…На пороге стояла тетя Вера Чернова. Мама Славки.

– Ой, как хорошо, что вы дома! – всплеснула она натруженными руками. – А то с утра вас найти не могу. Давайте, давайте, тимуровцы, ко мне. Я такой яблочный пирог приготовила – пальчики оближете, языки проглотите. Яблочный Спас уже начинается! Мне спешить надо!

Она схватила Саньку за руку и потащила за собой. А Санька, в свою очередь, схватила меня за руку и меня тоже потащила за собой. Мы чуть с лестницы не загремели вослед тете Вере, резво соскочившей с крыльца.

Какие тимуровцы?! О чем речь?! Не знали мы еще никаких тимуровцев.

Так и семенили мы за тетей Верой, как малые детишки, которых за ручки ведут в детском садике, а они сами еще друг друга за ручки держат.

Что еще показалось странным – тетя Вера поволокла нас не на улицу, на нормальную дорогу вдоль домов, а на задворки… И там мы по краям огородов, по кочкам и колдобинам понеслись к дому доброй нашей соседки.

…Пирог яблочный выглядел на столе роскошно. Был он с пылу с жару! Пах обалденно!

БОМММ!.. БОМММ!.. БОМММ!..

Звук почти как у наших часов. Но били уже не часы наши, хотя мы не удивились бы тому, что их звук теперь долетает и до дома тети Веры, который стоит вторым от нашего, за соседским домом тети Люси… Бил колокол нашей загривской церкви святителя Николая Чудотворца! Кстати, единственный храм в Платонове, который не был закрыт в эпоху обязательного и непреклонного атеизма.

– Ой, ну мне пора на всенощную! – всплеснула руками верующая тетя Вера. – Если со мной в церковь не пойдете… да лучше и не надо пока… а то опять с утра эти ходили тут… Ешьте, только не обожгитесь. Чай заварила. Пейте. И меня дождитесь. На улицу пока сами не выходите. Ладно? Потом объясню все… Да, а ваш этот летун чудесно яблоки собирает. Он там еще летает… Я побежала. С Преображением вас! С праздником!

И тетя Вера впрямь убежала – и как-то сразу пусто без нее сделалось в ее же доме.

Столько всего непонятного и даже настораживающего натараторила тетя Вера! Но мы слушали вполуха, не отрывая взглядов от пирога и глотая слюну.

Молча налили себе чаю. Молча и скромно так отрезали по куску пирога, по куску среднего размера в сравнении с пирогом почти полметра на полметра. Налили себе чаю. Сели за стол.

– Слушай, Сань! – спохватился я. – Забыл суп в холодильник убрать. На столе он там…

– Не испортится, – безоговорочно постановила Санька, сказав с полным ртом «нэиспооиисся»… прожевала, проглотила и добавила серьезную гипотезу: – Я, Аль, знаешь, думаю, этот суп вообще никогда уже не испортится…

Спокойно попить чай и обсудить происходящее нам не дали. Казалось, весь мир вертится вокруг нас и тех нас, которые на самом деле не мы…

Бух-бух-бух по ступеням крыльца – и в дом ввалились Славка с Артурчиком.

– А! Вот вы где! – обалдел Славка. – Пирог примагнитил! А мы вас с утра ищем! Надо было сразу конфет купить!

Мы с Санькой даже не поздоровались с друзьями, а как-то странно переглянулись. И, видно, сделали это так многозначительно, что пацаны заметили наши таинственные переглядки и даже слегка оцепенели.

– И давно ищете? – решил я разрядить атмосферу, а заодно и разузнать кое-что даже более таинственное.

– Говорю ж, с утра, – ответил Славка, но ближе к столу не подошел, словно почуял что-то неладное.

– И где искали? – продолжила допрос Санька.

– Да везде, Сань! – тотчас откликнулся Артур-чик. – И домой к вам стучались.

Мы снова переглянулись: что же выходит? Эти «зелененькие потеряшки» не такие уж простые и как-то узнали, что сегодня в Загривках должны появиться мы настоящие?

Сестренка первой спохватилась:

– Ладно, садитесь. Чайку попьем.

Прозвучало это, однако, тоже как-то странно – немного наигранно. Таким тоном следователь приглашает к столу подозреваемого… Поэтому пацаны присели как-то немного робко. Даже Славка, который, собственно, к себе домой пришел.

– А мама в церковь пошла? – спросил он.

– Угу, – кивнул я и решил еще немного разрядить обстановку: – Кто-нибудь знает, кто такие «тимуровцы»?

