Чарли прислал письмо тем, кто знал о его встрече с президентом, в котором сообщил, что она прошла хорошо и что он берет отпуск на несколько недель. Он предложил нам сделать то же самое. Бюджет НАСА на 2011 г. был последним в федеральном бюджете, и нам некого винить, кроме самих себя. Не выполнив указаний президента, мы сами вывели себя из процесса. Теперь крушение поезда было неизбежно.
Джордж Уайтсайдс был первым человеком, которого я пригласил присоединиться ко мне в 2008 году в переходную команду НАСА. В то время Джордж был исполнительным директором Национального космического общества, и хотя я не знал его хорошо, все, кого я уважал в НКО и других организациях, говорили мне, что он великолепен. Они его недооценивали. После перехода он занял постоянную должность в НАСА, и я позаботился о том, чтобы он взаимодействовал с Чарли в первые дни, в том числе в качестве координатора процесса нашего утверждения. После того как нас утвердили, я предложил ему стать отличным руководителем аппарата, и новый администратор согласился. Джордж неустанно служил Чарли и в то же время стал одним из самых надежных и эффективных руководителей NASA в OSTP и OMB.
Примерно через неделю после встречи Чарли с президентом мы с Джорджем Уайтсайдсом были в офисе, когда позвонил сотрудник Белого дома и сообщил новость - только для наших ушей. Президент Обама выбрал первый вариант - полную отмену программы Constellation. Я был впечатлен тем, что президент решил выбрать вариант, позволяющий добиться наибольшего прогресса, признавая, что он также является наиболее сложным с политической точки зрения.
Реакция Джорджа на эту новость была более сдержанной. Он согласился с тем, что первый вариант является наилучшим сценарием для развития космонавтики. Его беспокоило то, что если попытаться отменить все программы Constellation сразу, то это может привести к тому, что отпор будет подавлен прогрессом в реализации наших приоритетов. Я полагал, что представление трансформируемого бюджета означает, что НАСА получит поддержку на высоком уровне со стороны Белого дома. Решение администрации подтвердило, что президент готов поддержать смелый, инновационный план.
Я знал, что дополнительный вес будет важен, поскольку это решение ставит нас на новый путь, по которому прямо на нас движется другой поезд: Конгресс.
Бет Робинсон стала нашим новым финансовым директором, утвержденным Сенатом. Бет была рекомендована мне Стивом Исаковицем, когда я был членом переходной команды, и до этого она занимала должность самого высокопоставленного сотрудника OMB. Она знала бюджетный процесс и участвующих в нем людей лучше, чем кто-либо другой в NASA. В праздничные дни Бет и ее команда работали с сотрудниками Белого дома в OMB и OSTP, отвечая на вопросы и приступая к подготовке формулировок для наших обоснований в Конгрессе (Congressional Justifications, CJ), которые, как ожидается, будут сопровождать бюджет.
NASA имело заслуженную репутацию организации, занимающейся стратегической утечкой информации из Белого дома, предшествующей принятию решения о бюджете. Учитывая, что мы уже проявляли упрямство, не следуя указаниям администрации, доверие к нам было на низком уровне. Решения президента были окончательно утверждены в начале января, и хотя мы с Джорджем в общих чертах знали, чего ожидать, подробности нам сообщили только после брифинга администратора.
Чарли ознакомили с бюджетом в конце января - за неделю до его официального опубликования. Масштабность решения, похоже, сильно поразила Чарли. По его словам, он чувствовал себя так, словно его ударили по кишкам. Я показал ему диаграммы с предыдущих совещаний директоров и рассказал о предыдущих указаниях и решениях, которые он почему-то не понял. Он сказал, что осознал свою причастность к этому процессу, но признал, что не до конца понимал свою роль. Я, по крайней мере, частично виноват в этом. После того как мои ранние советы и рекомендации были проигнорированы, я последовал его примеру и стал меньше рассказывать.
Поведение Чарли во время брифинга по бюджету в Белом доме вызвало тревогу по поводу его способности общаться и отстаивать стратегию администрации. Эти опасения привели к принятию решения, в соответствии с которым ему была отведена более сценарная роль в официальном объявлении бюджета. Этот план не понравился никому из нас - меньше всего мне, но Белый дом не хотел рисковать потерять смысл в первый день обнародования бюджета. В защиту Чарли можно сказать, что этот процесс не сильно отличался от того, как это происходит в крупных ведомствах, где секретарь выступает с подготовленным обзором и оставляет детали на усмотрение других. Рискованная альтернатива заключалась в том, чтобы процесс превратился в сюжет и отвлек внимание от сути предложения.
