Хоть водяной и держал свое слово не пакостить жителям острова, но «пивное бремя» оказалось для мельников непосильным. Стали они думать-гадать, как от разорения спастись и не прогневать при этом речную нечисть.

Однажды заявился к ним из Градчан знакомый лодочник и рассказал:

— Шатается по Праге один монах неприкаянный, с утра до ночи пьяный, ругает всех встречных, а бывает, и кулаки в ход пускает. Городская стража скрутит его, ночь подержит в темнице, а утром он снова на воле. И опять на всех орет да кулаки не в меру распускает.

— Чего ж он такой буйный? — поинтересовались мельники.

— Говорят, его из всех монастырей повыгоняли: слишком несговорчивый и своенравный. К тому же, постоянно лезет воевать с нечистой силой, и не молитвой противостоит ей, а руганью, кулаками и своими причудами.

— И кто кого одолевает? — спросили мельники.

— Да, в основном, нечистая сила проигрывает. Уж очень драчливый этот монах, а браниться может, не умолкая, целые сутки. Но еще хуже, когда он песню затянет. Тогда уж не только нечисть разбегается. Говорят, даже лошади в обморок падают.

— Может, буйный монах и с нашим водяным сладит? — мечтательно предположил один из мукомолов.

— А почему бы не проверить? — подхватили другие и стали уговаривать лодочника: — Привези к нам этого буяна.

— Глядите, братцы, если вволю не накормите, не напоите монаха, устроит он вам беспокойную жизнь. Да такую, что и водяной робким мальцом покажется, — предупредил лодочник.

— Хуже не будет! — дружно ответили мельники.