— Как ты могла не обратиться ко мне за помощью? Если у вас такие проблемы! Я твой друг! Разве когда-нибудь я давал тебе повод усомниться в своей дружбе?! — встретил вернувшуюся из процедурной Яну Виталий Николаевич.

— Чего ты на меня кричишь? — не поняла она, держа пахнущую спиртом ватку на локтевом сгибе.

— Ты раньше с любой проблемой обращалась ко мне! Или теперь усомнилась в моей компетенции?

— И ты все время раздувал щеки и был чем-то недоволен, — ответила Яна.

— Я делал вид, что недоволен, а сам все время этого ждал и всегда был рад тебе помочь. Ты же знаешь, у нас с тобой были особые отношения! Нет, я понимаю, что с появлением в твоей жизни Мартина к нему перешла ответственность за тебя…

Яна швырнула в него ватку с такой силой, словно это была граната.

— Что ты такое говоришь? Словно я недееспособная! Не собираюсь ни на кого перекладывать ответственность за свои поступки.

— Не злись! Ты не поняла меня. Любой мужчина несет ответственность за свою страну, семью, свою женщину и своих детей! Но сейчас Мартина нет! А я, между прочим, полковник полиции! — напомнил он Яне.

— Поздравляю! — буркнула она. — Что ты ко мне пристал? Заняться нечем?…

— А у тебя все хорошо? — спросил Виталий.

— Не видишь? Все хорошо…

— Ты в больнице, — напомнил следователь.

— Я в больнице, в Сочи! Понятно? Небольшая неприятность, сейчас выйду и начну отдыхать.

— А на Витольда Леонидовича и молодого человека по имени Петр, — сделал вопросительную паузу Виталий Николаевич, — забила? Тебе все равно, что с ними?

— Почему все равно? Ну, да… так получилось, что они тоже оказались в больнице, в результате нашего небольшого путешествия. Но скоро они присоединятся ко мне, и мы вместе будем отдыхать, — ответила ему Яна.

— А Петр у нас кто? — спросил Виталий, усаживая Яну на кровать.

— Сын Мартина. А ты о чем подумал?

— А Витольда Леонидовича ты таскаешь как своего лечащего врача? Ну, так вот… Отдохнуть вам не удастся. У тебя три дня на то, чтобы вернуть им какую-то флешку. Иначе и Петра, и Витольда Леонидовича убьют. И я, черт возьми, совсем не в курсе, что у вас тут происходит! — выругался Виталий Николаевич.

Яна поняла, — это очень хорошо, что она сидит на стуле.

— Я не понимаю…

— Извини, когда ты ушла, пришло сообщение тебе на телефон, и я, такой вот нехороший человек, его открыл. И, честно говоря, был просто ошарашен. Это видеосообщение. Смотри…

Виталий Николаевич достал из кармана ее телефон и, держа перед Яной, включил воспроизведение.

Она увидела это и тоже была ошарашена.

В какой-то темной и тесной комнате без окон, а может, и в подвале, сидели на стульях, связанных между собой спинками, Витольд Леонидович и Петр. Они тоже были обмотаны веревками по рукам и ногам. Холодный, отдающий металлом, нарочито искаженный мужской голос вещал за кадром:

«Ну, здравствуй, подруга Яна. Нравится картинка? У тебя есть одна вещь, которая нужна мне. Флешка — маленький носитель очень большой информации. А у меня вот есть два человечка, которые, надеюсь, дороги тебе. Обменяемся? Да, если флешки у тебя еще нет, даю три дня на поиски. Я позвоню! Если у тебя ее не будет или ты передумаешь спасать своих друзей, можешь прямо сейчас с ними попрощаться».

Изо рта Витольда свисала грязная серая тряпка. Наверное, кляп. А рот Петра щедро был замотан прозрачным скотчем.

— Яна, что это? Во что теперь вы влипли? — спросил Виталий.

— Я не знала… Не знала… — Явно растерянный взгляд ее больших голубых глаз остановился на встревоженном лице Виталия. — Я расскажу, все расскажу!..

И Яна поведала своему другу все, что ей было известно и что привело их всех к столь плачевному состоянию.

Виталий Николаевич взялся за голову.

— Ты знаешь, что на флешке?

— Нет… Честно!

— А Петр?

— Тоже не знает! Виталий, кто это? Чей голос за кадром? Какие три дня?! Я бы все отдала, но у меня правда ничего нет.

— Значит, Богдан сказал, что скинул флешку в отеле в Питере… За ненадобностью. Странно, что не сунул в карман и не увез с собой…

— Брезгливый он… — предположила Яна. — А флешка грязная, вся в прахе его брата…

— Вылетаю в Питер, — сказал следователь. — По дороге узнаю, где он останавливался.

— Я с тобой! — тут же вызвалась Яна.

Виталий взглянул на нее с тревогой.

— Вот больше всего на свете хотел бы упрятать тебя в бронированный бункер, и чтобы ключ от него был только у меня.

— Ты эти свои эротические фантазии при себе оставь. Извращенец! Бункер ему подавай!.. Я еду с тобой! И точка!..

