Камнегрызик всё яснее и яснее понимал, что вокруг него сгущаются события. Но всей своей новой кожей он пока не ощущал прямой опасности, потому что всегда рядом с ним были близкие ему создания – Катя, мама, папа.

Приближалась весна. Камнегрызик пользовался любой возможностью поймать солнечный луч. Солнце явно шло ему на пользу. Он стал здоровее и веселее.

Он начал играть, кувыркаться через голову, скакать. Мог запросто взбежать вверх по стене до самого потолка. Он научился прятать Катины ботинки, книжки, игрушки, а потом, когда Катя ругалась на него, радостно их приносил.

Он научился смеяться. Смеялся он, перевернувшись на спину и болтая всеми своими двумястами ногами.

– Как жаль, что он не умеет говорить! – жалела Катя.

– Кто сказал, что он не умеет, – возразил папа. – Он живёт в более плотной среде и поэтому наверняка говорит щелчками и свистом, как дельфины. Нужна специальная аппаратура.

И папа стал постоянно ездить в Переславль за всевозможными усилителями и дешифраторами.

Особенно интересно сложились у Камнегрыза отношения с курами. Едва он располагался где-нибудь на солнышке погреться, как они немедленно его окружали и начали клевать.

То ли они принимали его за плоскую сковородку с едой, то ли их привлекали пупырышки на его спине. Всё это напоминало народную игрушку, когда куры клюют дощечку из-за качающегося под ними грузика.

Особенно донимал Камнегрыза соседский петух размером почти с холодильник. Клюв у него был, как у хорошего ворона и, очевидно, стальной. Потому что Камнегрыз после каждого его клевания даже подпрыгивал и шипел.

Видно, эта куриная агрессия сильно надоела Камнегрызу.

Как-то раз он залёг на самом видном месте на утрамбованной дороге и сделал так, что на его красноватой спине выступило большое количество светлых бугорков, чрезвычайно похожих на зёрна или на личинки.

Тут же возник огромный петух и закукарекал басом. На его вопли быстренько сбежался целый куриный симпозиум, и все соседские куры набросились на Камнегрыза.

Камнегрыз щёлкнул, дёрнулся слегка – и вдруг все куры, как по команде, упали на дорогу, дрыгая ногами. Последним отпал огромный холодильниковый петух.

Катя перепугалась и немедленно поволокла хулигана-Камнегрыза в дом, держа его за удобный край.

Тут же откуда-то выскочила крикучая соседка Татьяна Семёновна Частова и завела на весь посёлок песню, что её кур отравили.

– Что же это творят-то? Что же я есть теперь буду!

Но, увидев, что её куры очухиваются, и рассмотрев Камнегрыза получше, она поменяла версию:

– Какого-то ската лектрического привезли! Чего городские делают! Теперь хоть из дома беги!

Два этих постулата как-то не увязывались друг с другом, но деревня заинтересовалась событием.

Стали приходить соседские дети:

– В ваш скат настоящий?

– Нет у нас никакого ската.

– А можно его потрогать.

– Да нет у нас ската!

Но дети, как мухи, облепляли дом и заглядывали в окна и даже в двери. Очевидно, это были не деревенские застенчивые дети, а настырные городские.

Процесс пошёл.

И скоро слух о странном существе прошёл по всему великому селу Троицкому.