Иозеф Клаус на фронте не был. Не убивал он русских. Не жёг селений. Он мирный житель. Служил в тылу он. Ковал железо. Точил снаряды. Район Шпандау. Живёт здесь Клаус. Спокоен Клаус. На фронте не был.

И фрау Клаус спокойна тоже. Иозеф Клаус на фронте не был. Не убивал он русских. Не жёг селений. Он мирный житель. Служил в тылу он. Ковал железо. Точил снаряды. При чём здесь Клаус? Он мирный житель. Другие будут за всё в ответе. И дети тоже совсем спокойны.

Иозеф Клаус на фронте не был. Не убивал он русских. Не жёг селений. Он мирный житель. Служил в тылу он. Ковал железо. Точил снаряды. Он чист, как ангел.

Спокойны дети. Спокоен Клаус.

Кругом в Шпандау идёт сраженье. Стреляют немцы. Стреляют наши. Вдруг грохот рядом. Снаряд со свистом в окно ворвался. Взрыв дёрнул стены. Осели стены.

Уцелела чудом каким-то фрау. Сохранились чудом каким-то дети. А Клаус рухнул. Лежит, а рядом лежит осколок. Взял в руки Клаус. На срезы глянул:

- Из нашей стали... Из нашей пушки.

Сказал и умер.

Иозеф Клаус на фронте не был. Он мирный житель. Ковал железо. Точил снаряды.

За что ж, скажите, конец столь дикий?

Рыдают дети. Рыдает фрау.

Берлин в апреле. Район Шпандау.