— Скажи еще, вкусно и точка!.. Не надо этого дурацкого названия… — поморщился Виталий Николаевич, пытаясь трезво оценить ситуацию. — С другой стороны, лучше, если ты будешь под моим присмотром. Да и телефон твой нужен — на него через три дня будут звонить. Может, голос твой понадобится. Вдруг террорист его знает?…

— А ты так вот прямо убежден, что в моем окружении есть террористы? — спросила Яна.

— Кто тебя знает, Цветкова… Женщина ты яркая. Какие пчелы да шмели на тебя слетаются… — типа пошутил Виталий Николаевич. — А потом, ты и сама можешь не знать. Собирайся! Я договариваюсь, что мы вдвоем срочно вылетаем в Санкт-Петербург.

Из Адлера в Санкт-Петербург Яна летела в дурном расположении духа. Еще бы! Ей было страшно. Жизнь Петра и Витольда висела на волоске. Виталий Николаевич, пока их по какой-то жутко крутой брони устраивали на рейс, беспрестанно разговаривал по телефону. А ей становилось все хуже и хуже. Потом, уже в самолете, когда телефон пришлось отключить, следователь как-то странно примолк, глядя в иллюминатор. Яне впервые даже не страшно было лететь. Мысли были заняты другим. Она только поближе придвинулась к Виталию Николаевичу.

— Что ты узнал? — спросила она, поняв, что первым следователь с ней не заговорит.

— Откуда тебе был звонок и пришел видеоролик, не известно, — отозвался Виталий Николаевич, отворачиваясь от иллюминатора. — Звонили через компьютер. IP-адрес чуть ли не в Китае определяется. Запись переслал спецам — пусть прокачают по полной. Где? Кто? Откуда?… И я…

— Что? — перебила его Яна.

— Пытался разыскать Мартина. Чтобы сказать о сыне и спросить, что на флешке. Узнаем, что на ней, поймем, кому эта информация нужна, кто заинтересован…

— И что Мартин? — Сердце Яны застучало с удвоенной силой. — Нашел его?

— Боюсь, что нет. Даже мои связи не помогли. Его подразделение сильно засекречено и вот уже сутки не выходит на связь. Ушли в море на десантном катере.

— Мне вчера снилось, что Мартин тонет!.. — вскрикнула Яна и прикрыла рот ладонью.

— Не говори глупостей! Даже думать об этом нельзя! Все жены дожидаются мужей, когда честно ждут! Если у него задание такое, что не может ответить? Нам сейчас об этих бедолагах нужно беспокоиться. Сына его спасти! У меня в Питере в этих службах есть одна женщина знакомая — агент. Ей можно доверять, как мне. Вместе будем искать эту чертову флешку!

Вскоре Яна познакомилась с высокой, стройной и очень энергичной брюнеткой, представившейся Анной. Виталия она поцеловала в щеку.

Анна сообщила, что Богдан Михайлович Лютиков с супругой проживали с такого-то по такое-то число в гостинице «Топаз» в Центральном районе Питера. Туда Виталий и повез Яну.

— Анна будет с нами. Мое московское удостоверение здесь не катит, в смысле официально работать не могу, — пояснил он Яне.

— А ты неплохо смотришься рядом с двумя красивыми женщинами. Одна блондинка, другая брюнетка, — хохотнула Анна.

— У него разносторонние вкусы, — отметила Яна и пояснила: — Когда возникает определенное напряжение между двумя людьми, третий чувствует себя лишним. Вот я сейчас именно так себя и чувствую…

— Да что вы, Яна! — откликнулась Анна. — Я была с ним когда-то, но даже в те, как мне казалось, счастливые времена Виталий говорил только о вас. Так что я с вами заочно знакома.

Виталий с Яной закинули вещи в двухместный номер гостиницы, и теперь полностью зависели от агента Анны. Она вычислила, кто из горничных убирал в номере после отъезда Богдана. Им повезло — горничная была на месте. Девушку звали Алисой. Крупная розовощекая блондинка с пухлыми алыми губами и пирсингом носа и бровей. Кстати, пирсинг совершенно не вязался с ее милым округлым простоватым лицом.

— А сейчас очень внимательно!.. — строго попросила ее Анна. — Вот фотография постояльца, вот время, когда он съехал… Помните его?

— Помню! — радостно воскликнула Алиса. — И не потому, что времени совсем ничего прошло, а потому, что он сильно с женщиной своей ссорился. Скорее всего, с женой. С любовницами так не ссорятся, там любовь, рай, мир, труд, май и секс. — Алиса оказалась не без юмора. — Даже не понятно, почему многие мужчины так сильно держатся за свою семью, за жен, а счастливы и щедры бывают с другими женщинами. Уж я тут чего только не навидалась!

— Ничего странного, — отозвалась Яна. — Любовницы после замужества автоматически превращаются в скучных сварливых жен и уже не дарят столь драгоценного счастья. Потом, если с женой разводиться, это же имуществом делиться. Мужчины этого очень не любят. Сходить налево — пожалуйста. Потому что каждый мужик имеет право налево! А отдать пятьдесят процентов совместно нажитого старой жене, что потратила на тебя всю свою жизнь, — фигушки! Ну, не обидно ли? Пятьдесят процентов нажитого и никаких перспектив, — с грустью договорила Яна.

— Вы очень пессимистичны!.. — хихикнула Алиса. — Я знала женщин, которые с каждого по пятьдесят, и вот тебе уже двести, триста!

