Название книги Исход происходит от важнейшего события, о котором она повествует, пожалуй, самом значимом событии в истории нации Израиля. Речь идет о чудесном спасении из Египта под предводительством Моисея. Как и в Бытии, повествование Исхода соткано из более ранних источников: Яхвиста, Элогиста и Жреческого кодекса. В ряде отрывков трудно сказать, какой источник используется. Большая часть повествования после главы 20 содержит в своей основе Жреческий кодекс, так как оно почти полностью связано с законами, которые Моисей получил на горе Синай. Однако, прежде чем он и его народ получат Закон и ступят на Землю обетованную, должно произойти немало важнейших и ключевых событий, сюжеты которых главным образом отражены в Яхвисте и Элогисте.

Литературный обзор

И сейчас я не буду давать исчерпывающий обзор книги, будучи уверен, что вы внимательно прочитали ее. Здесь я освещу лишь некоторые факты повествования, чтобы освежить вашу память о самых значительных эпизодах:

 Порабощение детей Израиля (гл. 1). Клан Иакова, прибывший в Египет во времена Иосифа, насчитывал 70 человек. Однако спустя некоторое время они умножились до такой степени, что египтяне стали бояться их численности и, чтобы контролировать, поработили их.

 Рождение и юность Моисея (гл. 2). Даже несмотря на то, что фараон приказал убить всех мальчиков-евреев, Моисей был чудесным образом спасен. По стечению обстоятельств он воспитывался как сын дочери фараона. Однако, будучи юношей, Моисей убивает египтянина из-за его жестокости к еврею и сбегает, спасаясь от гнева фараона.

 Неопалимая купина (гл. 3). В то время как Моисей пас овец на земле мадианского племени (к востоку от залива Акаба), ему явился Господь и говорил с ним из горящего, но не сгоравшего тернового куста. Здесь Бог открывает Моисею Свое имя («Я есмь Сущий», или это лучше перевести как (Я) Есмь, Который Есмь (в синодальном переводе — Сущий) (3: 11–15) и приказывает ему вернуться в Египет и освободить израильтян.

 Возвращение Моисея и противостояние фараону. Моисей просит фараона отпустить израильтян в пустыню на три дня, чтобы восхвалить своего Господа (Яхве, гл. 3). Однако Бог ожесточил сердце фараона: он не отпустит народ Израиля, но, наоборот, решает сделать их жизнь еще более несчастной (гл. 3–6).

ОТСТУПЛЕНИЕ

Настоящее имя Бога

Вероятно, Тетраграмматон понимался древними израильтянами как личное имя Бога. Однако откуда же пришло это имя? Подобный вопрос интересует не только современных читателей, но и являлся предметом споров древних иудеев. Интересно, что есть три возможных ответа.

Когда Бог в первый раз является Моисею в горящем кусте (гл. 3), то поручает ему идти к израильтянам Египта и от имени Бога требовать у фараона их освобождения. Моисей не может решиться, так как думает, что израильтяне не поверят ему. Пророк просит Бога сказать Свое имя. Затем следуют три ответа:

14. Бог сказал Моисею: Я есмь Сущий. И сказал: так скажи сынам Израилевым: Сущий Иегова послал меня к вам.

15. И сказал еще Бог Моисею: так скажи сынам Израилевым: Господь, Бог отцов ваших, Бог Авраама, Бог Исаака и Бог Иакова послал меня к вам. Вот имя Мое навеки, и памятование о Мне из рода в род.

3: 14, 15

Первый ответ можно дословно и более правильно перевести: «Я буду Тем, кем Я буду». Очевидно, что подобное заявление породило многочисленные споры и комментарии на протяжении веков. Можем ли мы использовать термин «самосуществование» в отношении Бога? Он — единственный, Кто существует в Себе и вне Себя? Позже именно так евреи философски осмысляли ответ Бога. Однако, может, Господь говорит, что Он станет явным в своих будущих деяниях? Или же Бог говорит Моисею, что Он будет тем, кем захочет быть.

