По крайней мере, в этом вопросе он оказался верен своему слову. На президентских выборах 2020 года не было зафиксировано ни одного российского взлома и лишь ограниченное косвенное вмешательство, хотя, возможно, это было связано с тем, что американцы сами генерировали столько фальшивых новостей, что не было смысла пытаться их дополнять.

Несмотря на намеки Медведева о том, что Америка может проявить гибкость в вопросах противоракетной обороны, Обама в итоге пошел на то, чтобы разместить объекты ЯРД в Румынии и Польше. Для Кремля это было повторением рейгановской программы "звездных войн". Она рисковала создать у Америки иллюзию неуязвимости от второго удара, усилить ее наступательный потенциал и вынудить Россию принять контрмеры, которые затруднили бы контроль над вооружениями.

К тому времени Россия еще более сократила свое участие в Договоре об обычных вооруженных силах в Европе (ДОВСЕ), действие которого она приостановила в 2007 г. из-за разногласий по поводу численности войск в Молдове и странах Балтии. Ряд соглашений по гражданской ядерной энергетике прекратил свое действие или был приостановлен. Америка вышла из соглашения об утилизации оружейного плутония и отложила выполнение обязательства по уничтожению запасов химического оружия. Ключевые соглашения по стратегическим вооружениям остались в силе, но после введения в строй системы противоракетной обороны в мае 2016 года они тоже оказались под напряжением. Каждая из сторон обвинила другую в нарушении подписанного Рейганом и Горбачевым в 1987 году Договора INF, запрещающего развертывание ядерных ракет средней дальности наземного базирования.

После вступления Трампа в должность разрушение механизмов, обеспечивающих военный баланс, ускорилось. Парадокс заключается в том, что при президенте, который постоянно говорил о том, что Америка и Россия должны лучше ладить друг с другом, отношения ухудшались быстрее, чем при любом из его предшественников.

К концу первого года правления Трампа Путин говорил о "нарастании критической массы проблем в сфере глобальной безопасности". По его словам, с момента выхода США из Договора по ПРО в 2002 году он предупреждал, что Россия будет вынуждена принять ответные меры, но американцы его игнорировали. Они стреляли не себе в ногу, а "куда-то выше".

В марте 2018 года в обращении к обеим палатам парламента Путин подробно изложил суть этих мер. Проиллюстрировав свое выступление видеороликами, он рассказал о шести новых системах вооружений, которые, по его словам, были разработаны в России. 200-тонная сверхтяжелая МБР "Сармат" способна нести до 15 боеголовок с независимым наведением на цель и имеет заявленную дальность более 20 тыс. км, достаточную для достижения Северной Америки по траектории над Южным полюсом, что сделает ее неуязвимой для всех существующих противоракетных систем. Сармат" должен был поступить на вооружение в 2021 году и к 2027 году заменить существующие в России тяжелые ракеты под кодовым названием "Сатана". Помимо обычных ядерных боеголовок, она может нести уже серийно выпускаемый гиперзвуковой планер "Авангард", который испытывался на скоростях до 27 Махов, то есть более 15 000 миль в час. Уже развернуто другое гиперзвуковое оружие - баллистическая ракета воздушного базирования "Кинжал". Кроме того, был достигнут "значительный прогресс" в создании лазерного оружия, а также двух футуристических систем, находящихся в стадии разработки: крылатой ракеты с ядерным двигателем, позже названной "Буревестник", и массивной торпеды с ядерным двигателем "Посейдон", которая может быть использована для атаки прибрежных городов. Будет ли это последнее оружие введено в строй, неизвестно, но то, что работы над ним ведутся, подтвердилось через 18 месяцев, когда пять ученых погибли при взрыве ядерного источника энергии для ракетного двигателя.

Ни одно из упомянутых Путиным вооружений не даст России решающего стратегического преимущества. Они также не являются настолько новыми и внушающими трепет, как он это представил. Но они позволят сохранить стратегический паритет. По его словам, это было послание "тем, кто живет прошлым и не способен смотреть в будущее, перестать раскачивать лодку, в которой мы все оказались и которая называется "Планета Земля"".

Спустя полгода Трамп объявил о решении выйти из Договора о РСМД, якобы из-за предполагаемых нарушений со стороны России, но на самом деле потому, что США больше не желают соблюдать его ограничения.

