил на удочку, но в порту ловить себя не уважать. В итоге я отправился вдоль берега подальше от порта.

Прошагал, наверное, пару часов, нашел тихое место и забросил снасть. Пес улегся за спиной и с чавканьем и урчанием принялся обгладывать мосол. Интересно, а как система отнесется к появлению новых предметов? Вот помню в детстве ходил с отцом на рыбалку, со спиннингами, так на конец спиннинга прикрепляли колокольчик, чтобы поклевку не проспать. Интересно местные кузнецы смогут колокольчик выковать, если им нарисовать? От размышлений о прогрессорстве мысли плавно перетекли к вопросам, более приземленным — где взять денег?

Полез в кошель чтобы подбить финансы. Система подсказала, что денежная система урман крутилась вокруг серебра, если оно было, но и натуральный обмен тоже вполне себе существовал. Главной денежной единицей была марка — слиток серебра с печатью конунга весом примерно двести десять грамм. Марка делилась на десять эйриров весом по двадцать один грамм, а эйрир делился на три ортуга по семь грамм каждый.

Система подсказала, что в общем у меня сейчас было примерно пол марки, а если максимально точно, то шестнадцать ортугов или сто двенадцать грамм серебра. Мне же нужно было пятьдесят. Вопрос на засыпку — где взять еще тридцать четыре ортуга? Полез в мешок, из всех имеющихся вещей относительную ценность представляли только шкуры волков. Значит после рыбалки стоит наведаться на рынок — посмотреть цены, тогда может появятся еще мысли по повышению своего благосостояния.

Сосредоточился на рыбалке. До обеда наловил пару десятков рыбин и решил сворачиваться. Пес к этому времени уже добил мосол и теперь нагло дрых в тени камня. Да, сторожевые функции у него так себе, может как охотник будет более полезен. Собрал вещи, позвал пса — на удивление тот мгновенно вскочил, как будто это не он тут рулады выписывал. Пошли обратно в город. По дороге ничего интересного не случилось и без приключений добрались до двора Везунчика. Везунчик согласился принять только половину улова и посоветовал кому отнести вторую половину. Чтобы рыба не пропала отправился на рынок.

Рынок меня не впечатлил. Пространство занимал большое, но реальных продавцов было раз два и обчелся. Мужика с рыбным лотком приметил сразу.

— Добрый день, Олаф Рыбий хвост?

— Ну я, чего надо?

— Меня Сигмар Везунчик прислал, он сказал, что Вам можно рыбу продать.

— Продать можно, а сам ты кто будешь?

— Андбьёрн Ингварсон.

— А-а-а, ты тот Медвежонок, который не побоялся с Везунчиком на кулаках помахаться. Это дело хорошее, ну показывай, что там у тебя.

Я вытащил из мешка всю рыбу, которую не взял Везунчик. Рыбий хвост долго и придирчиво ее рассматривал, а потом выдал: За все два ортуга, и то только потому, что ты от Везунчика.

Я не стал кобениться и торговаться и согласился на предложенную сумму. Мне в кошелек переместились два колечка из серебряной проволоки, которые тут использовались вместо монет.

В этот момент на камень в центре рынка залез какой-то мужик и начал орать.

— Последние новости. В горах на западе купцы видели троллей, награда за головы троллей две марки. Жители хутора Хёйстрём жаловались на волков, награда за головы три эйрира. Проорав эти сообщения мужик слез с камня и удалился. А я вспомнил про шкуры волков. И опять вернулся к Рыбьему хвосту.

— Рыбий хвост, а кому можно сдать шкуры волков?

— Вон видишь рыжий купец в синем кафтане. Это Снеульф Грязный мех, он торгует кожами и шкурами. Только не говори, что я тебя послал, не надо.

— Я тебя услышал Олаф, не скажу.

Пошел к рыжему в синем кафтане.

— Доброго дня, мне сказали, что тут можно шкуры волков продать.

— Можно и продать, показывай.

Я достал шкуры волков. На лице купца отразилась интересная гамма чувств. Похоже шкуры его удивили, но жадность боролась за каждый грамм серебра с любопытством.

— Шкуры конечно так себе, — наконец вымолвил он.