Далее Господь указывает пророку на Свое настоящее имя — Сущий, которое на иврите лингвистически похоже на имя Иегова. Является ли это попыткой древнего еврейского писателя объяснить происхождение священного имени?

В третий раз имя Бога принимает форму Тетраграмматона[5].

Очевидно, что автор Исхода связывал священное имя Господа с глаголом «быть». Однако как оно связывалось — остается загадкой для нас, да и для автора книги.

 Десять казней против Египта (гл. 7—12). Господь наделяет Моисея силой сотворить 10 чудес против египтян в попытке убедить фараона отпустить народ (он превращает всю воду в Египте в кровь, насылает полчища лягушек, комаров, мух и саранчи, в результате чего погибает весь скот и т. д.). Фараон непреклонен.

 Смерть первенцев (гл. 11–13). Наиболее страшной стала десятая казнь, когда погиб каждый первенец Египта: как человека, так и скота. Народ Израиля же спасся, потому что ангелы проходили мимо их домов в поисках египтян. Евреи должны были отпраздновать свое освобождение пасхальной трапезой.

 Исход (гл. 14). Мор произвел сильное впечатление на фараона, который изгоняет израильтян из Египта. Однако затем он изменяет свое решение и приказывает своему войску преследовать их. Застрявшие между египетской армией и Красным морем израильтяне становятся свидетелями величайшего чуда, когда Бог раздвигает волны и евреи проходят по сухой земле. Когда войско фараона устремляется за ними, вода поглощает его. (Важное примечание: еврейский текст не говорит прямо, что описанные события произошли на берегу Красного моря — огромного водного пространства на юге. Водоем называется «Море тростника», которое могло быть любым обозначением воды между Египтом и горой Синай, к северу от побережья Суэцкого канала. «Красное море» является следствием неверного перевода с иврита.)

 В пустыне (гл. 15–19). Народ Израиля (более 600 тысяч мужчин, не считая женщин и детей) путешествовал по пустыне, чудесным образом накормленный особым хлебом, ежедневно посылаемый Богом («манна»), и защищенный и ведомый Им, пока они не прибудут к горе Синай. Туда, где Господь впервые говорил с Моисеем у горящего куста.

 Дарование Закона (гл. 20–31). Моисей поднимается на гору Синай и получает от Бога Десять заповедей и другие предписания.

 Золотой телец (гл. 32). Израильтяне волнуются из-за долгого отсутствия Моисея и призывают Аарона сделать идола из золота в форме тельца. Они поклоняются ему как богу, который вывел их из рабства. Бог говорит Моисею спуститься к своему народу и, когда тот видит, что они сделали (создали кумира, запрещенного Богом), разбивает две каменные скрижали, на которых были записаны Десять заповедей, а затем уничтожает тельца.

 Дарование Закона, часть 2 (гл. 33–40). Господь во второй раз дает Моисею таблички с Десятью заповедями и другие законы. В том числе Он наставляет евреев построить скинию: своего рода портативную палатку, которая будет использоваться в качестве места поклонения Богу.

Места, упомянутые в Исходе

Исход с исторической точки зрения

Библейским историкам очень трудно датировать описанные события. По наиболее распространенной версии, их можно отнести к 1250 г. до н. э., поскольку текст указывает, что израильтяне были в Египте 430 лет (что примерно совпадает с повествованием Бытия, когда Иосиф оказался в Египте в начале XVII в. до н. э., согласно принятой нами хронологии). Стоит обратить внимание и на два других соображения.

Во-первых, в Исходе (1: 11) еврейские рабы строили города Пер-Рамзес (в Библии — Рамсес) и Пифом; оба города фактически были восстановлены или вновь заселены в середине XIII в. до н. э. Во-вторых, археологи обнаружили стелу (каменный столб), возведенный в конце XIII в. египетским фараоном Мер-нептахом (правившим в 1213–1203 гг. до н. э.). На стеле мы находим надпись, в которой фараон хвастается тем, что победил различные другие народы, включая землю Израиля: «Израиль опустошен, его потомство не является»[6]. Это самое первое упоминание израильтян, которое мы встречаем вне Библии, поэтому оно является очень ценным. Похвальба фараона доказывает, что Израиль уже существовал как государство со своими жителями, о которых знали в Египте, в конце XIII в. Если события, описанные в книге Исход, произошли незадолго до завоевания, то их, вероятно, можно датировать серединой XIII в. Если так, именно дед Мер-нептаха, фараон Сети I (1294–1279), первым поработил израильтян, и его сын, Рамзес II (1279–1213), правил во время исхода.