Затем он направил в Москву своего советника по национальной безопасности Джона Болтона, убежденного противника любых форм контроля над вооружениями, чтобы тот довел это решение до сведения Путина. Болтон, о котором говорили, что "он никогда не встречал войны, которая бы ему не нравилась", был "ястребом" даже по меркам республиканцев. Принимая его, Путин отметил, что на печати США изображен лысый орел, держащий оливковую ветвь и колчан со стрелами. "Вопрос в том, - недоуменно спросил он, - не съел ли ваш орел уже все оливки, оставив только стрелы? Болтон признался, что не взял с собой оливок.

Европейские союзники Америки вновь оказались в ситуации, в которой они находились в 1970-е годы, когда советские SS-20 противостояли американским "Першингам" и крылатым ракетам, имея всего восемь минут на предупреждение об атаке.

В ноябре 2020 года Трамп объявил о выходе из Договора по открытому небу 1989 года, который позволял России и США осуществлять разведывательные полеты над территорией друг друга в качестве меры укрепления доверия.

Режим контроля над вооружениями, создававшийся кропотливо, десятилетиями, по одному маленькому шагу, и поддерживавший мир в Европе после окончания Второй мировой войны, висел на волоске. Каждая страна обвиняла другую в том, что та несет ответственность за его разрушение.

На самом деле и те, и другие проявили недобросовестность. Но два ключевых соглашения - ПРО и INF - были расторгнуты не Россией, а Соединенными Штатами, которые стали рассматривать их как досадные ограничения. Из всех ранее подписанных ядерных соглашений, как гражданских, так и военных, в силе остался только новый договор СНВ, заключенный Обамой и Медведевым в 2011 году. Срок его действия также истекает в 2021 году, и администрация Трампа не проявляет особого интереса к его продлению. После этого не останется ничего, что могло бы предотвратить неконтролируемую ядерную конкуренцию.

Это были очень мрачные четыре года.

Вскоре после избрания Трампа он и Путин согласились, что хуже отношений между их странами быть не может. Они ошиблись. К тому времени, когда Трамп покинул свой пост, ткань отношений стала настолько потрепанной, что едва держалась на плаву. Все было намного, намного хуже, чем когда он пришел к власти.

Термин "расплата" можно применить ко многому из того, что сделал Путин во время своего третьего срока.

Аннексия Россией Крыма - это расплата за Косово, "место, где все началось", которое он рассматривает как первый из трех кардинальных грехов Запада (остальные - расширение НАТО и выход Америки из Договора по ПРО), разрушивших надежды обеих сторон на построение лучшего, более мирного мира после распада Советского Союза.

Вмешательство России в Сирию стало расплатой за Ливию и Ирак.

Убежище Сноудена и запрет на усыновление стали расплатой за "закон Магнитского".

Вмешательство России в американские выборы стало расплатой за попытки Америки распространить - или "навязать", как предпочитает говорить Путин - свою якобы универсальную систему ценностей другим странам.

Однако расплата не была самоцелью. Она была частью более широкого ответа на экономическое и военное давление, которое США и их союзники оказывали в качестве наказания за плохое, по их мнению, поведение России и отказ ее страны подчиняться американскому диктату. Прежде всего, это была попытка утвердить место России как независимого игрока во все более многополярном мире, в котором, по мнению Путина, США суждено утратить роль гегемонистской державы.

В течение третьего срока его мышление в отношении отношений России с Западом кристаллизовалось, сформировав, по крайней мере, в его сознании, целостную картину всего того, что произошло за 25 лет - "потерянных лет", как он теперь выражается, - после распада Советского Союза.

Отношения с самого начала пошли наперекосяк, считает Путин. Соединенные Штаты, «объявив себя победителем в холодной войне, [повели себя] так, как всегда ведут себя новые богачи, получившие большое состояние... Не сумев разумно распорядиться своим богатством, они совершили множество глупостей». Вместо того чтобы установить новый баланс сил в Европе, были созданы новые разногласия. Утверждение Запада о том, что у НАТО не было другого выбора, кроме как принять новых членов из Центральной и Восточной Европы, было ложным. Действительно, другие страны имеют право подать заявку, но это не означает, что существующие члены обязаны их принять, если они считают, что это противоречит их собственным интересам. 'Они могли бы сказать: "Мы рады, что вы хотите присоединиться к нам, но мы не собираемся расширять нашу организацию, потому что видим будущее Европы по-другому"... Если бы они хотели, они могли бы [отказаться]. Но они не захотели.

Путин не ошибся. В Уставе НАТО говорится лишь о том, что страны-члены "могут пригласить любое другое европейское государство, которое в состоянии ... внести свой вклад в безопасность региона". Никаких обязательств на этот счет не существует.