— Наверное, и такое имеет место… — согласилась Яна, невольно радуясь, что никогда не работала горничной в гостиницах и не видела столь откровенного людского блуда, подлости и отчуждения.

— Мы несколько отвлеклись, — прокашлялся Виталий Николаевич.

— А ты, я смотрю, по жизни отвлекаешься, — хихикнула Анна. — Этот человек забыл в номере флешку, такую маленькую компьютерную штучку. Она нам нужна. Очень нужна!

Алиса свела на переносице татуированные брови с пирсингом.

— Забыл или выкинул? Это разные вещи. А что такое флешка, я знаю.

— Умная девочка. С его слов — выкинул, но так ведь и забыть мог. Вы же и мусор смотрите, когда убираете, — продолжала Анна.

— В мусоре я не копаюсь! Нет, не помню я про какую-то флешку. Не находила. Зачем она мне?

— Точно? Это хорошая находка, возможно, важная для потерявшего ее, за нее можно получить вознаграждение, если не сдавать на ресепшен, — со знанием дела сообщил Виталий Николаевич. — И вынужден вас предупредить, что если вы говорите нам неправду, то светит вам срок за лжесвидетельство и оставление в опасности. Потому что и от вашей, в том числе, информации сейчас зависит жизнь двух людей.

— Вот наезжать на меня не надо! Покажите официальную бумагу, по которой вы имеете право меня допрашивать! — фыркнула Алиса.

И тут Яна не сдержалась. Она все время думала о Витольде и Петре, о том, что подвела Мартина, и в то же время явно чувствовала, что Алиса что-то знает и скрывает.

— Слышишь, ты, Алиса! Устроить тебе Зазеркалье в ближайшем СИЗО? Легко! Вот эта женщина, — показала Яна на Анну, — агент ФСБ. Она через десять минут сможет устроить такую проверку в твоей гостинице, что вас закроют минимум на месяц! А уж я-то шепну хозяину, что все это из-за тебя. Думаешь, сохранишь свою должность? А сейчас поди найди еще новую работу. Да с волчьим билетом! Хочешь себе такое? А лично я, если эти мои любимые люди из-за тебя погибнут, сама тебя уничтожу. Уж я-то найду большой магнит, чтобы вырвать из тебя без анестезии весь твой поганый пирсинг! — заорала Яна, грозно склоняясь над ней.

Девушка будто уменьшилась в размерах, со страхом глядя на Яну.

— Уберите ее от меня! Она вообще нормальная у вас? Ни в чем не я замешана! Ничего плохого не сделала!..

— Ну, Яна, ты даешь!.. — не то осуждающе, не то восхищенно проговорил Виталий Николаевич. — Тебя бы к нам в спецотдел. Не знал за тобой таких талантов!

— Думаешь, женщина сама знает, сколько в ней талантов зарыто? Да мы все как петарды! Сами не знаем, когда и что из нас выстрелит, в зависимости от ситуации, настроения и гормонального фона! — ответила Яна и зачем-то показала ему язык.

Алиса, похоже, совсем потерялась.

— И это еще добрый полицейский, — добавил огня Виталий Николаевич. — Говори, что ты сделала с флешкой?

— Ничего! Ждала, что обратятся. Но никто и ничего… Валяется у меня дома! Даже не знаю, что на ней! Вешать на меня какие-то убийства!.. С ума посходили? Отдам я вам все! — заистерила Алиса.

— Тише-тише! Ты — молодец, приняла верное решение, — похлопал ее по плечу Виталий Николаевич.

— Едем прямо сейчас! — скомандовала Анна.

— Стоп! — сказала Яна. — Вы оба из полиции, из спецслужб. Сейчас завладеете этой информацией, и моим друзьям кранты?! Сын Мартина!.. — посмотрела она в лицо Виталия Николаевича так, что тот невольно поежился.

— Почему? Мы дождемся от них звонка! Флешку передадим в обмен на их жизнь.

— А вдруг там государственная тайна? — покосилась на него Анна.

— Мы так все организуем, что освободим людей, возьмем преступников, а флешку вернем назад… — не то чтобы уверенно проговорил Виталий Николаевич.

— Ага! А до этого скачаете информацию с нее? На всякий случай… — сузила глаза Яна. — А если они узнают об этом и информация станет им бесполезной? Или в их рядах есть предатель?… Зря, что ли, Мартин никому не доверял? Он также скажет, что информация уже обесценена. Это и станет ценой жизни Витольда и Петра?! Ну, уж нет! Я не согласна, Виталий!

— Яна, мы здесь с Анной оба не официально, а исключительно чтобы помочь. Утечки не будет! Мы сделаем все, чтобы спасти людей. Это — наша профессия, — пытался убедить ее Виталий Николаевич.

— Да вы ненормальные! — психанула Алиса и выпотрошила свою сумку прямо перед ними на стол, нашла флешку и отшвырнула ее в сторону. — Вот она. Никуда ехать не надо! Я с вами никуда не поеду! Я вас всех боюсь! Если вы меня не отпустите, буду кричать! — предупредила Алиса.

Яна в прыжке пантеры подлетела к столу, схватила флешку и быстро спрятала глубоко в бюстгальтер.