Удивительно, что, согласно Исходу (см.: 14: 6, 9, 23), фараон и вся его армия утонули в Красном море. Как же может быть, что Египет обладал военной мощью, способной завоевать множество народов, как написано в стеле времен Мернептаха?

Здесь кроется главное противоречие повествования, и оно не единственное. Библейские ученые уже давно выявили те несовпадения, которые заставляют задуматься об истинности сюжетов Исхода. Как и в случае с повествованием Бытия, мы сталкиваемся с необъективными историческими фактами. Поразмыслите:

Недостоверность

Согласно Исходу (12: 37), среди израильтян, бежавших из Египта, насчитывалось около 600 тысяч «мужчин». Числа (1: 46–47) дают более точное количество: 603 550 мужчин 20 лет и старше и способных держать оружие, не считая 23 тысяч левитов. Как такое могло быть? Огромная армия древности могла выставить 20 тысяч солдат. Должны ли мы поверить, что Израиль насчитывал более 600 тысяч?

Как мы можем объяснить подобный рост населения? Если посчитать всех женщин (их точно должно было быть столько же, что и мужчин) и всех детей (предположительно, суммируя количество мужчин и женщин), то всего получится примерно 2 с половиной или 3 миллиона израильтян. Согласно Исходу (1: 5), клан Иакова в Египте насчитывал 70 человек, а по Исходу (6: 16–20) Моисей принадлежал четвертому поколению народа Израиля. Его отцом был Амрам, его дедом — Кааф, прадедом — Левий, один из сыновей Иакова. Как могли прапрапотомки двенадцати сыновей Иакова насчитывать более 2 миллионов? Кроме того, трудно составить демографическую картину любого народа древности. Даже самые оптимистические подсчеты населения Египта склоняются к цифре между 2 и 4 миллионами людей. Очевидно, все они не могли быть израильтянами, которые оставили Египет.

Несоответствие известным историческим фактам

Если бы 2 или 3 миллиона рабов бежали из Египта и вся египетская армия была бы уничтожена во время преследования, очевидно, это стало бы весьма значительным событием, о котором мы, конечно, нашли бы какие-то упоминания, по крайней мере одну или две записи. Возможно, сами египтяне не захотели бы освещать подобный факт своей истории. Однако некоторые соседние народы были бы рады узнать, что Египет уже не может выставить армию; они, конечно, предали бы огласке ослабление столь могущественного государства, а затем предприняли бы попытки завоевать его плодородную землю. Впрочем, мы не располагаем ни одной подобной записью, и никакое другое государство не воспользовалось ситуацией. Причина очевидна. Фараон и вся его армия не были уничтожены в Красном море.

Кроме того, до сих пор сохранилась мумия Рамзеса II, и многое известно о его правлении из других источников. Он никогда не терял 2 миллиона своих рабов и всю армию. Его тринадцатый сын и преемник, Мернептах, успешно правил и, как мы могли убедиться, обладал огромной армией, способной подчинить другие народы. Египет по-прежнему являлся доминирующей мировой силой в середине XIII в. до н. э.

Я могу добавить, что нет никаких археологических свидетельств исхода как такового. Не найдены сотни колесниц, покоящихся на дне любого из водоемов, похожего на Чермное море; нет египетских свидетельств о массовом исходе 2 и более миллионов человек, нет никаких археологических следов в пустыне о любом из возможных маршрутов к или от горы Синай.

Как и в случае с рассказами Бытия, здесь мы также имеем дело с легендой. Традиция исхода крайне важна тем, что по сути является «исходной легендой» народа Израиля. Она кажется нереальной историей. Тем не менее были ли все события чистой выдумкой?