— Особенно в сравнении с теми великолепными шкурами, что лежат у тебя на прилавке, — вставил я свою шпильку.

— Ха-ха-ха, а ты языкастый малый. Согласен, что твои шкуры гораздо лучше и я готов дать тебе за них три ортуга, а если расскажешь где ты их добыл, то добавлю еще пару.

— По рукам, добыл я их на одном северном острове, на который меня забросило штормом. Остров маленький, ни на одной карте я его до этого не видел и где он находится тоже не подскажу. На плоту я сюда добирался почти месяц. Вот все что знаю.

— Ну чтож, понятнее не стало, но видно, что ты рассказал всё что знаешь. Вот тебе четыре ортуга.

В мой кошелек добавилось еще четыре кольца. Шесть колец за одно посещение рынка. С одной стороны, неплохо, но если учесть, что две трети денег принесли шкуры волков, то все не так уж и хорошо. Попытка завалить рынок рыбой обречена на провал. Цены просто упадут ниже плинтуса, надо думать что-то еще. Хотя что тут думать. Глашатай говорил, хотя если быть точнее орал про тролля и волков — надо попробовать помочь с волками, а там глядишь и еще что-то обломится. Осталось узнать где этот хутор находится.

Побродил еще по рынку, посетил еще троих оставшихся торговцев. Один торговал деревом, другая травами, а третий треллями. У травницы расспросил про зелья. В общем пока система была проста и даже неказиста, но более чем рабочая. Полезных лечебных трав было много, а вот дальше разрабы пока схитрили. Травы мог собирать любой и пока никаких нюансов с травами не было. Типа собрал весной, осенью, утром, вечером и т. д. Все травы перегонялись в универсальное зелье, такая волшебная таблетка от всего. Наверное, дальше появятся разные зелья, но пока было вот так. В принципе, как и с едой. Любое мясо превращалось в стандартный паек и неважно рыба это была раньше или мясо.

На рынке не было торговца оружием и доспехами. На мой вопрос мне пояснили, что этим занимается только кузнец — у него типа монополия. Решил сходить к кузнецу. Кузнец жил на окраине города, в принципе более чем правильная предосторожность. Кузница открытого типа — углей и искр более чем достаточно, а дома все деревянные. Пожар можно организовать на раз.

Кузнец изготавливал простое оружие и броню. Можно было бы часть снаряжения сменить на получше, но прибавка несущественна, а денег и так мало.

Завершив экскурсию по рынку решил заглянуть в кирху. Годья Свана Свейндоттир рассказывала истории из жизни богов, известные по Старшей и Младшей эддам Снорри Стурлуссона и взамен на подношение в пятьдесят пайков выдавала амулет соответствующего бога. Особенно мне запали амулеты Тора и Хеймдаля — один давал плюс десять к очкам здоровья, что было интересно на текущий момент, а второй плюс двадцать пять к уклонению от критического урона, что интересно всегда. Но пайков в наличии было только десять, поэтому амулет пока пролетел мимо. Встал вопрос как поступить — пока еще два дня висит минус к Восприятию заняться рыбалкой, чтобы набрать пайков на амулет или сначала рвануть на хутор пока никто не разобрался с волками. Деньги сейчас важнее, поэтому отправляемся на хутор.

Вернулся на двор к Везунчику, а там меня ждал ожидаемый, но немного забытый сюрприз. Торкель Кошель смог продать мой плот на дрова и мне с этой продажи досталось целых десять ортугов. Баланс денег стал тридцать два ортуга. Задача выполнена на шестьдесят процентов, но расслабляться рано. Как известно из принципа Парето восемьдесят процентов работы выполняется за двадцать процентов отведенного на нее времени. Как бы мне не пришлось судорожно добывать несколько недостающих ортугов практически не успевая на корабль. Сигурд рассказал, как добраться до хутора Хёйстрём и на карте появилась соответствующая отметка. А вот чтобы узнать где искать троллей нужно идти к наместнику, да и одному идти Сигмар не советовал — нужен хирд, в смысле дружина как минимум человека три. Значит троллей оставлю на потом.

Поужинал и отправился спать. Свасуд улегся в ногах, похоже решил начать исполнять задачи сторожа. Решено завтра выдвигаюсь на хутор.