Виталий Николаевич подошел к ней вплотную.

— Яна, отдай, — мягко попросил он.

— Ни за что!

— Это может быть опасно! — предупредил Виталий Николаевич.

— Не опаснее, чем сейчас моим друзьям! — парировала она.

— Яна, ты же знаешь, что я в состоянии силой забрать у тебя все, что мне нужно…

Виталий Николаевич угрожающе буравил ее глазами.

— Только попробуй! Готова рискнуть даже нашей многолетней дружбой! Ты тоже меня знаешь!

— Яна, это безумие! Флешка должна оказаться у профессионалов.

— И окажется, только после того, как я спасу своих друзей!

— Ты спасешь? — удивился Виталий Николаевич.

— Не забывай, они позвонят на мой телефон! — сказала Яна.

— Ах, да! Как это я мог забыть… — вздохнул Виталий Николаевич, и на ее запястье защелкнулось кольцо наручников, а второе кольцо — на его запястье.

— Ты что делаешь? — дернулась Яна, под веселый смешок Анны.

— Вместе будем ждать звонка, дорогая. Я действительно очень хорошо тебя знаю.

— Совсем, что ли? Немедленно отпусти! Ты что, все время с наручниками ходишь? — заволновалась Яна.

— Приберег специально для тебя! Пойдемте, девочки, отдыхать! Мы ничего сейчас делать не можем, только ждать. Если, конечно, не привлекать всю армию и полицию России, Росгвардию и МЧС.

— Вряд ли преступники любят напрямую обращаться в полицию. А с этим видео так и получилось. Первым их видео посмотрел именно полковник полиции, — проговорила Яна туманно, видимо притупляя бдительность Виталия Николаевича. — Не знала, что ты такой садист! — вскричала она и свободной рукой, кулаком, стала изо всех сил колотить в его мощную грудь. — Отпусти меня! Не смей меня трогать! Отпусти!..

Но от груди следователя все ее удары отлетали, словно резиновые шарики от бетонной стены.

Он, не обращая внимания на град ударов, не чувствуя ни веса Яны, ни испепеляющей злости, потащил ее в номер.

Силы у Яны быстро закончились, и она утихла на груди Виталия Николаевича, повисла тряпочкой.

— Ты сволочь… — устало сообщила ему она.

— Что? Выдохлась? Может, поговорим?…

— Душ хочу принять…

— Вместе примем. Мне тоже надо, — ответил Виталий.

— Ты серьезно? — вяло поинтересовалась Яна.

— Пора понять, что здесь творятся серьезные вещи и я тебя никуда не отпущу!

— Ну, хорошо… Как скажешь… Примем душ вместе.

Они вместе вошли в ванную комнату. Яна включила воду и начала раздеваться.

— Ты какую предпочитаешь? Похолоднее? Погорячее?… Наручники все же придется отстегнуть, надо одежду снять, — сказала она, распуская волосы.

Виталий отстегнул ее от себя, понимая, что тонет в ее голубых бездонных глазах. А эта копна светлых волос, упавших на плечи, на талию…

— Яна…

— Не смей! Никогда не смей! — твердо посмотрела на него Яна.

— Ты не человек! Ведьма!.. — выругался Виталий и вылетел из ванной как ошпаренный.

Яна приняла душ, вышла из ванной, запахнувшись в махровый халат. Своего следователя она обнаружила сидящим на кровати в неудобной унылой позе с опущенной головой.

Яна протянула ему свои тонкие запястья.

— Пристегивай. А почему ты не разделся? Так спать будешь?

Виталий Николаевич повернул к ней свое печальное лицо, и капли воды с ее длинных волос упали на него. Получилось так, словно по щекам следователя потекли слезы.

— Ты же не жестокая, Яна?! — не то спросил, не то сказал утвердительно Виталий Николаевич.

— Я? Нет… Я очень мягкая. И я больше жизни люблю Мартина. И сделаю все, чтобы спасти его сына. И Мартин тоже сделал бы все для меня. Точно знаю!..

— Зачем мы когда-то встретились? Почему вообще ты обратилась за помощью именно ко мне?

— Вопрос риторический. Так сложилось. Судьба! Короче, не знаю, — пожала плечами Яна.

— А ты когда-нибудь пожалела, что встретила меня на своем жизненном пути? — вдруг спросил Виталий Николаевич, который никогда ее об этом не спрашивал.

— Один раз… Когда согласилась выйти за тебя замуж, не любя. А потом узнала, что разбила сердце своей подруге Асе, — честно ответила Яна. — Ну, ты будешь меня пристегивать?

— Ты же знаешь, что я не смогу спать с тобой. Эта ночь станет самым большим кошмаром. Я имею в виду, просто так лежать рядом с тобой. Поэтому я с твоим телефоном буду спать вот здесь, на диване, — ответил Виталий Николаевич. — И ты никуда не уходи! Не хватало тебе снова вляпаться куда-то.

— Хорошо, обещаю, что никуда не денусь. Извини, что доставила тебе столько неприятностей и неудобств сейчас, да и вообще по жизни.

К ним заглянула Анна.

— Ну, как вы тут? Не разодрались?

— Все мирно, — уныло ответил Виталий Николаевич.