Возможная историческая реконструкция

Учеными давно обсуждается, что на самом деле могло произойти и что привело к исходу и чудесному избавлению народа Израиля от египетского рабства. Некоторые ученые (их часто называют минималистами) отрицают правдоподобность сюжета исхода. Другие, более консервативные (максималисты), считают возможными библейские события, несмотря на то что мы не располагаем никакими иными доказательствами, кроме самого повествования. Какой же точки зрения нам следует придерживаться, если мы хотим интерпретировать библейские сюжеты с исторической точки зрения, независимо от наших религиозных убеждений?

Некоторые факты позволяют допустить наличие некоторого исторического зерна в чересчур вычурных историях. Например, имя Моисей на самом деле египетское, а не еврейское. Также известно, что народ Израиля рассказывал много-много историй о своем происхождении из Египта. В то же время ни одно событие, из описанных в Исходе, не кажется правдоподобным. Однако вполне допустимо, что некоторые израильтяне, осевшие в Ханаане, действительно бежали из египетского рабства. Если можно обнаружить какие-то исторические следы в поддержку любой теории, то она выглядит вполне правдоподобной. Если люди одной группы помнят, что среди них находились две акушерки, то их вероятная численность может оцениваться в несколько сотен человек. Таким образом, вполне возможен побег небольшой группы рабов — во главе с кем-то по имени Моисей? — которая пересекла пустыню и затем осела в Ханаане. Позже, когда они оглядывались на пережитые приключения, они воспринимали их как чудо. Когда же они рассказывали о своем исходе, чудо становилось все больше и больше, как и численность людей. Много веков спустя мы читаем о 600 тысячах мужчин, не считая женщин и детей, спасавшихся пешком, во главе с великим пророком Моисеем, покаравшим египтян и разделившим Красное море на две части, что привело к уничтожению египетской армии.

Это великое чудо, сложившееся и повторенное в рассказах сказителей в течение многих поколений, стало рассматриваться как определяющий момент в формировании народа Израиля и подтверждении его богоизбранности.

Литературная функция легенд

Наши размышления наводят нас на мысль о литературной функции библейских легенд. Их рассказывали и пересказывали несколько раз, пока не записали как части Яхвиста, Элогиста и Жреческого кодекса, а затем объединили в одно повествование, составившее Исход. В своем окончательном виде библейские сюжеты не просто пытаются описать исторические события, как и большинство легенд, они пытаются научить своих читателей и слушателей важным урокам. В настоящем случае это уроки о том, что значит быть частью народа Израиля и как Израиль взаимодействует с Богом, сотворившим все сущее.

 Избрание народа Израиля. В контексте Пятикнижия истории, конечно, тесно связаны с повествованием Бытия, где мы читаем об обещании Аврааму стать прародителем великой нации. В Исходе обещание выполнено: численность Израиля действительно возрастает. И народ верит в Бога Авраама, Того, Который создал Вселенную, считает Его своим спасителем и защитником. Это не просто какая-то группа людей, это народ Бога, который находится под Его защитой. Для многих израильтян события Исхода стали прямым и ясным объяснением их богоизбранности, когда Он действовал во имя Своего народа, выводя их из рабства и даруя Завет и законы о том, как жить и молиться. Позже израильтяне усвоили простые теологические истины из событий Исхода: они могут быть слабыми, но их Бог, Который уже показал им Свою благосклонность, всемогущ. Он может защитить их, а они в свою очередь должны Ему повиноваться.

 Превосходство Бога. Бог, Который избрал Израиль, не был просто каким-то богом: Он был богом, сотворившим Вселенную и все народы на земле. Из всех людей Господь выбрал народ Израиля. Он не был их местным богом, Он господствовал над всей вселенной. Бог Израиля был гораздо сильнее любой нации, даже величайшей силы того времени: народа Египта и его могущественного фараона. Египет и фараон явились простыми пешками в всемогущем плане Господа, решавшего судьбу Своего народа. Более того, Он владычествует над всеми силами земли. Как создатель всего, Он является Господином всего сущего и может заставить все стихии подчиняться Своим приказам (как в историях с болезнями и Красным морем).

