Наши чаяния о походе в Россию побуждали нас считать Болгарию лишь промежуточным этапом. Но жить там воинской, лагерной жизнью нельзя было – не было средств, и Главнокомандующий приказал переменить винтовку и шашку на лопату и соху. По всей Болгарии корниловские офицеры искали работу, но в бедной стране большого спроса на рабочую силу не было. Для 260 корниловцев нашелся труд на копях у Перника (в 60 км от Софии).

Перник – примитивный поселок на 7–8 тысяч углекопов, состоявший главным образом из трактиров, кухмистерских и мелочных лавок. Но с прибытием туда русских жизнь переменилась: богослужения в церкви, концерты, доклады, вечера; появились русский ресторан и столовые. Всюду мелькали цветные фуражки – в Пернике побывали чуть ли не все галлиполийцы, попавшие в Болгарию. Они говорили: для нас все дороги ведут в Перник. Разместились в бараках, побатальонно; части «цветной» дивизии – подле рудника Хумен Дол, прозванного Хумендольской губернией. В каждой полковой группе было 1–3 старших, не работавших в мине, но от ее дирекции получавших жалованье. Командир 2-го Корниловского полка полковник Левитов¹²⁹ отказался от этой должности и пошел простым забойщиком. С прибытием на Перник генералов Галлиполийского корпуса корниловцы уступали им должности старшин и становились на работу. Командир 1-го Корниловского полка полковник Гордиенко снял в 50 км от Перника дом для штаба полка и для размещения тяжелых инвалидов и стариков.

Население относилось к нам, русским, без симпатии, а многочисленные коммунисты, расхрабрившиеся под властью Стамболийского, отравляли нам жизнь. Однажды во время танцевального вечера в помещении взорвались две бомбы – 6 русских было ранено. Но в один прекрасный день по улицам Перника проскакали кавалеристы, разогнали народ, и было объявлено о свержении Стамболийского – Болгарией стал править царь Борис. В связи с этим изменилось и наше положение: в Пернике был сформирован вооруженный отряд из рот Корниловской, Марковской, Алексеевской, Дроздовской. Парад батальона принял болгарский генерал Волков.

Между тем время шло. Международная обстановка изменялась так, что рассеялись мечты о походе, и корниловцы (как и чины иных полков) уехали за границу. В Пернике осталось только обширное русское кладбище…