Делайла вышла из спальни и направилась осматривать дом. Вчера она была немного занята, но к утру ощутила голод. Кэмден еще спал, поэтому она решила найти кухню и приготовить завтрак.

Ди прошла мимо гостиной, остановившись всего на мгновение, чтобы еще раз оценить захватывающий вид. Она решила, что кухня должна быть где-то рядом с гостиной, и оказалась права. Дом очень красивый, но огромная кухня-столовая была просто потрясающая. Кто бы ни владел этой собственностью, он просто счастливчик.

Стеклянные двери, открываясь, превращали пространство в одну большую зону развлечений. В крытом патио стояли удобные диваны и кресла, окруженные пышными растениями. И в качестве еще одного высококлассного дополнительного бонуса — бассейн с видом на океан.

Делайла подошла к большому центральному столу. С трех сторон стояли табуреты, чтобы вместить больше гостей. Повертевшись в поисках кофе, она заметила великолепный букет цветов в окне над раковиной.

Гибискус. Еще один дополнительный штрих снова заставил Делайлу вспомнить о своем медовом месяце. Кэмден каждый вечер дарил ей розовый гибискус. А Ди вкалывала его в волосы перед тем, как они шли на ужин. Она не могла сдержать улыбку, глядя на эти цветы.

Да, поездка — это именно то, что ей было нужно. И она была так рада, что решила встретиться с Кэмом в аэропорту. Однако внутри еще оставался страх, что все это временно.

Если бы их жизнь была такой все время, возможно, оставалась бы надежда. Конечно, это всего лишь мини-отпуск, и всегда так солнечно и радужно быть не может. Но теперь, когда они оба увидели, как хорошо все может складываться, не исключено, что у них есть будущее.

Однако существовала проблема. Неодобрение со стороны его родителей. А Кэмден любит свою семью.

У Делайлы и без того семейная драма, связанная с тем, что ее приемные сестры, оказывается, на самом деле не приемные, а биологические сводные сестры. А их приемная мама Милли на самом деле была их тетей. Ее собственная семья укрепилась еще больше. Это открытие застало Делайлу врасплох, зато она еще больше сблизилась с сестрами.

Она всегда предполагала, что за кого бы ни вышла замуж, между ней и вновь обретенными родственниками останется такая же тесная связь. К сожалению, вышло наоборот.

Согласно документам, которые они обнаружили в доме Милли после ее кончины, биологическая мать Делайлы, Элизы и Сары была наркоманкой и в конечном итоге скончалась, находясь в тюрьме. Милли разыскала их, когда они были совсем маленькими, и удочерила всех троих. Стать матерью-одиночкой трех маленьких девочек — невероятно серьезный шаг. Но для Милли все выглядело просто.

И теперь Делайла стоит перед выбором: искать биологического отца или оставить все как есть. Изначально она не хотела новых потрясений в своей жизни, но потом передумала. Ее мать была белой, соответственно, смуглую кожу и черные волосы Ди явно унаследовала от отца. Похожа ли она на него? Есть ли у нее другие братья и сестры, о которых она не знает?

Элиза решила не искать своего отца, зато Делайла и Сара были достаточно заинтересованы в том, чтобы немного покопаться в родословной. Ди не знала, что будет делать, если и когда найдет этого человека. В последнее время перемены в жизни происходили слишком внезапно, и ей удавалось справиться только с одним кризисом зараз.

Именно по этой причине поездка и безмятежная обстановка сотворили чудо с ее измотанными нервами и разбитым сердцем.

— Ты собираешься стоять перед буфетом, пока завтрак не появится сам собой?

Делайла очнулась от размышлений и обернулась.

— Я думала, ты спишь.

Кэмден потер голую грудь и огляделся.

— Я спал. Хотя обычно встаю пораньше.

— Да, ты всегда выходил за дверь еще до того, как я выпивала первую чашку кофе, — улыбаясь, ответила Ди.

Кэм подошел к ней и наклонился для быстрого поцелуя.

— Я должен был оставаться, чтобы выпить с тобой чашечку кофе.

Учитывая то, что они ничего не могли сделать со своим прошлым, Делайла не хотела вдаваться в сценарии «могло бы быть» или «было бы».

— Ты можешь выпить эту чашку сейчас, — предложила она. — Знаешь, где что находится? Полагаю, ты бывал здесь раньше.

— Несколько раз, — признался Кэм. — Иди посиди во внутреннем дворике, а я приготовлю что-нибудь для нас на скорую руку.

Делайла рассмеялась.

— Собираешься готовить завтрак?

Явно оскорбленный, Кэмден скрестил руки на груди и поднял бровь.

— Неужели это настолько трудно?

— Ну, не позволяй мне останавливать тебя.