– Я – ни разу, – сразу признался Артурчик.

А Славка немного помедлил, поморщил лоб.

– Погоди-ка! – помахал он рукой, вскочил из-за стола и кинулся в комнату.

Вернулся Славка через полминуты и положил на стол допотопную, истрепанную и пожелтевшую детскую книжку. На обложке был изображен светловолосый пацан с красным пионерским галстуком. Он мчался в ночи на мотоцикле с зажженной фарой, а за ним, прижавшись к нему, сидела девчонка с косичками. Ни разу не близнецы!

Название гласило «ТИМУР И ЕГО КОМАНДА». Автор – Аркадий Гайдар.

Про автора мы с Санькой слышали: воевал на Гражданской войне, погиб в Великую Отечественную.

– И про что там? – спросила Санька.

Артурчик напрягся, страдая от того, что не может ничего сказать – тоже никогда в руки не брал эту книжку.

– Я давно читал… Года три назад, – признался Славка. – Да там про такую команду пацанов. Ну, и городок или поселок вроде нашего. Точно не помню. Так вот они типа тайно помогали семьям офицеров, которые то ли на войне были, то ли на учениях… Старая книжка. Это все до войны было… Ну, и девчонка городская к ним примазалась… Ну вот. А главного у них, альфу такого, Тимуром звали.

Пока Славка рассказывал, Артурчик во все глаза смотрел на мою сестренку. Прямо-таки изнемогал весь от какого-то непонятного восхищения.

Ну, я-то видел, что Санька заметила это, и уже вся ревностью исходит, губки поджимает и Славку вполуха слушает… Сейчас разразится!

И точно!

– Чего глазами ешь? – рыкнула Санька на Артурчика. – Лучше зубами пирог жуй!

Артурчик бедный опешил:

– А я что? – Но нашелся на первый взгляд молодцом: – Давно не видел тебя… Соскучился.

Санька на меня посмотрела, и в глазах ее полыхнули молнии, предназначавшиеся Артурчику, а я просто невозмутимым громоотводом послужил. И правильно сделала сестренка. Я ж знал, что она подумала, что хотела выплеснуть на Турю: «Ага, соскучился он! Знаем! Гулял где с ней? Целовались уже? Где – колись!» Но она сдержалась… а то у Артурчика крыша бы съехала!

– Что скажешь, брат? – абсолютно хладнокровным голосом киборга обратилась ко мне сестренка. – Пора?

– Пора, – так же строго и мощно ответил я.

И подумал: «Теперь главное – не заржать не вовремя!»

– Тогда я начну, – сказала сестренка.

– Начинай, – согласился я.

И правильно: Саньке Артурчик сразу поверит, а Славку мы дообработаем потом вместе, если что.

– В общем, тимуровцы – это не мы, – провозгласила сестренка и сделала паузу.

– Не понял, – заморгал Славка…

…а Артурчик просто не воспринял. Сидел и глазами хлопал.

– Нас тут не было три дня, – продолжила Санька. – С того самого момента, как мы утром пошли в «Сигнал»…

– Как не было? – удивился Славка.

– Как не было?! – прямо ахнул Артурчик. – А с кем же я…

– Целовался?! – сорвалась-таки, заорала Санька, аж подскочив на стуле.

– С кем?! – Артурчик как будто уменьшился в два раза.

– С ней! – бушевала Санька.

– Погоди, сестра, не гони волну, – со спокойствием индейского вождя проговорил я, а во мне вся глубина души тряслась от смеха. – Остынь, а я пока продолжу…

Молодец у меня сестренка – к брату чутко прислушивается… Сразу вздохнула глубоко и выдохнула… С другой стороны, подумалось мне, сцена, которую Санька закатила, насильно прибавит веры пацанам… хотя бы Артурчику.

– Давай, – кивнула, – а с этим потом разберемся…

– В общем, братаны, сейчас мы расскажем вам нечто такое, что гораздо круче истории деды Геры про инопланетян, – нагнав солидности в голос, предупредил я. – Не знаю, правда ли то, что он рассказывал, но у нас – настоящая правда… и вам придется поверить, иначе тут что-то нехорошее может случиться.

Я сделал паузу… Секунд десять стояла полная тишина… и снова стало слышно, как где-то муха гудит… «Уж не дрон ли какой-нибудь вражеский!» – невольно подумалось…

И стал рассказывать. С чувством. С толком. С расстановкой.

