- Айлин. это программа четвертого курса общей артефакторики и алхимии¹ Неужели вы действительно не знали?!

- Айлин почувствовала как запылали уши. и потупилась, не желая признаваться, что целую неделю до экзамена они с Саймоном тайком от всех - даже от Дарры! - составляли невидимые чернила, настроенные только на ее собственную ауру, а в день экзамена влезли через окно в аудиторию, выбрав момент когда магистр Адальред отлучился, а остальная комиссия еще не собралась, и быстро пометили те билеты, которые Айлин успела выучить. Да. нечестно! Но уж семь баллов по алхимии она за эти чернила заслужила точно а леди Уинн поставила только четыре балла, да и то с третьего раза¹

- Наверное, я не очень хорошо запомнила именно эту тему. - призналась она. - Зачем вообще некромантам артефакторика с алхимией? Ведь я же никогда не буду делать артефакты!

- А зачем артефакторика с алхимией разумнику? - незозмутимо поинтересовался Кармель. - Может, как раз для того, чтобы понимать, с чем имеешь дело?

- Он снова указал взглядом на звезду, и Айлин окончательно покраснела.

- Я... перечитаю учебник. - пообещала она. - Вы правы...

- И, чтобы сменить не слишком приятную тему, подошла к портрер/. Кармель последовал за ней, и они вдвоем посмотрели на леди Вольдеринг.

- Имена ваших тетушек, - мгновенно понял разумник то же самое что и Айлин. - Похоже, лорд Морхальт всемерно... чтил эту даму. Назерное. гордился родством сТремя Дюжинами

- Я точно знаю, что никогда ее не видела. - призналась Айлин. - Но все-таки она кажется мне.-, знакомой.

- Не удивлен. - согласился Кармель. переводя взгляд с портрета на Айлин. - Вы очень похожи. У вас другие глаза и волосы, моя дорогая но ее черты лица отражаются в вас, как в зеркале . Кстати, у вашего деда был з точности такой же оттенок глаз, когда я у него учился. С возрастом они выцвели, став гораздо бледнее, но когда-то были именно такими. И у леди Гвенивер... - он вдруг осекся

- Но у нас с ней одинаковый цвет глаз¹ - пораженно возразила Айлин, и Кармель медленно кивнул.

- Да. Ярко-зеленый, как весенняя траза. Но я готов поклясться, что ее глаза были того же цвета, что и у лорда Морхальта, а потом... потом они изменились. Хотел бы я знать, как это возможно!

- Айлин вдруг вспомнила, что леди Гвенивер терпеть не могла смотреться в зеркало. Даже когда Мод делала ей прическу, она сидела, глядя на подол, на стол, в шкатулку с украшениями или вовсе закрыв глаза. - но в зеркало не смотрела, словно ей было неприятно себя видеть.

- «•Почему я никогда не замечала, как это странно?! - удивленно подумала Айлин. - Ведь леди Гвенивер так любила украшать себя, придумывать новые прически, с отменным вкусом подбирала украшения... и не любила собственное отражение!»

- Из пяти дочерей рыжие волосы и зеленые глаза своего отца унаследовала только она. - так же медленно, словно размышляя, продолжал разумник. - Глаза лорда Морхальта утратили цвет от возраста, это вполне естественно. Однако как их цвет мог измениться у молодой здоровой женщины? И этот цвет она передала вам...

- Леди Гвенивер ненавидела своего отца. - тихо сказала Айлин - Раньше я не задумывалась об этом, но после замужества она не поддерживала с ним никаких связей Даже с праздниками не поздравляла, а ведь это... самые основы этикета. Никогда не ездила с визитами, не возила нас.. И он тоже не приезжал и не писал писем, как будто забыл, что у него есть дочери и внуки. А она... она даже свое отражение не любила, потому что оно напоминало, на кого она похожа...