Ди похлопала его по щеке и улыбнулась.

— Но сначала я выпью кофе, если ты не возражаешь.

Когда Делайла проходила мимо, Кэм обнял ее за талию, притягивая спиной к себе.

— Я не очень хорошо выполняю приказы, — пробормотал он. — Но, учитывая то, что ты в моей рубашке выглядишь чертовски сексуально, я позволю тебе приказывать.

Делайла накинула его рубашку, прежде чем выйти из спальни. Она и не пыталась быть сексуальной, скорее хотела тихо выйти, чтобы не разбудить Кэма, а его рубашка просто оказалась под рукой. Но если бы она знала, что это дает дополнительные привилегии, больше ничего не надела бы до конца поездки.

Она полностью открыла раздвижные стеклянные двери, впуская утренний ветерок.

На кухне что-то грохнуло, потом последовала череда ругательств. Делайла улыбнулась и решила позволить Кэму во всем разобраться самому.

Его желание заботиться о ней такое милое. Он сказал, что хотел сделать это с самого начала, но версии заботы были совершенно разными. Она нуждалась не в финансовой поддержке, а в заботе о своей душе, эмоциональной поддержке. Больше, чем в чем-либо другом.

Несколько дней в раю на уединенном острове, конечно, не решили бы их проблем, зато помогли Делайле осознать, что она по-прежнему любит Кэма. Ей нравится проводить время вместе с заботливым, вдумчивым мужем, который ставит их брак превыше всего остального.

Но она устала идти против его семьи. Когда они с Кэмом поженились, его родители назвали ее «золотоискательницей». И придерживались этой точки зрения, несмотря на то что Делайла доказала свою полную финансовую независимость.

Это Милли привила независимость и силу каждой из девочек. Делайла хотела, чтобы приемная мать гордилась ею. Милли всегда любила Кэмдена и верила, что они созданы друг для друга. Когда они расстались, она заверила Ди, что у них все наладится. Делайле, несомненно, сейчас не помешал бы совет от самой милой леди, которую она когда-либо знала.

— Свежий кофе, капелька несладкого миндального молока и ванильный сироп без сахара.

Она переключила внимание на Кэма, который стоял перед ней с чашкой ее любимого кофе. Ди потянулась за дымящейся чашкой и вдохнула крепкий аромат.

— Я впечатлена тем, что вы доставили сюда заказанный мной кофе, — заметила она, делая глоток.

— Произвести на вас впечатление — моя новая миссия, — церемонно заявил он. — Это с самого начала должно было стать моей миссией, но я принимал тебя как должное и предполагал, что ты всегда будешь рядом.

Делайла посмотрела на мужа:

— Это просто кофе, Кэм.

— Это не просто кофе, — возразил он. — Это мелочи, которые были необходимы тебе.

Кэмден боролся, это было очевидно, но Делайла не осознавала, насколько сильно. Все это время она думала только о своей боли и проблемах. Однако Кэмден тоже страдал.

Черт. Неужели она все это время была эгоисткой?

Кэм опустился на край дивана.

— Это так нелепо, — пробормотал он с мягким смехом. — На следующий день после того, как ты ушла, я зашел в нашу ванную, чтобы собраться на работу, и меня осенило. Я уставился на этот дурацкий коврик для ванной и проклял все на свете, потому что мне не хватало отпечатков твоих маленьких стоп на нем.

Делайла чуть не опрокинула кофе. Он впервые признавался в чем-то таком трогательном. От всего сердца.

Она положила руку ему на бедро:

— Кэм.

На кухне раздался сигнал плиты. Кэмден поднялся.

Мгновение прошло, но оно навсегда останется в памяти Делайлы. Его признание исцелило что-то в ее сердце, некий осколок, разбитый вдребезги. Тот факт, что он так откровенен с ней, стал еще одним слоем бальзама, который успокоил ее боль.

Кэмден обнажил частичку себя, хотя за все годы их брака никогда не был столь открытым. Делайла не хотела замалчивать, не признавать, насколько это важно для нее, для них.

Она поставила чашку на журнальный столик и направилась на кухню, едва сдерживаясь от смеха, поскольку Кэм, разгоняя дым над плитой, интенсивно размахивал кухонным полотенцем и даже включил вытяжной вентилятор.

Очередная череда проклятий заставила ее рассмеяться еще громче. Он оглянулся и вздохнул.

— Надеюсь, ты любишь хорошо прожаренный бекон?

— Это мое любимое блюдо.

Кто знает. Возможно, откровенные признания и подгоревшие завтраки и есть путь к возрождению отношений.

А этот отпуск не просто передышка для ума и духа, но и начало будущего. Если Ди сможет довериться всему, что здесь происходит.