Когда дошел до нашего обследования теми «левыми» ментами, Санька не вытерпела:

– Можно дальше я?

– Валяй, сестренка, – кивнул я.

Мой рассказ был типа триллером, а в устах сестренки он перешел в реальный ужастик. Санька прибавила две тонны эмоций и даже побледнела немного – чтобы такому не поверить, нужно быть ментом или психиатром… или уж совсем бесчувственным чурбаном. Когда на сцене появились наши «псевдородители», даже Славка рот разинул, а за него я больше всего боялся…

Рассказ закончился реалистичными подробностями о небывалом порядке в нашем доме, который служил явным доказательством инопланетного вторжения!

И тут Санька, наконец, как-то сдулась, иссякла, так что про чудо со старинными часами уже я дорассказал.

И замолк.

И снова воцарилась тишина…

– А вот еще доказательство! – вспомнил я про радужный браслетик, который совсем не чувствовал на руке. – Они дали, чтобы мы их детям показали!

– Я и гляжу, какая-то клевая штука у тебя появилась… брендовая на вид, – откликнулся Артурчик. – Даже спросить боялся, откуда она у тебя… почему раньше не видел…

И я четко осознал, что где-то вовсе не муха жужжит, а вправду что-то техническое.

– Это очень… очень круто, – тихо пробормотал Артурчик и, оказалось, что не про клёвую брендовую фенечку. – Смотришь тут всякие киношки… думаешь, фантастика… а рептилоиды уже здесь, в твоем доме копаются… типа за спиной у тебя…

– Они не рептилоиды! – кинулась на защиту инопланетян Санька. – Они нормальные… Рептилоиды людям не помогают! И найти своих детей не просят.

– Да я понимаю, извини, – снова сжался Артур-чик. – Просто даже завидно. – И запросил подмогу: – Жалко, что нас с Черным там с вами не было! Скажи, Слав!

– Ну да, – кивнул всегда очень трезвомыслящий Славка. – Всем вместе там легче было это… ну, проанализировать ситуацию и понять, что делать… со всем этим. Может, и эвакуировать весь город надо… и «Сигнал» закрыть совсем… Ну, как американцы закрыли совсем эту Зону Пятьдесят Один у себя в Неваде… где летающая тарелка упала.

– То есть ты предлагаешь все военным рассказать? – возмутился я до глубины души, не ожидав от Славки таких запредельно взрослых рассуждений. – Да они нас же сначала в психушку отправят, а если что и найдут в «Сигнале» аномального, так нам вообще уже родителей не видать! И этим, зелененьким, своих детей не видать… И воли нам не видать! Слишком много знаем! Они же с нами, сам знаешь, что сделают!..

– Не знаю, но догадываюсь, – опять же по-взрослому согласился Славка.

– Так, Аль, стоп. Погоди гнать волну, – теперь уже Санька напустила на себя деловитое спокойствие, видя, что ее рассказ произвел нужный эффект, а я вышел из берегов, как она недавно. – Пусть теперь они подробно расскажут, что тут происходило в эти три дня. – И обратилась к Славке: – Вы успели рассказать тете Люсе о том, что мы пропали?.. Кроссовку мою показали? И как потом все обернулось?

– Не, слава Богу, не успели, – помотал головой Славка. – Я сказал Туре, что сначала надо с утра к вам зайти… Проверить, ушли вы или нет. А то мало ли – может, какой форс-мажор случился и вы все отменили…

– Маладца! – хлопнула в ладоши Санька.

А Артурчик униженно шмыгнул носом… и тут же рванулся вперед:

– Мы пришли полдесятого… Я даже позавтракать не успел. Во! Смотрим: дверь открыта… а на террасе – вы… – Он нахмурился и потупился. – Ну, выходит, что не вы, а эти…

– И что, ничем от нас не отличались? – строго вопросила Санька.

– Ничем, зуб даю! Ничем! – поклялся Артур-чик. – Скажи, Слав!

– Вроде так, да, – подтвердил Славка, но с каким-то сомнением в голосе. – Но что-то все-таки было не то… если подумать…

– Что «не то»?! – хором выпалили мы с Санькой.

– Какие-то вы… ну, улыбчивые чересчур, что ли, были… – прищурившись, прямо как сыщик, сообщил Славка. – Особенно ты, Сань… Уж извини.

Сестренка моя сжала губки, но смолчала.

– Что сказали-то они, кроме «Доброе утро, земляне. Мы пришли к вам с миром»? – немного, но по делу прикололся я.