 Бог, Который спасает, есть Бог, Который поучает. Закон Божий был передан не какому-то безвестному народу, но израильтянам — богоспасенной нации. Последовательность повествования является крайне важной: сначала Господь спасает Свой народ, затем дает ему законы. Мы рассмотрим, как связаны между собой акт избирания с Законом, в следующем разделе этой главы.

 Пасха уходит своими корнями в историю. Правила ежегодного пасхального праздника вырабатываются на фоне значительной части повествования о чуме (см. гл. 12–13). Для некоторых древних израильтян еженедельное соблюдение Шаббата коренится в Божественном акте Сотворения мира (Быт., 1), так же как и празднование Пасхи — в Божественном акте спасения Своего народа, Израиля (см. ниже отступление «Пасхальная трапеза»). Сюжеты сотворения и исхода так похожи, что некоторые израильские мыслители пришли к выводу: исход становится новым актом творения, на этот раз народа Израиля.

 Бог и убийство. Однако не все уроки, которые можно почерпнуть из Исхода, покажутся в равной степени хорошими современным читателям. После исхода Бог дает Моисею Десять заповедей, которые будут включать предписание: «не убивай». Однако из всего контекста Библии очевидно, что эта заповедь означает: «не убивай своего собрата израильтянина». Сам Бог убил первенцев каждой египетской семьи (сложно воспринять такой масштаб убийства: представьте себе всех первенцев всех семей в вашем родном городе, умирающих за одну ночь), не говоря уже о всех солдатах армии фараона. Позже, когда израильтяне начнут завоевывать Землю обетованную, Он даст вполне четкие инструкции убить всех мужчин, женщин и детей. Многие читатели сегодня испытывают триумфальное чувство удовлетворения, читая о том, как были наказаны враги Господа. Тем не менее важно понимать, что Бог Библии (Ветхого и Нового Заветов в одинаковой степени) не связан современными взглядами на то, что является правильным, истинным и справедливым для всех людей.

ОТСТУПЛЕНИЕ

Пасхальная трапеза

Тора предписывает всем взрослым мужчинам принимать участие в трех ежегодных праздниках: Пасхе, Пятидесятнице и празднике Суккот. Все три, вероятно, берут свое начало из сельскохозяйственного цикла: Пасха — чтобы возрадоваться увеличению стада, Пятидесятница — весеннему урожаю и Суккот — осеннему урожаю. В конце концов они приобрели особую значимость. Пасха, например, теперь напоминает об исходе из Египта.

Первоначально, по-видимому, израильтяне просто посещали свои ближайшие храмы, чтобы совершать богослужение. Тем не менее, когда был построен храм в Иерусалиме, мужчинам предписывалось и поощрялось совершать туда паломничества на большие праздники.

В конце концов Пасха объединилась с праздником опресноков, который длился семь дней и стал главным фестивалем еврейского календаря. Хаг а-мацот (праздник опресноков) до сих пор является частью Пасхального торжества. В древнем иудаизме праздник отмечался вкушением специальной символической трапезы. Израильтяне чудом избежали смерти от чумы и гибели своих первенцев, когда мазали свои двери кровью убитых ягнят. Неудивительно, что основным блюдом стал ягненок, принесенный в жертву. Кровь ассоциировалась с вином, которое выпивали в течение трапезы. Сорт хлеба олицетворяет собой готовность израильтян в любую минуту покинуть Египет, с позволения фараона. Он должен был быть пресным, ведь у израильтян не хватило бы времени положить дрожжи и дать тесту подняться. Горечь травы во время трапезы знаменует собой горечь египетского рабства.

В Новом Завете описывается, как Пасха празднуется в Иерусалиме. Подобный факт действительно имеет важное значение для нашего исследования. Именно во время Пасхального праздника был арестован, судим и распят Иисус: в христианской традиции событие отмечается Евхаристией. Среди современных евреев пасхальный седер (ужин) — наиболее любимый праздник.