"Молилась ли ты на ночь, Дездемона?" —

Такой вопрос я каждый вечер слышу.

Его мне задает мой муж законный,

Отелло, и при этом часто дышит.

Не знаю, что его за горе сушит,

Но вот уж месяц и четыре дня

Его какая-то всё жаба душит,

А он душить пытается меня.

Набросится, вот так вот горло сдавит,

Сожмёт вот в этом месте вот так вот…

Потом меня, конечно, отпускает,

Когда его отпустит самого.

Уж сколько раз ему я говорила,

Когда от ярости он был весь красным,

Что ревновать с его гипертонией

Не просто вредно — даже и опасно!

Ревнует он меня ко всем подряд,

Вплоть до столбов и уличных прохожих.

Ему там про меня наговорят,

А он весь день со злющей ходит рожей.

Я не давала повода ему!

(Другим я, кстати, тоже не давала

Без повода… Но знать вам ни к чему

Всех, бывших у меня под одеялом.)

Я вообще-то честная жена!

Веду себя я скромно и примерно.

Измены ж — это не моя вина,

Скорее уж беда моя — ведь верно?

Я влюбчива на редкость, что сказать?..

Но я способна также на отказ:

За правило взяла я отказать

Любому — каждый двадцать пятый раз.

А муж мой всё ревнует! И притом

Стал изощрённей ревновать как будто:

Он выдумал какой-то там платок,

Что вроде подарила я кому-то…

Из-за платка скандалил он пол-ночи!

От его рыка стены сотрясались,

А я сидела на кровати молча

И за его здоровье опасалась.

Уж случай был: он как-то сгоряча

Без чувств свалился — еле подхватили,

Водой отлили, вызвали врача,

И врач тогда сказал: "Стенокардия".

А он готов хоть до утра кричать,

Махать руками, бегая по спальне…

Ну право же, давай ложиться спать,

Мой милый! Я сегодня так устала!

Ну вот опять ты начал задыхаться…

Да, изменила я — но тем не менее

Тебе, мой милый, вредно волноваться

С твоим весьма повышенным давлением!

2014 г.