Это действительно так.
В день обнародования федерального бюджета Чарли зачитал подготовленное заявление для прессы, а затем сказал, что должен отбыть на "другие встречи". Он сообщил представителям СМИ, что вопросы и ответы на них будут задавать его заместитель и Джим Коленбергер (Jim Kohlenberger), руководитель аппарата OSTP. После нашей сессии вопросов и ответов Бет представила подробные цифры и ответила на вопросы, а меня вместе с доктором Холдреном и другими руководителями научных агентств отправили на другой конец города, чтобы представить бюджет NASA в Американской ассоциации содействия развитию науки. В конце дня я вернулся в штаб-квартиру и провел пресс-конференцию с ключевыми представителями СМИ.
Запрос администрации Обамы на финансирование НАСА в размере 19 млрд. долл. был увеличен на 300 млн. долл. по сравнению с предыдущим годом, а также на дополнительные 6 млрд. долл. сверх запланированного пятилетнего срока. Было предложено отменить программу Constellation, что позволило высвободить средства на дополнительный полет шаттла и продление работы МКС с 2015 по крайней мере до 2020 года. Новые средства были выделены на науки о Земле, передовые технологии, разработку ракетных двигателей, восстановление инфраструктуры и развитие партнерства с промышленностью, которое мы начали в рамках бюджета стимулирования экономики, для доставки астронавтов на МКС - программа, получившая название Commercial Crew.
Учитывая, что мы предлагали расторгнуть контракты на миллиарды долларов, негативная реакция на бюджет была неудивительной. Назначения в комитеты Конгресса выбираются в соответствии с собственными предпочтениями членов, что приводит к закреплению руководства комитетов, руководствующихся собственными интересами. Поскольку НАСА в течение десятилетий не являлось частью более широкой национальной повестки дня, в качестве ее носителей выступали самовыбранные сенаторы и представители, имеющие действующие контракты и работу в своих округах, чей основной интерес зачастую заключался в сохранении статус-кво.
Федеральный бюджетный процесс исключает проведение консультаций с Конгрессом и распространение какой-либо информации до ее официального опубликования, однако представители аэрокосмического сообщества утверждают, что они были шокированы тем, что столь радикальные изменения были предложены без их предварительного уведомления. Независимо от того, как это было объявлено, отмена контрактов на десятки миллиардов долларов никогда не была популярной, и никакие предварительные уведомления не смогли бы изменить их мнение. Обвинения в том, что бюджет разрабатывался в тайне, были вызваны парадоксальными интересами. Внутренняя команда НАСА, работавшая над проектом "Созвездие", полагала, что игнорирование указаний Белого дома достаточно для того, чтобы добиться своего. Они были в ярости и разочарованы тем, что не знали об окончательном решении.
Бюджетный запрос полностью соответствовал публичным рекомендациям Комитета Огастина, который был создан для анализа программы и подготовки предложений по будущему бюджету. В их выводах публично говорилось о нерешенных проблемах программы "Созвездие", а в отраслевой прессе уже несколько месяцев муссировалась мысль о возможности серьезных изменений в программах НАСА. Никто не мог ожидать, что администрация нарушит традиционные правила предоставления информации перед принятием решения, чтобы дать дополнительное время на планирование тем, кто, как она знала, будет против, но миф о том, что этот процесс был самой серьезной проблемой бюджетного запроса, продолжает существовать.
Слушания в Конгрессе были быстро назначены, и команда помогла Чарли подготовиться. Я просил президента или даже вице-президента сделать несколько звонков демократам, занимающим руководящие посты, из вежливости, когда будет опубликован бюджет, но обеспечение голосов по здравоохранению и другим приоритетным программам имело приоритет. Достаточно ли было бы личных звонков лидерам демократов на холме, чтобы предотвратить их противодействие плану, неизвестно, но это могло бы обеспечить контекст и свести на нет заявления о том, что процесс и принятие решения не зависели от президента.
Я разговаривал с сенатором Нельсоном и объяснил ему суть плана в день его обнародования и получил первоначальное представление о том, что он может его поддержать. Со временем выяснилось, что он, по вполне понятным причинам, был обижен тем, что не участвовал в разработке стратегии. Как и многим другим, для того чтобы принять новый план, ему пришлось бы признать, что программа, которую он курировал и публично поддерживал, ни к чему не привела.