Умный Славка глянул на Артурчика и умело передал слово другу.

– Просто «Доброе утро!» сказали, – доложил Артурчик. – А потом произнесли, что в «Сигнал» не пойдете… то есть не пойдут, а нужно срочно деде Гере дрова порубить, а то у него очень ноги разболелись и он не может.

– Не порубить, а поколоть, – уточнил загривский житель Славка.

У меня даже немного в голове зашумело… Наверно, и у Саньки – тоже.

– А кто сказал? Он или она? – как-то невольно и непонятно зачем спросил я.

– Ты! – ответил Артурчик и тут же спохватился: – То есть он…

– И вы сразу пошли? – продолжила допрос Санька.

– Ну да, – подхватил тему Славка. – Только я обратил внимание… на террасе два набитых рюкзака стояло, а ты, Аль, мне один показывал… У вас же один только, да? Ну, с которым вы в «Сигнал» хотели идти… А тут было два. Одинаковых. И потом оказалось, что в этих рюкзаках полно всего.

– Инопланетного? – хором вопросили мы.

– Да нет… земного, – ответил Славка. – Только вот это все потом началось. А сначала мы пошли к деду Гере – и все вместе дрова кололи… Ну, они так четко кололи… Деда Гера и назвал вас… нас всех «тимуровцами»… Только он как-то очень подозрительно на вас, то есть на них, поглядывал… Верно, Турь?

– Ну, не знаю. Я не заметил, – пожал плечами Артурчик.

– И как-то уж очень сильно ноги у деды Геры болели… – заметил Славка. – И он в небо тоже часто поглядывал.

– Давай, что дальше было… Не затягивай, – потребовала Санька. – После дров.

– А потом они сказали, что нужно и моей маме срочно помочь… и тете Люсе, и еще тете Васе тоже, – продолжил Славка. – И мы вернулись к вам домой. Они стали рюкзаки потрошить. Мы слегка прибалдели. Там куча всяких железок была. Откуда успели набрать, непонятно… – И Славка вдруг сделал страшные глаза и даже указательный палец вверх поднял. – Во где собака порылась! Вот тут и должны были мы с Турей сообразить, что это не вы, а кто-то под вас замаскировался… Типа совершенно несвойственные вам увлечения. Но мы как под гипнозом были…

– Под гипнозом?! – опять же хором выпалили мы с сестренкой и переглянулись.

– Ну, типа того… – кивнул Санька. – Они сказали: «Помогите нам скорее», и мы просто стали помогать собирать эти дроны… Ну, там железяки эти, проводки, аккумуляторы, отвертки…

– Почему это «несвойственные увлечения»? – вдруг возмутился я, вспомнив всякие наши технические приколы и водяную катапульту.

– Сейчас поймешь, – как-то подозрительно серьезно пообещал Славка.

– Они еще сказали: «Помогайте, а то времени у нас мало», – осторожно добавил Артурчик.

– Точняк! – сверкнул глазами Санька. – Я и забыл. Так и сказали. А мы даже не спросили почему… Ну, точно под гипнозом были. Ну, и стали собирать эти дроны для моей мамы и тети Люси, чтобы они яблоки и вишни собирали. Чудно́!

– Это ж они, значит, всех успели заранее просканировать, – поделился я с сестренкой еще одним пугающим выводом. – Они как-то все про всех узнать успели… Они на расстоянии и наши мозги просканировать могли. Они так и к нашим Павлинам могут поехать.

Санька только головой отчаянно помотала. Мол, «Ой! Все что угодно, только не это!»

Пацаны между собой переглянулись.

– А зачем им ехать к вашим родакам? – резонно вопросил Славка. – Ну, если б они были плохими пришельцами, они бы вас укокошили уже, чтобы полностью здесь заменить, и трупы ваши бы это… аннигилировали… А они вон в добрые дела типа ударились. И потом их же собственные родаки ищут… в смысле, предки. Они же вам сказали, что этим… ну, детям их, опасность грозит… Точно, они где-то поблизости прячутся.

Славка нас немного успокоил.

