Но проходили месяцы, годы, а он не появлялся на берегах Влтавы. Пражские нищие пытались навести о нем справки. Но так ничего и не смогли выяснить.

К двадцатым годам прошлого века в Праге остались только двое приятелей Гонзы. Иногда за кружкой пива они вспоминали былые годы и своего разбогатевшего необычным способом коллегу.

Когда одного из этих нищих стариков свалила болезнь, другой успокаивал его до самой кончины:

— Держись, бродяга… Только не умирай. Гонза, как и обещал, построил пароход. Он уже в пути… Мы скоро отправимся на остров Блаженных, где нет ни болезней, ни смерти…

Но убеждение друга не повлияло на состояние умирающего.

— Где ты, Гонза? Где твой белый пароход?

Это были последние слова, которые ему позволила произнести смерть.

Долгие годы на загородном кладбище для бездомных находилось необычное для Праги надгробие: неотесанный камень размером с лошадиную голову, а на нем — ни имени покойного, ни дат его рождения и смерти. Лишь чья-то неопытная рука нарисовала на камне масляной краской белый пароход…