Помню, в школьном театре мы ставили комедийную сцену. Я играл режиссёра. Именно играл, а не режиссировал. Я носил пиджак, кепочку, у меня был киностул с надписью «режиссёр», куда я падал, восклицая: «Не верю!» По-настоящему всё это режиссировала мама одноклассника, которая заведовала в школе культмассовым сектором и играла на баяне.

А ставили мы «Муму». Герасиму никак не удавалось утопить собачку по системе Станиславского. Я тогда не знал, что это, но думал, что, судя по всему, нечто очень весёлое. Свой спектакль мы сыграли перед учителями и родителями. Успех был триумфальный. Все говорили, что роль режиссёра мне невероятно удалась, шутили про Оскар. Тогда же я всерьёз задумался о том, чтобы не играть режиссёра, а быть им.

Прошёл год, и к Восьмому марта мы сделали новую постановку. Материал был… удивительный. Моя собственная инсценировка романа Агаты Кристи «Сверкающий цианид». И собственная постановка. Учителя интересовались, почему на женский день им покажут «роман с отравлением», а не привычные чтения стихов о весне. Я загадочно молчал, как и положено художнику. Я проводил кастинг.

Отличница Инна вдохновилась, узнав, что ей предстоит играть вульгарную женщину. А хорошист Лёша расплакался, узнав, что его герой мексиканец и зовут его Педро. Я сам играл следователя, полковника Рейса. Репетировали мы с невероятной страстью и дикостью, даже сломали шкаф. На премьере волновались все, а я больше всех. До такой степени, что сам произнёс монолог «вульгарной женщины», оставив отличницу Инну немо сидеть весь спектакль. Зрители решили, что у моего героя раздвоение личности. Но в финале всё равно был успех и стоячая овация.

А потом я поумнел. Потому что пошёл в настоящий драматический театр. И увидел, что всё совсем не так. Всё сложнее, тоньше, интереснее. А я так не могу. И пятнадцать лет я не занимался ничем подобным. Я писал для театра, но больше не актёрствовал и не режиссёрствовал.

Всё изменилось совсем недавно, когда я стал работать в театральной школе. Сегодня в такие школы берут не только молодых, а вообще всех. Туда все и идут – менеджеры, инженеры, домохозяйки. Все те, кто в своё время не доиграл. Как я.

И, скажу я вам, эти люди дают невероятные результаты. У них в тридцать лет просыпается страсть, которая у «профессионала» уже порой начинает угасать. Вместе они открывают в себе неисчерпаемый запас любительства. И как пятнадцать лет назад, репетируют до глубокой ночи или даже утра. Как подростки.

И вот что я понял благодаря им. Раз в пятнадцать лет нужно обязательно делать что-нибудь подобное. Записываться в театральную студию, в кружок рисования шерстью или декупажа. Тогда в голове возникают новые нейронные связи. Для мозга, как сказано в сахарной классике, воскресают «и божество, и вдохновенье». Как пятнадцать лет назад, когда открываешь их для себя впервые.