Для Вашингтона расширение НАТО было средством укрепления позиций Америки над своими европейскими союзниками, хотя оно и предполагало обязательства, которые в случае войны Соединенные Штаты могли бы не захотеть выполнять. Для таких стран, как Франция и Германия, преимущества были менее очевидны. Трудно было понять, как повысит их безопасность обязательство защищать страны Балтии, не говоря уже о Грузии или Украине, от возможной российской агрессии, поэтому Саркози и Меркель выступили против их присоединения к Плану действий по членству в ЕС на Бухарестском саммите в 2008 году. Но на первых порах, на фоне эйфории, ознаменовавшей окончание холодной войны, когда Запад полагал, что России суждено стать частью мира под руководством Америки, а Москва слишком слаба, чтобы сопротивляться, никто из партнеров Америки не счел нужным возражать. В результате военная инфраструктура НАТО подошла к границам России.

Как бы поступила Америка, задался вопросом Путин, если бы все было наоборот – «если бы Россия разместила ракетные комплексы на границе США с Мексикой или США с Канадой?» Ответ был очевиден. Когда в 1962 году Хрущев попытался установить советские ракеты на Кубе, мир был поставлен на грань ядерного уничтожения, и этот вопрос остается настолько острым, что и 60 лет спустя США продолжают экономическую блокаду острова.

Американские официальные лица отвергают подобные сравнения. По их словам, США поддерживали расширение НАТО не для того, чтобы угрожать России, а для того, чтобы успокоить европейских союзников Америки. Реальность же оказалась более неприятной и более прозаичной. Соединенные Штаты действовали так, как они действовали, потому что могли.

В какой-то степени, с горечью признал Путин, Россия сама виновата в том, что не смогла этого предвидеть. "Наша главная ошибка, - сказал он одному американскому ученому, - заключалась в том, что мы слишком доверяли вам. Ваша ошибка в том, что вы восприняли это доверие как слабость и злоупотребили им. Это был урок, сказал он. Если медведь перестает защищать свою территорию, "кто-то всегда попытается посадить его на цепь. Как только он окажется на цепи, ему вырвут зубы и когти... Когда это произойдет, ... они захватят его территорию... а потом, возможно, набьют его... Мы должны решить, хотим ли мы продолжать бороться... Или мы хотим, чтобы наша шкура висела на стене?»

В путинской метафоре зубы и когти медведя - это ядерный арсенал России. Но она имела и более широкий смысл. Другие страны, по его словам, боятся размеров России, ее огромности. На протяжении всей истории они пытались ее сдержать. Чем больше мы уступаем, - предупредил Путин, - тем наглее, циничнее и агрессивнее становится их поведение. Так было и в XIX, и в начале XX века. «Всякий раз, когда мы пытаемся поднять голову, кто-то другой пытается столкнуть нас вниз и поставить на место».

Оглядываясь на прошедшие два десятилетия, Путин видел - или утверждал, что видел, - Америку, которая с самого начала была намерена обмануть Россию. Выход из Договора по ПРО, якобы направленный на противодействие Ирану и Северной Корее, с самого начала был призван обеспечить Соединенным Штатам стратегическое преимущество. Глобализация, которую предлагали России в качестве панацеи от экономических бед, оказалась приманкой, истинной целью которой было продвижение собственных экономических интересов Америки. Соединенные Штаты обманывали в вопросах противоракетной обороны и расширения НАТО. Они поддержали Украину против России не из заботы о благе украинского народа, а для расширения своей империи и, прежде всего, для того, чтобы у НАТО появился узнаваемый враг, которого не хватало после окончания холодной войны.

По мере того, как взгляд Путина на ситуацию в мире становился все более мрачным, выдвигаемые им обвинения приобретали все более абсурдный характер. Запад, по его словам, поддержал «международное террористическое вторжение в Россию», оказав "прямую поддержку" исламским фундаменталистам, пытавшимся расчленить страну в 1990-е годы. «Это установленный факт, и все это знают».

Это язык редакционных статей "Правды" 1960-70-х годов, которые открывались словами "Как известно", а затем переходили к надуманным ужастикам о беззакониях западного мира. Менталитет "силовиков", таких как Патрушев и Сечин - зеркальное отражение американских "ястребов", таких как Джон Болтон, - все больше и больше прислушивался к Путину. Они до глубины души верили, что Запад ставит перед собой задачу поставить Россию на колени. Для Путина уже не имело значения, правда это или нет. Это вписывалось в нарратив враждебного западного мира, возглавляемого слабеющей гегемонистской державой, которая честными и нечестными способами пытается разорвать Россию на части, пока она борется с неумолимым упадком.