- Элоиза его тоже терпеть не может. - задумчивым эхом отозвался Кармель - Впрочем учитывая, как он с ними обходился... Айлин, вы представляете, сколько стоит обстановка этой лаборатории? Артефактный щит, залитая золотом звезда, работа мастеров.. А между тем. ваша родная мать и ее сестры сами шили себе платья и белье, да и того у них не было в достатке. Мне... неловко об этом говорить но у пятерых благородных девиц на выданье было всего две пары выходных туфель - поэтому они никуда не ездили вместе только по очереди Одну пару делили между собой две старшие сестры, одну - три младшие..

- У них был одинаковый размер? - поразилась Айлин и осеклась, увидев ззгляд Кармеля полный сочувствия. - Или... нет?

- Боюсь, что не совсем. - вздохнул магистр. — При мне у Гвенивер однажды слетела туфелька прямо с ноги, и ваша мать... она расплакалась от стыда. А заштопанные и перешитые платья и вовсе были обычным делом Я часто бывал у Морхальта и всегда старался привезти какой-то пустяк, дозволенный не поклоннику, а обычному гостю - пирожные к шамьету, цветы в корзине с лентами .. И когда потом видел эти ленты в прическе у Брайд или Мэйв, удивлялся неужели магистр гильдии не может позволить себе достойно содержать дом и дочерей? А он заливал золотом Барготову звезду!

- Он передернулся с таким отвращением, что Айлин почувствовала жгучий стыд за человека которого совсем не знала. Ей вдруг необыкновенно ярко вспомнилось, как негодовала леди Гвенивер от малейшей порчи одежды или обуви... Как тщательно велись хозяйственные расходы, и кухарка, думая, что маленькая Айлин ее не слышит, ворчала на скупость леди, у которой денег довольно, а она считает каждую банку шамьета и барг муки или соли... О да. леди Гвенивер знала цену каждой ленточки, которую горничные вплетали в косы ее дочери И хотя этих лент всегда было достаточно, они были дорогие яркие и безупречно подобранные к платьям, не дай Благие было испачкать или потерять хоть одну из них!

- Что-то мучительно и горько заболело у Айлин внутри Она всегда считала, что к ней строги лишь потому, что не любят.. Но ведь леди Гвенивер и себе не позволяла ни малейшей неаккуратности это прощалось только обожаемому Артуру, копии отца, воплощению Ревенгара...

- Наверное, она была очень рада, когда батюшка к ней посватался? - прошептала она старательно сдержизая слезы, который уже в который раз за этот день пытались навернуться на глаза

- Все дочери магистра Морхальта выходили замуж за первых, кто к ним сватался - уронил Кармель. - Кроме вашей матери. Она была очень красива и имела основания надеяться на выгодную партию. Так и случилось. Ваш отец влюбился в нее с первого взгляда, и ему было безразлично, что предмет его любви - бесприданница в поношенных туфлях. Разумеется, между наследником Ревенгаров и простолюдином с магическим дворянством выбрать было не так уж сложно. Но я не хотел бы. чтобы вы подозревали ее в корыстности Дориан был молод, хорош собой, обаятелен и неотразим в своей искренности. Он был рыцарем, который спас ее. словно принцессу - из пеицеры дракона Неудивительно, что она его полюбила, странно, если бы этого не случилось...

- Она его любила. - тихо сказала Айлин. - Его и Артура. А меня - нет. И себя, пожалуй, тоже... Кармель. дазайте вернемся в дом⁷ Только эта тетрадь на столе... Там. наверное записи лорда Морхальта? Ее нужно взять.

- Разумеется. - согласился разумник.

- Подойдя к столу, он провел рукой над тетрадью, проверяя магическую защиту - Айлин только вздохнула от собственной беспомощности.

- Я могу прочитать эти записи? - спросила она. не особо надеясь на согласие, однако разумник, немного поколебавшись, кивнул и протянул ей тетрадь.