— Ты не хочешь выйти? То есть зайти ко мне в номер? — спросила Анна.

— Сейчас не до этого, — смутился следователь.

— Мы давно не виделись, — продолжала соблазнять его Анна.

— Сходи, сходи! — с издевкой посоветовала Яна. — К батарее меня пристегни и вперед. Не пропадать же такому либидо!..

Стало понятно, что романтическая ночь Анне не светит.

Яна расслабила свое бренное тело на удобной кровати и заснула. Больше не спать ее организм не мог, несмотря на отсутствие положительных новостей.

Разбудил ее Виталий Николаевич, тряся за плечо.

— Яна, Яна! Кажется, началось. Ответь на звонок!

Она проснулась мгновенно.

— Да? Алло?…

— Яна Карловна, судьба ваших друзей в ваших руках. А есть ли в ваших руках то, что интересует нас? — спросил ее тот же очень сильно измененный голос.

— Да! Все есть! Мои друзья живы? — плотнее прижала трубку к уху Яна.

— Все зависит от тебя.

— Могу их услышать? Я должна знать, что они живы!

— Придется довериться. На кону две жизни.

А дальше Яна получила инструкции по передаче флешки в обмен на друзей. Телефон ее Виталий поставил на громкую связь, поэтому одновременно с ней слышал весь разговор. Лицо его побледнело. Оно и понятно. Преступник предложил Яне в гордом одиночестве явиться на территорию заброшенной промзоны на границе Ленинградской и Новгородской областей. Прийти она должна одна, иначе расправятся с заложниками.

— Они знают, что ты в Питере, за тобой следят, — отметил мрачный Виталий Николаевич. — На Витольда напали много южнее.

— Не то слово, — подтвердила Яна.

— Там же он с Петром сошел с поезда. Так почему они перевезли их сюда? Поближе к твоей флешке?… Или…

— Или никто никого не перевозил. Ты это хотел сказать? Зачем париться? Их убили на месте сразу после того, как выложили видео! Боже мой!..

— Не паникуй! Вариант реальный, но есть шанс, что они живы, — попытался успокоить ее следователь.

— Ты ведь сам не веришь в то, что говоришь! Сколько лет ты в профессии? Скажи честно, какие шансы в такой ситуации? Ну, что они еще живы?… — вцепилась в ворот его расстегнутой рубашки Яна.

Виталий Николаевич своими темными глазами старался не смотреть на Цветкову, а она как раз пыталась поймать его взгляд.

— Мало… Мизерные шансы, — выдохнул Виталий Николаевич. — Но они есть. Дело не в этом…

— А в чем? Что может быть хуже? — задохнулась Яна. — Что я скажу Мартину? Что не уберегла его сына?!

— Не оставят они свидетелей, — пояснил Виталий Николаевич. — И даже если заложники живы и маякнут тебе, как приманка, то потом вас всех зачистят. Сто процентов! А я допустить не могу, чтобы ты погибла. Не хочу даже думать об этом!

— Ты слышал? Велено, чтобы я была одна! И я пойду туда одна! Не хочу даже в мыслях допустить, что моих друзей убьют. Я лучше там с ними останусь. Пусть зачищают… Как, чем потом жить?… Жить и помнить, что ты струсила, и это стоило жизни людям?…

— Я тебя подстрахую! Ты сама или вы втроем… Но вы оттуда выйдете! Я все решу!

Виталий Николаевич сходил разбудил Анну и сделал несколько важных звонков. Вскоре все было готово.

На Яну надели облегченный бронежилет, который защищал только спереди.

Виталий Николаевич объяснил это тем, что только его не будет видно под одеждой. Да и если хотят застрелить, то стреляют не в спину.

— Главное, не беги, если что! Спиной не подставляйся! — старательно инструктировал он.

— Яна настолько худенькая, что и нормальный бронежилет можно спокойно разместить у нее под одеждой, — не соглашалась с ним Анна, которая надевала жилет на Яну и подгоняла его по фигуре. И вдруг не сдержалась. — Талия-то у тебя тонкая, а вот грудь маленькая.

— Это что-то значит? — Яна скосила глаза на внушительный бюст Анны. — Или дополнительный слой жира спасет меня от пули? Я ведь в бронежилете…

Анна довольно больно стянула на ней последнюю лямку и закрепила на липучке.

Яна вскрикнула.

— Девочки, хватит уже! — откликнулся Виталий Николаевич.

Яна подошла к нему в плотно застегнутом бронежилете и, выставив указательный палец, словно пистолет, выстрелила прямо в лоб. Затем подула на палец и сделала вид, что убирает пистолет в кобуру.

— Все из-за тебя, альфа-самец…

— Я тебе не соперница, — хмыкнула Анна. — Только и слышала: Яна, Яна, Яна, Яна… Пытаюсь вот понять, что он в тебе нашел.

— Так это лучше у него спрашивать, — хмыкнула Яна. — Я не навязываюсь.

Она надела на себя не свойственную для нее одежду: широкие брюки цвета вишни и большую хлопковую рубаху мужского покроя. Жилета на ней словно и не было. Черные туфли на каблуках, черная сумочка и длинные волосы в высоком хвосте.

— Я готова.

Виталий Николаевич с нескрываемой любовью разглядывал ее.