Он и сам это заметил и продолжил, причем обращаясь именно к моей сестренке, словно хотел еще больше успокоить ее, отвлечь от мрачных мыслей:

– Вот я и говорю, Сань… Нам бы тогда и чухнуться… Ты ж тогда, прямо как настоящий автомеханик, стала второй дрон собирать… который как раз для тети Люси. А уж когда тете Васе – этот комбайн для сбора полива и сбора капусты – так, вообще, космос!.. Нет, я понимаю, у вас водяная катапульта есть и много всякого… но чтобы так конкретно… типа изобретение на пользу человечества… Уж извини…

Моя сестренка только терпеливо покусала губки. Да, на самом деле Санька в ту пору мечтала стать ландшафтным дизайнером… но жизнь так повернула, что стала в итоге педиатром. И вообще, характер у нее поменялся потом круто, но это – отдельная и большая история. Как-нибудь расскажу вам.

– Она попросила помочь… эта, которая под тебя заделалась, – снова решился вступить в разговор Артурчик… – И я тоже заметил, что она какая-то не совсем такая, как ты.

– А какая? – вонзила Санька взгляд в Артурчика.

– Ну… какая-то чересчур… идеальная, что ли.

– Вот и катись к ней, если она такая идеальная! – снова разразилась грозой сестренка.

– Ты не так поняла, – простонал Артурчик.

– Я прекрасно все поняла! – бушевала сестренка.

– Я не то хотел сказать… – все бледнел и бледнел Артурчик.

– Вот ей и говори, как хотел! – не жалела рыцаря моя сестренка.

Да уж, Артурчик косячил капитально… Зато потом на всю жизнь усвоил, что при девушке ни в коем случае нельзя ничего говорить про какую-нибудь другую девушку.

Я решил прийти к нему на помощь – мужская солидарность как-никак:

– Сань, не гони все-таки… Все мы тут – в шоке. Не усиливай стресс, а? Туря точно совсем не то имел в виду…

Славка тоже вовремя подтянулся со своей, как всегда, тяжелой артиллерией и серьезно так стрельнул:

– Слушай, Сандрочка, Туря дело говорит… хотя и не теми словами, какие тебе нравятся. Я вот сейчас тоже вспоминаю, и только сейчас до меня доходит: оба они были такие… глянцевые, что ли… прямо как три дэ графика в высоком разрешении… как из мульта…

– Точно! – встрепенулся Артурчик. – Будто из манги сюда пришли… ну, или из игры какой-нибудь… Ты вот живая такая и красивая… хоть и злишься… а та какая-то как будто не совсем живая… на одной эмоции все три дня… улыбочка такая, как у немного ку-ку…

– Как у сектантов бывает, но без заморочки, – умело запутал Славка. – Туря прав: ты такая живая, что аж страшно… вот сейчас красивая и злая… что страшно делается… Скажи, Турь!

– Точно! Красивая! – подтвердил Артурчик и покраснел.

Гроза ушла из глаз моей сестренки. Снова чистое голубое небо открылось…

– Ладно, Турь, не обижайся, – ласково проговорила она и помахала ему ручкой. – Это я от шока… Извини.

– Не, ну понятно, – потупился Артурчик и растаял весь, как мороженое…

– Так, – хлопнул я ладонью по столу. – Сильно отвлеклись. У нас тоже времени, наверно, не так много, чтобы с этим всем разобраться. Поехали дальше. Получается так. Эти детишки где-то здесь… типа адаптируются. Их ищут. И похоже, ищут не только их родаки. Почему, не знаем… И еще на то похоже, что там из-за них какой-то наверху шухер в этих… тамошних силовых структурах. А то как-то странно все. Менты какие-то левые. Еще эти клоны девчонок. Что это вообще?

– Аль, они же в кого угодно тут превращаться могут, – сказал дело Славка. – Нам все равно их не понять никогда. Есть вариант вообще забить. Уж больно темное какое-то дело. Вы теперь дома – и все. Пусть сами разбираются.

– Но ведь их предки нам так и сказали, что их дети в опасности, – напомнила Санька. – И просили нас помочь. Даже сказали, что больше помочь некому. И что, мы бросим их?

Славка пожал плечами:

– Кто их знает… Они же сами намекнули, что вы видите не то, что есть на самом деле. Может, и слышали не то… Но то, что их не только их родаки ищут, а кто-то еще – это факт. И там тоже какие-то «игры престолов». Ключевое слово – «опасность». Раз дети в опасности, значит, и те, кто их будет искать, тоже будут в опасности.

Логика железная у Славки была! Не подкопаться.

Снова зависла тишина. Снова отчетливо слышалось снаружи странное жужжание.

– Так. Нужен тайм-аут, – предложил я, чувствуя, что у самого крыша опять тихонько поехала. – Надо все это переварить… И наверно, все-таки следует немного подождать. Может, что-то само начнет происходить, а там посмотрим. О! – осенило меня. – А эти штуки, которые они тут за три дня вместе с вами собрали, – их можно увидеть?