- Они ваши по праву наследницы. - сказал он. - Из потомков Морхальта лишь вы магически одарены, а это имело для него огромное значение. Полагаю, именно поэтому портал и открылся для вас. Мы думали, что доступ в его лабораторию зачарован на родовую кровь, а оказалось, что он требует еще и наличия магии в этой крови И оаспознает искру даже через браслеты Хитроумный старый ублюдок! - в голосе разумника слышалось злое восхищение. - Айлин. прошу вас. что бы вы ни прочли в этих записях, ничего не решайте сгоряча. Я не буду требовать непременно показать их мне, но. магистр проводил страшные опыты. Я ознакомился с докладом некромантов, которые чистили могильник, найденный в саду. И меня - меня' - после этого несколько ночей мучили кошмары. Вы ничего не знаете про своего деда... и мне жалэ. что это знание окажется жутким...

- Я буду осторожна, — сказала Айлин. прижимая к себе старую пухлую тетрадь - И вы ^тоже сможете прочитать эти записи, обещаю. Я... не уверена, что пойму их - но вы ведь мне поможете?

- Кармель молча кивнул и предложил ей руку.

- Подходя к порталу, Айлин обернулась и снова посмотрела на портрет Элоизы Вольдеринг То ли потому, что эта леди носила имя ее любимой тетушки - и неважно, что наоборот! - то ли потому, что они с Айлин и вправду были похожи, она вдруг почувствовала странное желание непременно узнать, почему ее дед почитал эту женщину настолько, что назвал ее именами всех своих дочерей И какие страшные тайны скрываются в этой тетради, такой безобидной на вид...

- Вы. наверное, проголодались? - спросил Кармель. ведя ее по дорожке к дому. Пушок трусил за ними следом, его когти цокали по каменным плиткам, и этот звук привычно успокаивал Айлин - Я велю немедленно подавать обед, только переоденусь в домашнее

- Письма! - вспомнила Айлин. - Мне нужно отправить письма тетушке и... в особняк бастельеро. Если хотите, можете их прочитать!

- Читать ваши письма? - с удивлением уточнил Кармель. - С какой стати? Думаю вы и сами понимаете что стоит соблюдать осторожность, чтобы лорд Бастельеро не узнал, где вы скрываетесь Не беспокойтесь, я отправлю ему письмо таким образом, что его не получится отследить И, кстати, мне тоже нужно известит» его величество, что вы в безопасности Как хорошо, что хотя бы сейчас я могу сказать это с полной искренностью - когда смотрю на вас и держу за руку. - добавил он с улыбкой.

- Кармель' - возмутилась Айлин. тоже улыбаясь. - Ничего же не случилось!

- Ничего. - согласился разумник. - Но завтра я снова отправлюсь на службу. Очень вас прошу, если вы совершенно случайно найдете портал, который буде~ вести з святилище северных богов, во дворец чинскогс императора или к альвам. Просто подождите меня! Обещаете?

- В его голосе слышалась усмешка, не обидная, а ласковая, и потому Айлин лишь для вида надулась но тут же не выдержала:

- Обязательно подожду! А что. к альвам можно добраться порталом?!

- Благие Семеро... - простонал магистр и рассмеялся. - Понятия не имею' Надеюсь, что нет' Во всяком случае, из моего сада!

- Первый оказался курьером из Академии с каким-то маловажным вопросом от секретарей, второй - из дворца, с холодно-вежливым сообщением от службы канцлера, что поиски леди Бастельеро ведутся, но пока безуспешны И вот - третий! Не курьер, а уличный оборванец Неужели наконец-то след?¹

- Добрый господин. - объяснил крысеныш. - Подошел на рынке, спросил, не хочу ли я заработать. А кто не хочет? у меня мамка болеет. Дурная болезнь у нее. Я теперь один в доме работник А господин письмо дал и сказал куда отнести. Целую серебруху отвалил, пусть ему Милосердная Сестра улыбнется...