— Повторяю еще раз. Мы с Анной едем на место уже сейчас, обустроимся там, осмотримся, займем выгодную позицию и будем ждать появления преступников и твое. Тебя они точно будут мониторить и проверять, а вот нам надо оказаться на месте первыми. Ты, Яна, садишься в такси в девятнадцать часов и едешь по указанному адресу, выходишь и идешь одна, следуя инструкциям. Тебе наверняка позвонят, — сказал Виталий Николаевич, взяв Яну за плечи и внимательно глядя в глаза. — Все поняла? Ты должна четко следовать инструкции, не отклоняться ни на миллиметр. Мы подстрахуем тебя. Все будет хорошо.

— Мне страшно, — впервые призналась Яна.

Виталий Николаевич обнял ее.

— Ты справишься. Или мы можем сами?

— Нет-нет! Все хорошо! Минутная слабость! — собралась Цветкова. — Сделаю все, как ты сказал.

— И не впадай в панику! Ты не будешь нас с Анной видеть, но мы будем там и защитим тебя. Просто знай и помни об этом.

— А у вас будет оружие? — спросила Яна.

— Конечно.

— А мне?

— Хорошим девочкам оружие не игрушка, — погрозила ей пальцем Анна, демонстративно беря Виталия Николаевича под руку и ведя к выходу.

Уже в дверях Виталий Николаевич сказал Яне:

— Тебя могут обыскать, ты не умеешь им пользоваться, да и не успеешь. Оружие может сыграть против тебя. Запомни, Яна, никакой самодеятельности! Все как я сказал!..

— Хорошо. До встречи! Не беспокойся! — крикнула им вслед Яна.

Перед глазами всплыло лицо Мартина, которого ей так не хватало. Она понимала, что будет сильной и ради него тоже.

Яна вспомнила одну прогулку по Питеру вместе с ним и очень интересный разговор. Но сейчас нельзя было отвлекаться даже на такие приятные воспоминания. Нужно было сосредоточиться на подготовке к предстоящей встрече со злодеями. И все же она почувствовала, что не зря, ой, не зря ей вспомнилась и та прогулка, и тот магазинчик, на который обратил ее внимание Мартин, когда они проходили мимо него!..

Яна вызвала такси много раньше намеченного времени потому, что по дороге надо было заехать в этот самый магазин. Располагался он на набережной реки Мойки и назывался «Все для фокусов».

— Здравствуйте, — сразу же подошел к ней молодой человек в темной одежде.

И возник-то он в полутемном помещении очень неожиданно, как бы ниоткуда, словно тоже был чьим-то фокусом.

Яна вздрогнула. Чувствовала она себя очень неуютно и неловко в этом облегченном бронежилете, да и, если честно, в нем было жарко.

— Чем могу помочь? Что-то подсказать? Провести экскурсию?… — посыпались из парня вопросы.

— Вы очень любезны, вас как зовут?

— Влад.

— Очень приятно! Меня Яна. Влад, один знакомый сказал мне, что если я произнесу в вашем магазине условную фразу, ну, типа пароля, мне покажут очень интересные фокусы.

— Кто сказал?

— Один очень хороший человек.

— И какого рода интересные фокусы вас интересуют, Яна?

Влад был предельно вежлив.

— Если бы Мерлин Монро встретила Джеймса Бонда, он бы помог ей? — спросила она, каждой своей клеточкой ожидая его реакции.

А перед глазами стояло красивое, веснушчатое и улыбчивое лицо Мартина.

«Видишь фокусы?» — показал он ей тогда на вывеску магазина.

«Вижу», — отвечала она, прильнув к нему.

Они вообще, когда гуляли, всегда или за руки держались, или вообще обнявшись, — обязательно с телесным контактом, словно не могли друг от друга оторваться.

«Знаю я одного умельца. Содержит этот магазин… Там есть еще и такие штуки, как у Джеймса Бонда, но это для особой публики и не совсем законно».

«Ого! И ты так спокойно на это смотришь?» — рассмеялась Яна.

«Я такой! Хочешь, зайдем и скажем пароль: "Если бы Мерлин Монро встретила Джеймса Бонда, он бы помог ей?" И ты увидишь, что будет…» — предложил Мартин.

«Да ну тебя! — совсем несерьезно отнеслась тогда к его словам и его предложению Яна. — И мне достанут белого кролика из черной шляпы?»

«А вот увидишь!..» — притянул ее к себе Мартин.

«Если бы Мерлин Монро встретила тебя, то ты точно помог бы ей, только я бы ревновала», — подняла она к нему свое лицо, и Мартин поцеловал ее.

Ну, а дальше… Она забыла обо всем на свете.

И вот перед ней бледнело лицо странно возникшего парня в полумраке магазина фокусов, а в ее голове бесстрастным метрономом тикали варианты его ответа:

«Что вы мне, дамочка, голову морочите? Брать что-то будете?…»

«Что-что? Джеймс Бонд? Что мы сегодня пили?…»

«Богатая, однако, у вас фантазия. Может, он ее и спас бы… Но от наркотиков и алкоголя — это к наркологу. Он спасет».

Но вместо всего этого парень сказал:

— Следуйте за мной.

И стал медленно исчезать из ее поля зрения, словно испаряться.