Во время одной особенно неудобной встречи один на один в своем сенатском убежище он направил весь свой гнев в мою сторону. В ответ на публичные высказывания Элона Маска о способности компании SpaceX улучшить существующие программы НАСА Билл Нельсон крикнул мне, чтобы я "привел в порядок вашего мальчика Элона". Учитывая, как много космическое побережье Флориды выиграет от инвестиций в инфраструктуру и развития мощной индустрии коммерческих запусков, его отсутствие поддержки было особенно разочаровывающим.
Чарли было трудно объяснить содержание бюджета и свою роль в его формировании, что привело к тому, что даже руководство НАСА посчитало, что он был подорван в этом процессе. Старшие сотрудники НАСА поспешили заявить на холме, что они не разрабатывали план, который был представлен Конгрессу, и утверждали, что скудные технические детали свидетельствуют о том, что программа еще не готова к началу работы. Они так и не признали, что их собственное нежелание следовать указаниям Белого дома стало причиной выведения NASA из процесса, или что технические детали, связанные с новыми технологическими программами, разрабатываются в процессе переговоров о грантах, а не в момент их предложения.
Отделить послание от гонца было непросто, а если я занимал место номер два, то мои слова оставались без внимания или даже хуже. Чарли не хотел критически относиться к программе "Созвездие", беспокоясь о том, как это отразится на рабочей силе. Я же считал, что мы должны открыто говорить о том, что программа сильно отстает от графика, признавая при этом, что проблемы обусловлены структурными решениями и не являются отражением кадрового состава. Наши разные подходы не позволили нам выработать убедительное и последовательное послание.
Чарли ответил на обвинения в том, что я виноват в том, что бюджет не получился, заявив, что "в бюджетный процесс было вовлечено много людей". Вместо того чтобы сосредоточиться на том, как данное предложение будет способствовать достижению более значимых целей Агентства и получению экономических выгод, он сказал, что если члены комиссии хотят кого-то обвинить, то они могут обвинить его. Независимо от того, было ли это его намерением или нет, его ответ никак не помог избавиться от впечатления, что это бюджетное предложение было создано без его ведома или ведома Президента.
Любой, кто хоть что-то знает о том, как добиться значительных изменений в крупных государственных программах, понимает, что для этого необходимо единогласие самых высокопоставленных чиновников, имеющих свои интересы, включая окончательную подпись главнокомандующего. Правда заключалась в том, что существующая программа была отвратительной, а предложенные нами стратегии и программы не были ни неожиданными, ни радикальными. Тактика обвинения группы низкоуровневых функционеров, возглавляемой мной, в том, что они определяют программу, направленную против полетов человека в космос, культивировалась людьми, заинтересованными в сохранении существующей программы, включая "мальчиков из стакана" самого Чарли. Газовое освещение преобладало. Послание формировалось сообществом, которое было ответственно за проблемы с программой "Созвездие" и, следовательно, больше всех теряло.
Идеи, лежащие в основе этого предложения, зародились у меня, но в конечном итоге были поддержаны президентом Обамой, его советником по науке, директором OMB, Национальным экономическим советом и Комитетом Огастина. Я не разговаривал с президентом напрямую о его целях в области пилотируемых космических полетов со времен моей работы в переходной команде. То, что я услышал от его сотрудников, и то, что Чарли сообщил о своих собственных встречах, заставило меня поверить, что взгляды Обамы соответствуют тому, что мы обсуждали в 2008 году. В некотором роде изложение событий было лестным для меня, поскольку в нем мне приписывалось, что я сумел перехитрить не только генерала морской пехоты и администратора астронавтов, но и президента Соединенных Штатов.
Через месяц после обнародования бюджета в прессе появилась информация о том, что в ответ на распоряжение Чарли руководитель крупнейшего центра НАСА - Центра космических полетов имени Джонсона в Хьюстоне (JSC) - приступил к разработке плана, альтернативного президентскому. Майк Коутс был одним из однокурсников Чарли по Аннаполису, ставшим астронавтом. Он работал в компании Lockheed Martin в период между полетами на шаттле и занятием руководящей должности в НАСА. Майк был из тех мальчишек, которые не понимали, почему правительство может доверить программу пилотируемых космических полетов другим компаниям, кроме тех, на которых работал он сам.