- Как выглядел господин? - нетерпеливо прервал его Грегор

- Южанин он, - уверенно ответил мальчишка. - Морда черная волосы тоже черные. Сам худой, как они все Ростом небольшой, вот как ваша милость. Одежа на кем темная, но хорошая. Вроде как на слуге из приличного дома или на мастеровом из тех, что на себя работают.

- -Южанин?! Снова южанин, как напавшие на Айлин фраганцы! Мог мальчишка не распознать фраганца? Еще как мог. все южане похожи друг на друга, а уж для крысенка из трущоб...»

- Где он должен ждать ответа? - спросил Грегор. совершенно не надеясь на такую удачу.

- Мальчишка замотал головой так. что всклокоченные лохмы заметались в воздухе

- А нигде. Он письмо и деньгу дал, да и пошел себе Сказал ответа все равно не будет. А больше ничего и не сказал. Можно, я теперь пойду, ваша милость?

- Грегор не без труда отогнал возникшее вдруг желание отказать. Глупо, мальчишка сказал все. что знал, и не скажет ничего нового, даже если запереть его под замок. Напротив, может начать врать, чтобы угодить «его милости». Нет уж. пусть проваливает к Барготу'

- Острое разочарование полоснуло по сердцу. Кто бы ни послал крысеныша. человек это был неглупый и опытный в скользких делах Даже если допросить мальчишку с помощью разумника... Наверняка тот. кто нанял полдюжины головорезов, не пренебрег такой простой предосторожностью, как амулет личины.

- Иди, - бросил Грегор и торопливо сломал печать.

- Помедлил несколько мгновений, развернул листок, пробежал его глазами...

- И отшвырнул, словно ядовитую гадину, всадившую клыки в ладонь Нет, прямо в сердце¹

- Почерк принадлежал Айлин. В этом Грегор не усомнился ни на миг - сколько раз за шест_э лет в Академии ему случалось видет» этот почерк! С каким трудом он разбирал невозможные каракули, призывал на кудрявую рыжую голову милость Претемнейшей и вопрошал сам себя, неужели невозможная девчонка не может писать хотя бы немного более разборчиво? Сколько раз он гадал, вот этот шестипалый след умертвия на листе - это «ариф • или «солле»⁷ А может быть, вообще семерка?

- Правда, сейчас почерк был намного разборчивее но несомненно принадлежал той же руке, и - о Претемная! - лучше бы Грегор не смог разобрать написанное!

- Подала прошение о раздельном проживании?! Иными словами, поспешила указать, что эту мерзость придумал не лорд Аларик. а она сама? Или Грегор просто видит тайный смысл там где его нет? Но какое это имеет значение?! Кто бы ни принял решение, они оба предали и его. и род!

- Не обратилась за помощью к родным, предусмотрев вернее, попросту струсив встретиться лицом к лицу с ним¹ С законным супругом, который готов был выполнить любой ее каприз! Не дать даже ветерку подуть на эту. эту...

- Грегор задохнулся рванул ворот камзола, по полу что-то застучало, зато наконец получилось вдохнуть.

- «Нужно успокоиться, - подумал он, старясь дышать ровно, глубоко и медленно, хотя в груди просто горело, умоляя схзатить побольше воздуха как можно быстрее. - Нужно... Айлин похитили, я знаю это совершенно точно Письмо запечатано ее печатью... Род Дориан! Благие Семеро, что за насмешка! Глупая зыдумка проклятого бастарда¹ Род из одной-единственной женщины! Представляю, как потешался бы Дориан Ревенгар¹ Неважно, неважно. Письмо запечатано ее печатью, но это ровно ничего не значит... Перстень могли попросту снять, это правда но этот чудовищный почерк не так-то просо подделать. Писала она в этом нет никаких сомнений, но что. если ее попросту вынудили? Заставили угрозами, ведь без магии она совершенно беспомощна...»