Окончательно очнувшись от своих душераздирающих воспоминаний, Яна поспешила за ним.

Сплошная стена вдруг раздвинулась, и в ней образовался проход с крутыми черными ступенями, ведущими вниз. Если учесть, что стены в этом довольно широком проходе были ярко-красными, то выглядело все очень зловеще. Яна решила, что попала в какой-то сюр, нет, скорее в фильм ужасов наяву. И даже внутренний голос не шептал ей привычные предостережения: «Что ты делаешь? Нельзя идти с незнакомым парнем в неизвестный подвал и без того странного заведения! Ты обещала Виталию действовать без импровизаций!..»

Да, внутренний голос оторопело заткнулся и пребывал в шоке, не говорил ничего. Яна медленно спускалась по ступенькам в большую полутемную комнату с интересной нижней подсветкой. Своими крылышками ангела она почувствовала, что стена за ней закрылась, поглотив ее полностью, словно чрево большого кита.

Перед ней материализовался еще один мужчина весьма колоритного вида. Высокий, крепкий, взрослый, лет сорока, с лысым черепом, кустистыми бровями и большой окладистой бородой и усами. Одет он был в черные кожаные штаны, черную футболку и кожаную жилетку в заклепках. Мощные руки сплошь были покрыты татуировками. В носу посверкивало кольцо белого металла. Он напоминал то ли рокера, то ли байкера, а возможно, и сатаниста — не лучший для Яны вариант.

Он внимательно осмотрел ее, как и она его — расширившимися от ужаса глазами.

— Какую, однако, фею занесло в наше суровое мужское общество!.. — сказал он густым хриплым голосом, очень подходящим ему по тембру.

— Ее зовут Яна, — подсказал Влад.

Яна догадалась, что ее представляют главному в логове.

— У вас общество очень суровое? — уточнила она, пытаясь принять непринужденную позу, но туго сковывающий ее бронежилет мешал это сделать.

— И зачем вы к нам пожаловали? — уточнил бородач, сузив глаза.

— Купить то, что мне может помочь или удивить… Что-то необычное… — замялась Яна, которая и сама толком не знала, зачем она в этом странном и страшном месте.

Но ведь Мартин говорил об этом магазине с теплотой и знанием дела.

— Девочка, хочешь, я посажу тебя в шляпу и достану вместо тебя кролика?

— Нет, — покачала головой Яна.

— Ты откуда пароль знаешь? — жутковато надвинулся на нее мужик всеми своими татуировками.

Влад попытался встать между ними.

— Шеф, остынь! Давай я просто выведу ее отсюда?

— Издеваешься? Приходит какая-то левая фифочка, говорит то, что знает всего несколько человек, которым я лично сказал и разрешил, и мы ее отпустим? Ну уж нет! Она — свидетель! Она отсюда не выйдет! — сдвинул кустистые брови лысый мужик.

— Она пришла за защитой, правда? Так мы сейчас дадим ей газовый баллончик и газовый пистолет. Да? — пробовал разрядить обстановку Влад, но его босс и не думал расслабиться.

А Яне стало страшно. Опять она влипла в непонятную ситуацию, даже не доехав до места. И самое ужасное, что от нее зависела жизнь двоих ее друзей, Витольда и Петра, а она явно не приблизилась к их спасению. Наоборот — отдалилась.

— Нет! Газовый баллончик мне не нужен! Продайте мне что-нибудь, что защитит меня, а при обыске не будет обнаружено! — сказала она, обращаясь к главному.

— Больно ты дерзкая! Это все незаконно! Кто тебя послал? — вдруг схватил он ее своими ручищами.

Яна почувствовала себя хлебным тостом в огромном раскаленном тостере. Сейчас ее хорошенько подрумянят и выстрелят прямо на гигантскую тарелку — к завтраку великана. От ужаса она пронзительно закричала, а лысый бородач, похоже, обомлел от своих тактильных ощущений.

— Слышь ты, креветка! — Он рванул на ней большую белую блузку. — Да на ней броник ментовской!.. Сдали нас! Ты кого привел, придурок?! Польстился на фасад?!

Яна беспомощно трепыхалась в его руках.

— Отпустите меня! Я не из полиции! Мне надо идти! От этого зависит жизнь людей!..

— Да эта фифа обеспечит нам отдых на нарах! Я закрою ее, а ты пулей сворачивай бизнес, обналичивай деньги и покупай билеты! — скомандовал Владу лысый.

— Да стойте же! Отпустите! Вы не можете меня задерживать, я должна идти! — кричала Яна.

— Кто тебе сказал пароль? — встряхнул ее лысый. — Я знаю всех людей, кому я его доверил. Тебя в этих списках не было.

— Мартин! — всхлипнула Яна.

— Что?! — оторопел бородатый.

— Мартин Романович Вейкин! — повторила Яна.

Она чувствовала, что вот-вот упадет, потому что напряженные железные руки мужика обмякли, словно сдулись, или словно его отключили от электричества, или сели его батарейки. Но лысый все-таки пересилил себя и аккуратно опустил Яну на пол.

— Командир?! Мартин?… Откуда ты его знаешь? Нет… Почему он сказал это именно тебе? У него женщин толпа, но никого я здесь не видел…

Лысый был явно растерян.