– Да на раз! – встрепенулся Артурчик. – Вон они еще в саду жужжат оба. Один здесь, другой у тети Люси.

Мы вышли в вечерний сад и перевели дух… Хорошо у нас в Загривках. Все спокойно, мирно… но так ли на самом деле?

Артурчик протянул руку и указал:

– Вон он!

И мы с сестрой увидели удивительный квадрокоптер. Сумчатый квадрокоптер! С длинной механической рукой-манипулятором. Он неторопливо двигался у верхних веток одной из яблонь, тянул руку, срывал аккуратно яблоко и опускал его в сумку, вернее, в обычный пластиковый пакет, прикрепленный к дрону снизу и напоминавший эдакое брюшко…

– Обалдеть! – прошептала Санька.

– У тети Люси еще круче, чем у мамы, – сообщил Славка. – У нее такой вишни собирает, у него две руки и потоньше… Там прямо ювелирная работа. Пошли посмотрим.

У тети Люси тоже были яблони, но деревьев гораздо меньше. У старых подружек-соседок существовало как бы разделение труда. У тети Веры, помимо ее животноводческого хозяйства, имелся яблочный сад вокруг дома, а у тети Люси – вишневый. Они обменивались урожаями.

Мы подошли к забору, разделявшему участки, и…

– А! Вот вы где, ребятишки! – накрыла нас тетя Люся…

Но голос у нее был прямо елейный!..

И вообще, тетю Люсю было не узнать – как будто ее тоже подменили каким-то инопланетным приветливым клоном.

– Заходите, заходите к нам! – помахала она рукой и подошла поближе, вся светясь теплом и добродушием… и добавила уже тихим голосом, обращаясь прямо к моей сестренке: – Только не по улице идите, а там, через позадки. Потом объясню. Давайте, давайте! Я пирог сделала. Яблочный Спас же!

Что-то подобное с нами уже случалось… два стола – и одинаковые угощения, а желудок уже полон.

Кстати, тетя Люся как образцовый учитель советской эпохи в церковь не ходила и в Бога не верила, но исторические традиции блюла свято.

Мы пошли через задворки…

– Что это с тетей Люсей? – задала как бы всем сразу вопрос моя сестренка. – Она так со мной никогда не разговаривала.

– Ты же ей этот сборщик вишни собрала, – даже удивился вопросу Славка. – Ну, не ты, но как бы ты… В общем, жизнь облегчила, а то ей все труднее и труднее вишню собирать. Особенно наверху.

Санька немного задумалась, носом пошмыгала, а потом толкнула меня локтем:

– Слушай, Аль, это что теперь – всю жизнь хорошими такими надо быть нам? Типа идеальными? Чтобы она всегда так… И все вообще…

Я тоже думал над этой проблемой и ответил не то чтобы очень уверенно:

– А почему бы и нет?

– Так я ж ей больше ничего не смогу собрать, – прямо-таки с удивительной ноткой отчаяния проговорила Санька. – И починить эту штуку… если сломается.

– Ты сейчас об этом не думай пока, – снова дал дельный совет рано повзрослевший Славка. – Посмотрим, что вообще тут будет…

К нашей с сестренкой радости, тетя Люся не сразу нас в дом, к столу, потащила, а хотела, чтобы мы еще все вместе полюбовались, как квадрокоптер-вишнеуборщик работает…

– …Хирургически точно, – сказала тетя Люся, однако без нотации, хотя и высказанной очень добрым голосом, не обошлась: – Вот, Саша, я всегда тебе говорила, что ты – девочка очень способная и талантливая… А теперь вон как удивила! Вот и развивай талант. Гладишь, станешь первой женщиной – генеральным конструктором космических ракет…

И внезапно, нам на удивление, тетя Люся пообещала моей сестренке:

– …Больше тебя донимать своими нотациями не стану. Вижу, что можешь, если захочешь. Дальше сама живи, своим умом. У тебя его немало.

Санька сначала бледнела, потом краснеть начала… Зыркнула в мою сторону. Во взгляде ее прямо вопль отчаяния полыхнул: «Аль, уведи меня отсюда!»

– Теть Люсь, нам тут еще глянуть это… комбайн у тети Васи надо, – придал я своему голосу тон слесаря высшего разряда. – И к деде Гере заглянуть… Дрова не дорубили… ну, то есть не докололи. Надо бы, пока не стемнело.