— Может, потому, что он меня любит? — предположила Яна, застегивая на себе блузку. — Или из-за того, что я родила ему любимую дочку? — выдала главный аргумент Яна.

— Господи, Мартин! — похлопал лысый себя по щекам, видимо, чтобы скорее прийти в себя. — Да если б не он, сгнил бы я в плену в далеком… Хотя не важно! Он был моим командиром и вывел нас с ребятами живыми из ада. И всегда был на передовой вместе с нами. Никого не бросил, всех поддержал, всех воевать научил. И ты… Ты, Яна, прости меня! Что хотела-то? Чем помочь? Зачем оружие такой хрупкой женщине? Может, мне с тобой пойти? Если кому башку открутить… Скажи, что делать? Да я ради Мартина, ради его женщины!..

Яна грустно покачала головой.

— К сожалению, идти должна я одна. И мне надо что-то, что поможет защитить себя. Очень надеюсь на вас, босс…

— Иван, меня зовут Иван.

— Очень хорошо!.. Ваня.

— А где сам командир? — спросил Иван.

— К сожалению, он сейчас на каком-то задании, и нам помочь не сможет, — ответила Яна.

— А какого рода встреча планируется? — спросил Иван. — Нет, мне не надо всех подробностей. Хотя бы оцени степень опасности от одного до десяти, где ноль — прогулка в парке в солнечный день, а десять — военный ад с заложниками и смертоубийством…

— Сто! — выдала Яна.

— Так я и знал! Черт! Проблема… Обыскивать будут?

— Мой коллега, который будет страховать, сказал, что обязательно будут, — ответила Яна.

— Стрелять умеешь? — снова спросил Иван.

— Нет, — честно ответила Яна.

— И тогда последний вопрос. Сколько у нас времени на обучение?

— Нисколько, — поджала губы Яна.

— Круто! — вздохнул Иван. — Есть у нас один секретный образец… Влад, принеси, — скомандовал он.

— Но…

— Никаких «но»! Других вариантов нет! А мы идем в тир и учимся стрелять на десятый выстрел!

Яна не сразу поняла, что ее ждет, но пошла следом за Иваном.

— Всегда думал, кого полюбит наш командир, — хитро посмотрел он на нее.

— И что? Разочарован? — поддержала разговор Яна.

— Что вы! Он просто гурман в этом деле! Я и представить не мог, что можно найти такую женщину. Это дано только Мартину…

— Вы льстец. Командир поставил бы вам пятерку, — улыбнулась Яна. — Не скрою, мне приятно это слышать!

— А какой у вас характер! Какая жертвенность! Надеть легонький бронежилетик и пойти вот так вот… Без оружия… Не умея стрелять… Опасность сто баллов! Вы с ним друг друга стоите! Только его такой поход был бы оправдан. Мартин как воин один стоит сотни врагов. А вот ты…

— Да, я просто сама по себе с приветом, — согласилась Яна. — А потом выхода у меня другого нет.

Иван, приветливо улыбаясь, подошел к ней, аккуратно развернул от себя лицом и слегка нагнул.

— Извините, придется потерпеть.

Яна уперлась локтями в деревянную полку, на которой лежала винтовка. Или ружье? Яна в этом не понимала. Но точно не пистолет! Потому что оно было длинное. На противоположной стене что-то бесшумно разъехалось и явило миру небольшую классическую мишень.

— Ноги пошире, упрись хорошенько, смотри на мушку, совмещай с центром мишени, расслабься, вдохни и на выдохе стреляй, — прошептал ей в ухо Иван, наваливаясь на нее сзади и пытаясь компенсировать ее неловкие движения своими профессиональными.

— Вы бы так не налегали на меня… — попросила она.

— Возбуждаю?

— Не в моем вкусе, но расслабиться так точно не получится, — ответила Яна. — Я не понимаю… Говорю же вам, меня обыскивать будут, а я с такой дурой пойду? С ружьем?…

— Это винтовка! Стреляй, говорю.

И Яна, старательно следуя его наставлениям, выстрелила раз десять подряд.

Иван посмотрел на мишень в бинокль.

— Что? Совсем плохо? Все в молоко?… — забеспокоилась она.

— В сливки. Помолчи пока. Влад, дай ТТ. Держи.

— Пистолет? — почему-то испугалась Яна.

— Держи и делай то же самое. Руку вытяни, палец на спусковом крючке. Соберись! Давай!..

Яна стреляла, совершенно не понимая, попадает она куда-нибудь или безбожно мажет. Но стрелять из пистолета ей почему-то понравилось меньше.

Иван попросил принести ему обе мишени и принялся их изучать. Яна скакала вокруг него, словно обезьянка, и постоянно спрашивала:

— Ну, как? Ну, что? Совсем плохо? Что, вообще не попала? Я вот вижу дырочки!..

Иван отложил мишени в сторону и взял ее за плечи.

— Послушай меня. Если тебе придется стрелять из того, что я тебе дам, ты должна запомнить одно правило. У тебя очень слабые руки и отдача… унесет твой выстрел не туда. Так вот. Ты, когда наведешь на цель, опусти ствол на пару миллиметров вниз и стреляй. Этот фокус поможет попасть в десятку.

— Поняла. А из чего я буду стрелять? — спросила Яна.